Такая у нас модернизация

Либерализация трудового законодательства опасна, так как по отношению к персоналу российский бизнес во время кризиса показал себя не с лучшей стороны

Уважаемый президент группы «Онэксим» Михаил Прохоров недавно выступил с опасной инициативой. На конференции Российского союза промышленников и предпринимателей «Человеческий капитал как средство модернизации экономики» бизнесмен, возглавляющий в этой организации комитет по рынку труда и кадровым стратегиям, высказал предложение сделать трудовое законодательство более гибким, особенно в части увольнений работников, что, по его мнению, будет способствовать росту производительности труда.

«Низкая производительность труда становится основным сдерживающим фактором и риском российской экономики», – заявил Прохоров. Одной из причин этого он считает то, что в России высокая, но неэффективная занятость. В 2009 году спад экономики оказался гораздо сильнее, чем сокращение занятости, а государство весь прошлый год только и делало, что помогало ключевым отраслям и давило на бизнес, требуя сохранения рабочих мест.

Действующее трудовое законодательство, по мнению Прохорова, «консервирует» существующую структуру занятости и за счет этого «сдерживает рост производительности труда, ставя работодателя в неконкурентные условия по срокам высвобождения работников и его стоимости». Подчеркивается также необходимость упростить перевод сотрудников на другую работу в связи с технологическими изменениями, так как сегодня эта процедура, по его мнению, излишне «зарегламентирована». «Кризис создает возможности для реструктуризации экономики и рынка труда. Пока Россия не воспользовалась этим шансом: искусственно поддерживается высокая формальная занятость на фоне падения заработной платы», – считает Михаил Прохоров.

В условиях продолжающейся в России уже много лет «холодной» гражданской войны реакция на эти предложения оказалась достаточно очевидной. Либеральные деятели поддержали олигарха, так как считают угрозу увольнения одним из необходимых инструментов давления на работников для повышения производительности труда. По их мнению, только после того, как предприятие освободится от избыточного персонала, можно начинать повышение эффективности труда, к примеру, с помощью автоматизации производства, внедрения новых технологий, программ мотивации и привязки заработка к целевым показателям.

Зато социально-консервативный клуб партии «Единая Россия» на своем заседании обвинил Прохорова ни много ни мало в противодействии модернизации. Так, председатель Комитета Госдумы по труду и социальной политике Андрей Исаев посетовал, что предложения Прохорова, которые «поддержали наши критики со стороны либеральной демократии», – это попытка вернуть страну «к хаосу и беспределу, где не нужно нести ответственность по отношению к своим работникам».

Действительно, в предложениях Прохорова ощущается что-то знакомое. Страх как один из действенных методов внеэкономического понуждения к труду используется уже много веков. Меняются только формы. Однако от телесных наказаний за недостаточную, с точки зрения рабовладельца, интенсивность труда человечество, слава богу, отказалось давно, причем сугубо по экономическим причинам – рабский труд не обеспечивал требуемой эффективности.

На ранних стадиях капитализма вместо телесных наказаний использовалась угроза увольнения. Сегодня, в условиях формирования инновационной экономики, эффективность труда наемных работников обеспечивается изощренными системами мотивации, которые и формируют современные пропорции в распределении продукта между работником, бизнесом и государством.

Наиболее наглядно, с точки зрения автора инициативы, эти пропорции сформулированы в сюжете старого советского анекдота. Рабочие после политинформации обсуждают в курилке услышанное: «Вот парторг говорит, что японский рабочий четыре часа работает на себя, два часа – на хозяина и два часа – на Японию. Часа четыре мы тоже работаем. А больше и не надо: хозяев у нас нет, а на Японию зачем нам работать?»

Теперь у нас тоже есть хозяева, однако до японских пропорций в распределении результатов производства российский бизнес так и не смог дотянуть. Стоило доле оплаты труда в национальном продукте увеличиться до 20-25% (если пользоваться пропорциями из анекдота, это менее двух часов при восьмичасовом рабочем дне), как все заговорили о перегреве на рынке труда.

При столь низкой доле оплаты труда системы мотивации, разработанные для современного производства, просто не работают. Современный российский капитализм молод – ему нет и 20 лет, и вместо выстраивания системы мотивации в условиях кризиса он не прочь взять на вооружение дубину увольнений. В руках российских Тит Титычей новые возможности позволят еще больше снизить зарплату персонала.

К тому же строгость российских законов имеет оборотную сторону, а законопослушность бизнеса оставляет желать. Даже при действующем законодательстве бизнес в условиях кризиса для решения своих проблем вовсю использовал по отношению к персоналу незаконные действия, включая увольнения. По данным Федерации независимых профсоюзов, с сентября 2008 года, когда в стране началась острая фаза экономического кризиса, уволено более 2 млн человек. Среди причин, по которым с работниками прекращены трудовые отношения, доминируют формулировки «по собственному желанию» и «по соглашению сторон».

В арсенале противодействия строгостям российского трудового законодательства у бизнеса есть и другие, более легитимные, инструменты. Многие зарубежные компании активно используют так называемый аутсорсинг персонала, когда сотрудник числится в штате кадрового агентства. Такие временные работники стоят дешевле, так как не имеют никаких социальных гарантий. Кое-где численность временного персонала доходит до 50%.

Так что зря Прохоров так волнуется. Российский бизнес – бессмысленный и беспощадный, не отягощен протестантской этикой, а для снижения издержек и увеличения прибыли готов на многое и без либерализации трудового законодательства. То, что при этом вырастет и расчетная производительность труда, можно рассматривать как бонус. Вот такая у нас модернизация.