Усечение присяжных

11 декабря 2008, 00:00

Государственная дума резко ограничивает возможность применения суда присяжных. На него больше не смогут рассчитывать обвиняемые в терроризме, шпионаже и массовых беспорядках, хотя это и противоречит гуманизации судебной системы, заявленной президентом

На прошлой неделе Госдума приняла в первом чтении поправки в Уголовно-процессуальный и Уголовный кодексы, согласно которым люди, обвиняемые в терроризме, шпионаже, диверсиях и организации массовых беспорядков, не смогут требовать рассмотрения их дел судом присяжных. Судить их теперь будут коллегии из трех профессиональных судей.

— Слишком много оправдательных приговоров выносят суды присяжных, — объяснил «РР» свою инициативу автор законопроекта, председатель думского комитета по без­опасности Владимир Васильев. — Некоторые составы преступлений очень трудно доказуемы. И присяжные, сомневаясь, не хотят брать на себя ответственность и обвинять. Особенно часто такое происходит в южных республиках. В результате мы столкнулись с практикой, когда присяжные оправдывают террористов, а они вновь совершают преступления. Например, среди тех, кто напал на школу в Беслане, был такой человек.

По мнению правозащитников, этот законопроект лоббируют силовики, которые часто не могут собрать доказательную базу. В Следственном комитете порой даже готовы квалифицировать преступления по более мягким статьям, лишь бы не связываться с присяжными. Логика простая — пусть обвиняемый получит срок поменьше, зато гарантированно.

— Недавно так случилось с моим клиентом, которого обвиняли в убийстве. По мнению следствия, мой подзащитный издевался над своей жертвой: колол ножом, разбил о голову стул. Но статью ему инкриминировали не особо тяжкую, — рассказал «PP» адвокат Петр Домбровицкий. — Потом следователь признался: если ужесточить квалификацию преступления, обвиняемый может потребовать суда присяжных, ведь по закону коллегия из 12 человек может рассматривать только особо тяжкие преступления. А сейчас следователям совсем развяжут руки.

Но если отмену судов присяжных по делам о терроризме еще можно обосновать, то по статьям о шпионаже и массовых беспорядках она не так очевидна. Стоит напомнить, что суды присяжных оправдали, например, нескольких ученых, которых ФСБ обвиняла в шпионаже. Есть опасность и судебной расправы над политическими оппонентами.

— Любой «марш несогласных» при желании можно будет квалифицировать как организацию массовых беспорядков и рассматривать дело без присяжных, которые, в отличие от судей, менее зависимы, — поделился с «РР» своими сомнениями заместитель председателя дум­ского комитета по безопасности Геннадий Гудков.

Удивительно и то, что этот законопроект принимается на фоне президентских заявлений о том, что российская судебная система должна реформироваться и стать более гуманной. На прошлой неделе на Всероссийском съезде судей Дмитрий Медведев даже предложил сразу назначать судей пожизненно (сейчас судье сначала назначается своеобразный трехлетний испытательный срок). «Судья, избираемый на три года, работает с постоянной оглядкой на руководство: ведь в случае, если он не устроит председателя, с ним легко можно распрощаться. Поэтому судьи перестраховываются и редко выносят оправдательные приговоры», — пояснил нам Петр Домбровицкий. То есть на такого судью легче надавить, чтобы он принял «нужное» решение.

Второе предложение президента — изменить механизм защиты судей. Сейчас вопрос об увольнении рядовых служителей Фемиды решают коллегии судей, которые зачастую зависимы от местных властей. Медведев предложил создать единый независимый дисциплинарный орган, который будет рассматривать такие дела. Предполагается, что все эти меры должны сделать судью менее зависимым от давления сверху, а значит, уменьшить число «заказных» приговоров или случаев, когда человека не оправдывают только потому, что боятся гнева начальства.

Выступая с подобными инициативами, власть де-факто признает, что нашим судам до независимости еще далеко. А раз так, нельзя отказываться от судов присяжных, которые все-таки дают обвиняемым шанс на объективное рассмот­рение их дел. Тем удивительнее, что их полномочия начинают сокращать именно сейчас.