Оборона «Речника»

28 января 2010, 00:00

Немногочисленные, но яркие репортажи блогеров о сносе жилых домов в поселке «Речник», что на западе Москвы, соседствуют с бурными дискуссиями о том, насколько правомерны действия властей

//fergus-f.livejournal.com/286921.html

Стражи порядка, разбавленные судебными приставами и сотрудниками управы, оцепили один-един­ственный дом. Это каменное здание, которое, по словам местных жителей, принадлежит какому-то армянину. У дома экскаватор — сломанный. Чинят его все. Водитель, механик, приставы и даже старший от управы Виталий Никитин. Он же, как выяснилось, руководит оцеплением. Стражи порядка, взявшись за руки, как в хороводе, окружили дом и дорогу, отрезав жителям путь к их домам. Попытки прорваться через оцепление заканчиваются крахом. К женщине с ребенком, которые хотели попасть домой, подбежал целый взвод. Все наперебой объясняли ей, что тут ходить опасно, ибо на голову может упасть кирпич. Мы с журналистами приближаемся к Никитину.

— Почему не пропускаете?

— Пропускаем, — отвечает Никитин, — но только тех, у кого с собой документ, подтверждающий право собственности на дом.

Совершенно естественно. Потому что сам господин Никитин, разумеется, всегда носит с собой документ, подтверждающий, что он купил квартиру.

В «Речнике» вообще все естест­венно, потому что все стройки и прочие строительно-разруши­тель­ные площадки всегда окружаются милицией. И милиция стоит там взводами и ротами исключительно для того, чтобы следить, не упадет ли какой недобросовестный кирпич на голову какому-нибудь беспечному гражданину.

Все как один, включая меня, думают, как попасть в дом Александра Навроцкого, который держит на своем участке оборону. Проб­лема в том, что путь к дому-крепо­сти перекрыт стражами порядка, которые, как говорилось выше, действуют по принципу «если близко воробей». И тут к Магомету приходит гора. Зовут гору Павел. В ходе разговора выясняется, что при желании в дом Навроцкого попасть можно.

За Павлом отправляются четверо, в том числе и я. Идем по ухабам и сугробам, спускаемся вниз к реке, перебираемся через крайне скользкий спуск и оказываемся на покрытой льдом реке.

Минут через десять мы сворачиваем с речки и оказываемся у дома Навроцкого. Возле него дежурит человек. Павел просит его предуп­редить Навроцкого, что к тому идут журналисты. Человек уходит. У ворот и у дверей дома нас также встречают люди Навроцкого. Саму дверь открывает усатый человек в черкеске и бараньей шапке.

— Адъютант, — шепчет кто-то у меня за спиной.

В доме Навроцкого тридцать молодых людей. Сам бывший военный перед интервью признается, что чувствует себя звездой экрана. На вопрос, что он будет делать дальше, отвечает:

— Меня учили тактике, так что никому своих планов не раскрою. Но воевать мы будем до конца. Конечно, они могут прислать спецназ, тогда все кончится быстро. Но мы будем бороться.

Мы выходим. Павел кормит бездомных собак оставшимися баранками, я прощаюсь и ухожу.

//starcom68.livejournal.com/8541.html

Лет 5–7 назад мне в руки случайно попалась копия плана 50-х годов садоводческого товарищества «Речник», на котором стояли соответствующие печати и подписи, удостоверяющие отвод земель под садоводческое товарищество работников канала им. Москвы.

Я обратил внимание на строительство в водоохранной зоне р. Мос­квы очень уж небедных домиков. Строительство велось по левому берегу, как раз напротив «Речника».

И вот спустя какое-то время «Речник» появился в топовых новостях как площадка противостояния его жителей и властей, по всей видимости, озабоченных приобретением лакомого кусочка земли.

//headshotboy.livejournal.com/152082.html

Я несколько лет работал в земле­устроительном бизнесе, знаком в том числе и с подобными ситуациями.

Тут нужны чемоданы бабла, наглость, нахрапистость, вооруженная охрана на двух джипах. Рублевка и Новая Рига с завистью смотрят на «Речник».

Отвести — это полдела. А построить? Вот представьте себе, вы приходите в архитектурный отдел префектуры и говорите: «У меня земли с/х назначения — строить нельзя, и в природоохранную зону мы тоже входим — опять же строить нельзя, но очень хочется». Вы знаете, сколько это стоит? А я знаю. А ведь согласовывать придется еще с сан­эпиднадзорами всех уровней и прочими структурами. Т. е. домик в «Речнике» стоит не просто дорого, а охренительно дорого.

Еще один момент. Говорят, сначала построили, а потом образовали природоохранную зону. Бред. Во-первых, бум строительства в поселке явно пришелся на 90-е и начало 2000-ных, когда уже все давным-давно было установлено. А во-вторых, если ваш дом был построен в советское время в полном соответствии с законом, то такая недвижимость внесена в Генплан города, прописана во всех документах и реестрах. И никто такой дом никогда не снесет.

//artemdragunov.livejournal.com/126268.html

Чем больше таких штурмов — тем больше недовольных и пробудившихся.

Доброе утро, дачники! Велком ин парадиз:))