Егорова главнее президента

От редактора
Москва, 27.05.2010
«Русский репортер» №20 (148)

Председатель Мосгорсуда Ольга Егорова — человек, безусловно, более влиятельный, чем президент России Дмитрий Медведев. Трудно думать иначе, наблюдая за тем, у кого что лучше получается: у Медведева — добиться того, чтобы процесс следствия стал более гуманным, или у судов — оставить все по-прежнему.

На прошлой неделе Мосгорсуд вслед за Хамовническим районным судом не признал, что Михаил  Ходорковский и Платон Лебедев занимались бизнесом. Так и написал: оставить под стражей, «поскольку преступления, инкриминируемые им, не относятся к сфере предпринимательской деятельности в том смысле, который законодатель предусмотрел в ч. 1.1. ст. 108 УПК РФ».

Поищем смыслы и мы. Закон, инициированный Дмитрием Медведевым, действительно содержит одну оговорку: отправлять в СИЗО подозреваемых в мошенничестве, растрате, присвоении или причинении имущественного ущерба нельзя, только «если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности».

Смысл этой оговорки понятен: чтобы СИЗО не избежали откровенные мошенники. Допустим, собрал с народа деньги под 200% годовых, перевел их за рубеж, — добро пожаловать за решетку. Но Мосгорсуд показал, как мало надо, чтобы лишиться звания предпринимателя. Его, оказывается, достоин только человек, не запятнанный даже малейшими подозрениями милиции. А как только подозрения появляются — ты уже, оказывается, не бизнесом занимаешься, а мошенничеством.

Конечно, было бы странно говорить про открытый саботаж президентской реформы на примере одного Ходорковского. Но похожие примеры уже есть в Москве и в регионах. Пока на слуху единицы, но скоро будут сотни.

Есть шутка, недалекая от истины: если бы решение по первому делу Ходорковского стало прецедентным, сегодня в тюрьме сидели бы уже все российские бизнесмены и предприниматели. Но не стало — схемы оптимизации налогов использовали все, а в тюрьме оказались только владельцы ЮКОСа.

Хорошо, конечно, что сели не все. Но именно тогда суды в спайке со следствием, прокурорами и вымогателями стали независимыми от закона, от президента, от государства. Обмен такой: мы вам политические решения в судах, а вы нам за это свободу «бизнеса» по шантажу граждан — посадим их в СИЗО, они и показания подпишут, и денежки понесут.

Начать возвращать суды государству и народу, в принципе, можно. Но президент в этом случае должен, включив все рычаги политического влияния, добиться неукоснительного исполнения хотя бы одного громкого, общего правила-закона. Например, за экономические преступления не сажать. И чтобы за нарушение закона — ответственность.

Есть здесь, конечно, проблема для президента: в таком случае мера пресечения Ходорковскому и Лебедеву должна была измениться, невзирая на все репутационные и политические риски. Впрочем, как раз политические риски были бы минимальны: Ходорковский и Лебедев все равно не вышли бы на свободу — они еще не отсидели срок по приговору 2005 года, а значит, просто поменяли бы жесткий режим СИЗО на более мягкие условия колонии.

Но этого не произошло, и система получила обратный сигнал: все остается как есть, избирательность применения закона допускается, предприниматели будут сидеть, а на президента ей, системе, плевать. 

У партнеров

    «Русский репортер»
    №20 (148) 27 мая 2010
    Долгосрочные прогнозы
    Содержание:
    Леонид Вальдман: Мы можем стать свидетелями кризиса европейской модели цивилизации

    Какова глубина нынешнего европейского кризиса, как долго он может продлиться и какие последствия будет иметь? На эти вопросы по просьбе «РР» попытался ответить Леонид Вальдман, известный американский экономист и бизнес-аналитик, в свое время предсказавший ипотечный кризис в США

    Фотография
    Вехи
    Путешествие
    Реклама