Советское — антисоветское

От редактора
Москва, 22.03.2012
«Русский репортер» №11 (240)

«Документальный» фильм «Анатомия протеста», дважды показанный на НТВ, вызвавший бурю эмоций и протесты у «Останкино», — это, конечно, очень грубая пропаганда, направленная против оппозиции и протестующих, это понятно. Для меня здесь важнее не объект пропаганды, а конкретный тип вранья, который противен вне зависи­мости от цели атаки. И вопрос: где может быть пространство для человеческого разговора в нашей ситуации, когда пропаганда лезет отовсюду?

И в этой вот ситуации, когда все, казалось бы, разбежались по виртуальным пока барри­кадам, интересно заявление холдинга «Эксперт» об отказе от сотрудничества с НТВ в ответ на патетическую ложь и манипулирование высказываниями Валерия Фадеева. С предложе­ниями бойкота телеканала выступили многие оппозиционные деятели. Но Фадеев не оппозиция, более того, он один из организаторов либерально-консерватив­ной платформы в партии власти, член Общественной палаты, главред главного экономического еженедельника в стране и проч., и проч. То есть заявление это не про борьбу путинцев и антипутинцев, а про нормы разговора в обществе. И это-то и есть важное, поскольку не про своих и чужих, а про правду.

Вообще-то, конечно, агитация и пропаганда — вещь неизбывная, этим занимаются во всех странах как специально обученные люди, так и порой энтузиасты. В демократической межпартийной борьбе или в конкуренции между странами часто используются довольно неприятные приемы. Скажем, наши репортеры видели, как американский Fox, прямо как для кино, инсценировал картинку с беженцами из Гори в 2008 году (то ли не смогли документальный кадр снять, то ли хотели картинку покрасивее).

Агитация нынешней нашей оппозиции подчас ничем не отличается по методу. Было и так, что главный антипутинский агитатор и пропагандист Навальный использовал ложь и против меня лично. У меня есть знакомые, которые в разное время уходили с разных каналов государственного ТВ, когда натыкались на наиболее грубые способы работы с фальсифицированной картинкой и тенденциозно подобранными цитатами.

Агитацию и пропаганду не отменить. Но, во-первых, прямое вранье должно быть наказано. Во-вторых, пространство информационных войн должно быть все-таки маргинальным по сравнению с пространством открытой политической полемики и честной журналистики. А это разговор, в котором стороны не мочат, а слышат друг друга и отличают аргументы от подтасовок, даже если они исходят от «своих».

И здесь нужно идти на принцип, как бы кого от этого ни корячило. Если одни будут думать: пусть это натяжка и вранье, зато против режима — и наоборот: да, грязная агитка, зато мочит «оранжевых», то утрата способности к трезвой мысли в масштабе страны гарантирована. И при любой смене политического ветра в этом случае на коне окажется грубое вранье. Собственно, так в массовом порядке и происхо­дило после «оранжевой» революции: те, кто агитировал за Кучму и «стабильность», вдруг стали за Ющенко и «голодомор». Агитация и пропаганда меняют знак легко и не знают сомнений. А вот искренняя позиция всегда понимающая и самокритичная.

И тут очень существенна позиция нашего журналистского сообщества. Моральные санкции должны быть исключительно по делу (а не на основании взглядов, верований, партийной или акционерной принадлежности), то есть когда доказаны ложь, грязь, грубая подмена и манипуляция. В остальных случаях правильно считать коллег честными профессионалами.

Это тяжело, потому что многим придется избавиться от снобистского самолюбования: мол, все вокруг продажные, и только наш круг (наше издание, наша тусовка) — светочи свободной прессы. Мол, «ты Каин и Манфред, а мы плевки у тебя под ногами». Но оно того стоит.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №11 (240) 22 марта 2012
    Пытки
    Содержание:
    Реклама