Пенсия на нарах

Актуально
Москва, 07.06.2012
«Русский репортер» №22 (251)
Международный суд в Гааге приговорил экс-президента Либерии Чарльза Тейлора к 50 годам тюрьмы за «подстрекательство к одному из самых гнусных преступлений в истории человечества». История Тейлора сколь мерзкая и кровавая, столь и неоднозначная: противная сторона действовала схожими методами, сам он работал на ЦРУ, а подстрекательство чужих боевиков — сегодня актуальная мировая практика

Фото: EPA

Чарльз Тейлор — это тот самый президент Либерии, который в 1997 году под лозунгом «Он убил мою маму. Он убил моего папу. Голосую за него» одержал победу над будущим лауреатом Нобелевской премии мира Эллен Джонсон-Серлиф. А затем на благотворительном вечере у другого Нобелевского лауреата Нельсона Манделы на радостях подарил мешок алмазов супермодели Наоми Кемпбелл. Это две самые известные истории из жизни либерийского диктатора и, кажется, единственные позитивные.

Что же нужно было сделать, чтобы стать первым главой государства, осужденным международным трибуналом со времен Нюрнбергского процесса (а по сути — вообще первым, если учесть, что осужденный в 1946 году Карл Дитц был номинальным главой рейха лишь несколько дней)? Под трибунал Тейлор угодил за «логистическую и моральную поддержку» военной операции «Ни одной живой души» в соседней Сьерра-Леоне в 1999 году: местные повстанцы, выменявшие у него оружие на алмазы, убили около семи тысяч человек, из них половина — мирные жители. Тогда и произошли эти гнусные преступления: убийства, изнасилования, пытки, отрезания конечностей, похищения, уводы в сексуальное рабство и использование детей-солдат.

Правда, сам Тейлор в них не участвовал — он лишь вооружал повстанцев и, по словам прокурора, принимал личное участие в планировании операции. Адвокаты пытались доказать, что президент не мог совмещать такую степень участия с исполнением своих прямых обязанностей, но суд им не внял. Это самый спорный и при этом ключевой пункт обвинения. Иначе непонятно, чем Тейлор отличается от, например, Николя Саркози, который точно так же оказывал логистическую и моральную поддержку боевикам в соседней Ливии, которые, согласно докладам той же ООН, совершали тяжкие преступления против мирных жителей под лозунгами борьбы с кровавым режимом Каддафи.

Тейлор, конечно, уголовного преследования не ожидал. Ведь даже прямое участие в убийствах и зверствах в Африке очень редко удостаивается внимания международного суда. Например, его экс-соратник по войне в Либерии Принс Джонсон прославился в 1990 году облетевшими весь мир кадрами: потягивая Budweiser, он смотрит, как его бойцы отрезают ухо президенту Сэмюэлю Доу и заставляют того его есть. Теперь Джонсон — обычный либерийский сенатор. С самим же Тейлором вышла еще более захватывающая история.

В 1983 году он, чиновник того самого президента Доу, бежал из Либерии в США из-за обвинений в краже миллиона бюджетных долларов. Там он был схвачен и посажен в тюрьму города Бостона. Но вскоре бежал из нее через окно туалета, скрылся из США и объявился в Ливии, в одном из лагерей по подготовке боевиков.

Уже через полтора года он поучаствовал в свержении президента Буркина-Фасо Томаса Санкара, а еще через три — в свержении Доу. Как арестованному в США африканскому чиновнику удалось за пять лет сбежать из американской тюрьмы, свергнуть президентов двух стран, развязать одну гражданскую войну, вмешаться во вторую и самому стать президентом — отвечали разные стороны. И были единодушны.

«Тейлор не бежал из тюрьмы. Его выпустили с целью возвращения в Либерию, чтобы помочь нам свергнуть диктатора», — заявил сенатор Принс Джонсон Комиссии по установлению справедливости и примирению в Сьерра-Леоне в 2008 году.

«Я называю это освобождением, потому что я не бежал. Я не платил никаких денег. Я не знал парней, которые меня вытащили. Я не прятался», — еще раньше сказал на суде сам Тейлор.

Наконец, в 2011 году американская разведка сама признала, что Тейлор работал на нее. Но, очевидно, война в Сьерра-Леоне не входила в планы ЦРУ. И Тейлор, в кои-то веки лично не поучаствовавший в вооруженном конфликте, оказался за решеткой.  Дав 64-летнему Тейлору 50 лет, трибунал изящно обошел запрет на присуждение в качестве меры наказания пожизненного заключения.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №22 (251) 7 июня 2012
    Футбол Европы
    Содержание:
    Реклама