И Хинштейн с ними

Актуально
Москва, 28.06.2012
«Русский репортер» №25 (254)
Министр внутренних дел Владимир Колокольцев создал рабочую группу по дальнейшему реформированию полиции. Сотрудники министерства рассчитывают, что новая реформа исправит многочисленные ошибки предыдущей, но встре-вожены тем, что в ее мозговом центре оказалось мало людей, хорошо знакомых с сегодняшним днем российской полиции. «РР» разбирается, чего хотят добиться реформаторы

Фото: РИА Новости

— Никаких комментариев от меня впредь не будет. Интервью я больше не даю, — прежде весьма словоохотливый генерал Владимир Овчинский, в прошлом году покинувший пост советника председателя Конституционного суда из-за несогласия с реформой уголовного законодательства, «онемел», как только стал руководителем рабочей группы по реформе МВД.

Состав этой комиссии говорит сам за себя. Место в ней нашлось, например, Александру Хинштейну, давно снискавшему себе славу главного медиарупора противников команды Рашида Нургалиева. Многие правоохранители, недовольные деятельностью руководст­ва МВД, уже не первый год группируются вокруг другого вошедшего в комиссию депутата Госдумы — Владимира Васильева. В том же ряду и член Совета Федерации Александр Чекалин, в 2008 году покинувший министерство, как считается, именно из-за разногласий с тогдашним его главой. В общем, почти весь цвет право­охранительной фронды. Чем же они собираются заняться?

Ликвидация «палочной системы». Эту цель рабочая группа объявила своим приоритетом. Проблема в том, что бороться с ней собирались уже много раз, а Рашид Нургалиев накануне своей отставки и вовсе объявил, что систему поборол. Только воз и ныне там. Так называемая палочная система — это способ отчетности, при котором до полицейских доводится количественный план по раскрытию преступлений, что приводит к злоупотреблениям. Какие иные критерии оценки деятельности полиции предложит рабочая группа, созданная Колокольцевым, сказать пока трудно. 

Сокращение числа обслуживающих подразделений. Одна из главных претензий к реформаторам нургалиевского призыва — в разрастании штабных подразделений, которые своими бесконечными бумажными требованиями чуть ли не парализовали деятельность оперативников. 

Простые оперативники зачастую вообще не видят необходимости в штабах и винят во всем военное прошлое многих руководителей МВД, привыкших, что воинского подразделения без штаба не бывает. Между тем сами штабные офицеры призывают не торопиться с выводами.

«Все кричат: “Разогнать штабы!”, при этом за хорошим аналитическим материалом сразу бегут в штаб, — пишет один из участников специализированного полицейского форума. — Тот же Хинштейн предлагает сократить штабы до минимума и буквально сразу начинает апеллировать к аналитическим данным, взятым из штабных же отчетов».

Проблема здесь не в самих штабах, а в управленческой идеологии, требующей постоянной формально-бумажной отчетности. Между тем о необходи­мости сокращения внутреннего документооборота в приказе о создании рабочей группы по дальнейшему реформированию МВД не сказано ни слова. 

Возвращение в органы сотрудников, не прошедших переаттестацию. В одном из своих докладов депутат Хинштейн привел такие цифры: в Пермском крае численность ППС сократилась на 34,5%, в Саратовской области — на 45,4%, в Ростовской — на 56,7%. Генерал Овчинский уже успел заявить, что возвращение старых кадров, потерявших работу в результате милицейской реформы, — одна из приоритетных задач, стоящих перед министерством.

Действительно, неоднократно отмечалось, что переаттестация была не до конца честной и эффективной, зачастую в полиции оставались не самые профессиональные кадры, а самые удобные для начальства. Проблема, однако, в том, как правильно построить процесс возвращения изгнанных. Очевидно, что потребуется новая аттестация, которая поставила бы заслон на пути тех, кого уволили за дело. Вопрос, кто ее будет проводить.  

Возрождение УБОПа. Специализированные подразделения по борьбе с организованной преступностью были ликвидированы указом президента в 2008 году. И вот сегодня в кулуарах МВД ходит упорный слух, что новый министр и его команда активно лоббируют возрождение УБОПа. Два бывших его руководителя, ныне депутаты Госдумы Владимир Васильев и Александр Гуров входят в состав рабочей группы.

Убоповцам приписывали ликвидацию криминального беспредела 90-х, но в то же время обвиняли в том, что они становились «крышевателями» бизнеса вместо бандитов.

— УБОП закрывала ФСБ, — вспоминает наш собеседник из центрального аппарата МВД. — Предприниматели жаловались в «контору» — чекисты тоже кушать хотели, и как только у них появились силы, всю эту шарагу прикрыли: сначала переподчинили регионам, потом стали отнимать функционал. Никто не плакал: все-таки это были очень специфические ребята…

Собственно, и сейчас смысл возрождения УБОПа ясен не до конца. Непонятно, во-первых, с кем теперь бороться, во-вторых, где искать кадры: большинство бывших убоповцев за четыре года разбрелись по городам и весям. Кроме того, едва ли за это время отношение ФСБ к полицейским конкурентам стало более теплым, а потому в МВД уже готовятся к новой фазе межведомственного противостояния.

Нормализация работы управления по экономической безопасности. «Вы в курсе, что за последний год численный состав главного управления по борьбе с экономической преступностью и противодействию коррупции шесть раз выводили за штат и вводили обратно?» — интересуется наш собеседник из аппарата МВД.

Эта малозаметная деталь реформы МВД означает, что борьбу с коррупцией сосредоточила в своих руках прокуратура, в чем ей посильно помогал СКР, добившийся в прошлом году уголовного преследования уже самих прокуроров по делу о покровительстве подмосковному игорному бизнесу. Впрочем, репутация у УБЭПа не самая однозначная: упорные слухи о том, что и оно заражено коррупцией, циркулируют в МВД не первый год. Так или иначе вопрос о том, что будет представлять собой борьба с коррупцией и экономической преступностью, обязательно должен попасть в сферу внимания нового поколения реформаторов.

У партнеров

    Реклама