Логос на злобу дня

Андрей Константинов
13 сентября 2012, 00:00

С белоснежной обложки нового «Логоса» широко раскрытыми глазами смотрит Кенни — в своем вечном оранжевом скафандре, с табличкой «Революция» в руке. Если вдруг кто не знает, «Логос» — это главный российский философский журнал, мальчик Кенни — герой, трагически погибающий в каждой серии «Южного парка», оранжевый и белый — цвета революции, а революция — тема, которую снова обсуждают, чаще со страхом, реже с надеждой.

Креативно-классовое восклицание «Они убили Кенни!» (на него принято отвечать «Сволочи!») примерно соответствует староинтеллигентскому «Не забудем, не простим!». Неужели философы снова собрались вслед за Марксом переходить от объяснения мира к его изменению? И вообще, что такое философия сегодня?

На этот вопрос приличному философу каждый раз приходится отвечать заново. Они вечно пытаются проблематизировать понятия, которые мы воспринимаем как данность, — за это их и не любят. Лучше не беспокоить их этим вопросом, а посмотреть, чем они занимаются на страницах «Логоса», — это и будет философия. Тем ­более что журнал наполовину состоит из ­переводов и уже двадцать лет успешно знакомит публику с мировыми интеллектуальными тенденциями.

Первые статьи посвящены Facebook, ­философии лайка и прочих постов-пере­­постов. «Перепостили — следовательно, ­существую», — выводит Юлия Меламед ­актуальную формулу бытия. Это не очередные рыдания о деградации человечества, а анализ соцсети как медиа, которое задает структуру нашей коммуникации, как синтаксис задает структуру речи. Что мы на ­самом деле делаем, когда ставим лайк? Проявляем элементарную форму эмоционального участия, очищенного от всякой мысли, даем позитивное подкрепление, то есть обучаем партнеров по общению постить, например, фотки котиков и не постить длинные тексты. Отсюда можно сделать ­далекоидущие выводы, допустим о том, что общество разбилось на два резко ­поляризовавшихся лагеря в результате «­нашего существования в Facebook, на территории, не принимающей сложного ­высказывания».

Я и сам считал соцсети центральным ­феноменом нашего времени, но от философов ждешь чего-то другого… Почему рассуждения о роли соцсетей в уличной политике — это философия, а не публицистика?

Мне кажется, философия здесь понимается как критика привычных, «вульгарных» представлений о происходящем и попытка найти глубинную логику событий. Когда дело доходит до революции, точнее, до ­наших протестов и революционных ­настроений, в роли глубинной структуры, определяющей логику событий, выступают привычные схемы социальных взаимо­действий.

Так, Виталий Куренной жестко ирони­зирует над прекраснодушием наших «­протестантов», считая, что их действия направляются не политической логикой, а психологической — потребностью в эмоциональной встряске и романтическим протестом против всеобщего отчуждения. Психологию же формируют схемы социальных взаимодействий — так, привычка к потребительскому выбору в супермаркете задает представление о необходимости честных выборов. Контракты автострахования сформировали у населения привычку ­соблюдать контракт — вот оно и ждет, что власти тоже будут соблюдать взятые на себя обязательства. Вину за поляризацию общества Куренной возлагает не на Facebook, а на сайт ­Госуслуги.ру, давший онлайновой части ­общества привилегии (возжаждав привилегий, я тоже посетил сайт, но не впечатлился — его явно создавали офлайновые люди).

Статьи, посвященные «Южному парку», сводят поверхностные шутки его героев к глубинным политическим интенциям его создателей-либертарианцев. Мое отношение к этому мультфильму лучше всего отражает название одной из статей: «Это уже было в “Симпсонах”». Кстати, оказалось, «Симпсоны» в США воспринимаются как оплот семейных ценностей и умеренно-консервативного мировоззрения, так что недавний запрет на нашем телевидении встроенного в мультсериал шоу «Щекотки и Царапки» — это удар по семейным ценностям (и правда, мы всей семьей над ним хохочем). Но не будем о грустном, лучше утешимся философией.

«Логос» невероятно радует смелой игрой с поп-культурой и отзывчивостью вызовам времени — по-моему, такая отзывчивость гораздо ближе духу истинной философии, чем штудии академического сообщества, которое в советские времена строило стены из терминов для защиты от цензуры, а теперь прячется за ними от мира.

Философствование как критика «вульгарного понимания мира» и выявление его глубинной логики — занятие, имеющее давнюю традицию (так, Ницше сводил идеологические феномены к желанию властвовать, Маркс — к желанию обогащаться, Фрейд — к сексуальному желанию). Главное тут — не впадать в «эпистемологическое самодовольство», как выразился один из авторов, то есть считать свои реконструкции не единственно истинной логикой событий, а лишь еще одной логикой, тоже влияющей на происходящее.