Культурный термидор

Культура
Москва, 04.07.2013
«Русский репортер» №26 (304)
Марат Гельман уволен с поста директора Музея современного искусства PERMM и больше не будет руководить фестивалем «Белые ночи». Российские власти продолжают закручивать гайки и атакуют все авангардное. Теперь они решили добить симпатичный пермский проект по превращению города на Каме в культурную столицу России — так на ситуацию смотрят из Москвы. Из Перми все выглядит чуть-чуть по-другому

Фото: Максим Кимерлинг/Коммерсантъ

Русский Рур

— Как вы оцениваете уровень нашей пермской культуры? — спрашивает один из депутатов Пермского законодательного собрания у краевого министра культуры Игоря Гладнева.

— У нас культура мирового масштаба! — выкрикивает министр.

По залу проносятся смешки. Депутат Андрей Старков не унимается и продолжает троллить министра.

— А как вы относитесь к идее, что Пермь должна быть культурной столицей России?

— Мы — культурная столица! Мира! — снова выкрикивает министр. Депутаты веселятся еще больше. Особого пиетета к чиновнику они не испытывают.

— Пермь не типичный регион. У нас все не так уж плохо,— объясняет бывший министр культуры края Николай Новичков. Он занимался местной культурой при губернаторе-реформаторе Олеге Чиркунове, а теперь стал советником федерального министра культуры.

В Перми и правда все неплохо: это регион-донор. «Лукойл» здесь добывает нефть — местный офис нефтяной компании находится прямо напротив зданий краевой администрации и парламента, свидетельствуя об уровне амбиций нефтяников в регионе. А еще здесь добывают калий, развита химическая промышленность, делают оружие. Пермяки хвастаются, что при желании могут иметь собственную космическую программу: на территории края есть все необходимое для того, чтобы собрать и запустить спутник.

И тем не менее люди из региона продолжали уезжать. Новичков вспоминает, как, собственно, возникла идея превратить Пермь в культурный бренд: краевые власти хотели, с одной стороны, построить еще одну сферу экономики, которая создает рабочие места, привлекает инвестиции и не зависит от мировых цен на сырье, с другой — повысить уровень жизни в крае и сократить миграцию.

Брендирование или ребрендирование городов — общемировая тенденция. В городе, у которого есть собственная яркая индивидуальность, жить приятнее. Через ребрендирование прошел Рурский регион в Германии. Когда-то это был индустриальный центр страны, но в 90-х годах выяснилось, что в Западной Европе шахты, домны и заводы нерентабельны. Экономику удалось перемонтировать, и сейчас в Руре самая высокая в Германии концентрация оперных театров и университетов на душу населения.

В Перми решили сделать ставку на музеи и фестивали. Процесс назвали громко — «культурная революция», а город пообещали превратить в культурную столицу России. Из Москвы пригласили известного галериста Марата Гельмана, который создал в городе Музей современного искусства PERMM. Первые выставки пользовались успехом.

Проблема в том, что все учебники и пособия по брендированию территорий учат, что успешный проект возможен, только когда его одобряет население. В Перми у современного искусства сразу появились противники, оппозицию возглавил самый известный в России пермяк — прозаик Алексей Иванов.

Весной 2012 года Чиркунов ушел в отставку, его заменил Виктор Басаргин. Московская интеллигенция дружно похоронила «культурную революцию». Культурная жизнь в городе и правда немного притихла, однако большинство фестивалей выжило, а в музее PERMM по-прежнему устраивали авангардные выставки.

В июне 2013-го стартовал главный пермский фестиваль — трехнедельные «Белые ночи». И за четыре дня до конца фестиваля, 19 июня, Гельмана внезапно сняли. Формально — за скандальную выставку Василия Слонова Welcome! Sochi 2014, где высмеивались символы сочинской Олимпиады. А на следующий день в PERMM явились с обыском.

Белые ночи

В середине июня в Перми и правда темнеет всего на пару часов, эффект белой ночи здесь чувствуется сильнее, чем в Санкт-Петербурге. Одноименный фестиваль — важная часть городской жизни, уже несколько лет подряд главная площадь Перми, Эспланада, гигантский сквер у заксобрания, превращается в фестивальный городок.

«Белые ночи» — это на самом деле десяток разных фестивалей: музыкальных, этнических, литературных, книжных, театральных. Народу много: в этом году за 23 дня фестиваль посетили в общей сложности миллион человек. «Белые ночи» нравятся даже тем, кто традиционно осуждает современное искусство. А кому не понравится, когда к вам приезжают «Аквариум», «Вопли Видоплясова» и Zdob si Zdub?

«Белые ночи» нравятся даже депутатам Пермского заксобрания.

— Уже сформирован бренд, и этот бренд узнаваем, — волнуется депутат Андрей Марков. Депутатов вряд ли можно заподозрить в любви к Гельману, но после его увольнения в Перми опасаются, что нынешний фестиваль будет последним. Даже депутаты боятся. — Каждый год мы вкладываем в него огромные суммы. Кто теперь будет организатором фестиваля? И кому принадлежит бренд? Вдруг он у Гельмана?

— Бренд принадлежит нам, а не какому-то лицу, — отвечает министр Гладнев. — Программа фестиваля на 80% исполнена сотрудниками подведомственных учреждений. Наша позиция: программа фестиваля должна создаваться на конкурентной основе. Стоит подумать о конкурсе идей для фестиваля и о его переносе на другую площадку.

— Гельман был фигурой мирового масштаба, не нам с вами оценивать, — глубокомысленно замечает Марков.

Заседание краевого парламента все больше напоминает русский лубок «Как мыши кота хоронили». О Гельмане здесь говорят со смесью страха и уважения. Избавившись от московского галериста, власть не очень понимает, что ей дальше делать со всеми его начинаниями. Можно закрыть музей, но будет скандал в федеральном масштабе. А если прекратить фестивальное движение, то возмутятся жители края. Они привыкли, что летом у них проходит крупнейший фестиваль в регионе, и гордятся им.

Вообще, пермская политика полна интриг, и современная культура случайно оказалась на линии огня. Не под диктофон здесь охотно рассказывают о борьбе группировок. Губернатор Басаргин считается варягом из Екатеринбурга и  воспринимается многими негативно, как все екатеринбургское. Между краевым парламентом и губернаторской командой продолжается вялотекущий конфликт. А еще есть свои сложные интересы у добывающих компаний и прочих влиятельных организаций из Москвы.

История с выставкой Welcome! Sochi 2014, которую сперва разрешили, а потом запретили, выглядит сложной провокацией, в которой неприязнь к современному искусству лишь инструмент для решения более важных задач. Такой задачей может быть попытка еще больше ослабить позиции губернатора.

Партийное искусство

Когда на закрывающей фестиваль вечеринке появился Марат Гельман, по залу прокатился шепот: «Были обыски. Говорят, его скоро посадят». Гельман, однако, был совершенно спокоен и весело плясал с красавицами из мордовской фолк-группы «Ойме». Для него пермский проект закончен.

— Я, конечно, буду помогать новому директору музея Елене Олейниковой, она моя ученица. Но уже как частное лицо.

В арест и преследования Марат Гельман не верит. Несмотря на все обыски, единственное, что выявила полиция, — это что в работах выставки Welcome! Sochi 2014 были незаконно использованы символы Олимпиады. На будущее пермского проекта Гельман смотрит пессимистично.

Впрочем, похоже, его идеи здесь пустили корни. Одним из новых символов города стали «Красные человечки» арт-группы Professors — композиция из человеческих фигур около заксобрания. Их то снимали, то ставили на место, ими восхищались московские гости, на них ругались местные.

— «Красные человечки» поизносились. Они уже не совсем красные. Пропал главный человечек. Объясните, что с ним, — строго спрашивал на заседании заксобрания глава фракции «Единая Россия» Юрий Борисовец.

— Отдыхает, видимо, — пытался отшутиться министр культуры, но шутка поддержки не встретила. Министр исправился: — Мне принесли справки, мы посмотрим, где какие человечки лежат, стоят, бегают и прыгают.

— За него платили деньги, — не отставал Борисовец. — Верните нам основного человечка, остальных покрасьте.

Трудно сказать, действительно ли пермская «Единая Россия» любит современное искусство или это часть сложных местных интриг. Но для депутатов «Красные человечки» на балансе города. Логика простая: раз их кто-то поставил за краевой бюджет — значит, они должны стоять. Деньги здесь считать умеют. Современное искусство и фестивали стали важной частью пермской жизни, и даже депутаты понимают, что их надо сохранить. Вопрос в исполнителях этой воли.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №26 (304) 4 июля 2013
    Производство
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Реклама