Пивным «фугасам» грозит запрет

Специальный проект
Москва, 14.05.2015
«Русский репортер» №12 (388)
Ближе к лету пиво, пенное и холодное, все больше завладевает умами, и не только масс. Этой весной популярный напиток стал предметом больших дебатов, да еще и на международном уровне. Руководство крупнейшей мировой пивоваренной компании Carlsberg пишет письмо премьер-министру РФ Дмитрию Медведеву. Ему же и председателю Госдумы отправляет письма некоммерческое партнерство по развитию индустрии полиэтилентерефталата «АРПЭТ». Авторы просят не принимать поддержанный правительством проект федерального закона № 280796-6. В своей редакции во втором чтении он вводит запрет на продажу пива в полимерной потребительской таре (ПЭТ) объемом более полутора литров с 1 июля 2016 года, впоследствии — в таре емкостью более половины литра. Дума собирается вернуться к этому законопроекту в ближайшее время.

Фото: Fotolia/PhotoXPress

В Carlsberg уверены: ограничения резко снизят потребление продукции и оттолкнут международных инвесторов. А в «АРПЭТ» полагают, что запреты приведут к сокращению их производственных мощностей примерно на двадцать процентов.

Итак, представители отраслей, заинтересованных в сбыте пива в крупных пластиковых бутылях, высказались и смогли донести свое мнение до властных верхов. А как аргументируют свою позицию противники ПЭТ-тары?

— В странах ЕС, где развито пивоварение, доля пива, которое разливается в ПЭТ-тару, не превышает 3–4%. В Германии — 4%, в Бельгии — 3%, в Великобритании — 0,1%, в Италии — 0,08%. А в Российской Федерации этот показатель — более 60%! — сетует соавтор законопроекта, первый зампред комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Михаил Тарасенко. — А ведь согласно ряду исследований, при контакте с пивом пластик выделяет дибутилфталат, способный вызывать токсический гепатит, а при постоянном употреблении — и системное поражение внутренних органов.

Пластиковые пивные «фугасы», как их порой называют в просторечии, по полтора и более литра появились у нас сравнительно недавно. Сторонники ПЭТ-тары указывают на то, что наиболее бедные государства Европы по уровню потребления пива из пластиковой тары близки к России. Но, во-первых, почему нас все время пытаются столкнуть куда-то к малоразвитым странам? Да и пластик пластику, оказывается, рознь.

— Все производители пива имеют у себя на заводах хроматографы и в течение десяти минут в состоянии сделать анализ, чтоб убедиться, что из ПЭТ-тары выделяется дибутилфталат, — говорит председатель Национального союза защиты прав потребителей Павел Шапкин. — Это подтверждало и Росалкогольрегулирование, и Роспотребнадзор. В Европе используют ПЭТы в минимальных количествах. Но, хочу заметить, что там они трех-пятислойные, но даже в таком виде не способны полностью защитить пиво от попадания дибутилфталата. Но наши-то упаковки вообще однослойные. Игрушки с данным пластификатором из продажи изымаются. Есть уголовные дела за торговлю тапочками, которые его выделяют. В Европе в начале 2000-х годов запретили лаки с фталатами: выяснилось, что, в частности, дибутилфталат впитывается через ногти и может нарушать репродуктивную функцию. Они убрали лаки для ногтей, а у нас в России из этого пьют.

Большая часть крупных пивоваренных заводов России контролируется иностранными компаниями, которые считают, что на нашем рынке наиболее востребована дешевая продукция, уверен Павел Шапкин. А потому ориентированы на продажи максимальных объемов пива из нижнего по цене и качеству сегмента. Да, наверное, с точки зрения производителей, это резонный подход. Но является ли он верным с позиции общества?

— Дело не только во вреде веществ, выделяемых в напиток из упаковки. В больших дешевых бутылках пиво приобретается в слишком больших объемах, что стимулирует потребление и развитие зависимости, — говорит пресс-секретарь Роспотребнадзора Анна Сергеева. — Во всем мире есть практика ограничения объемов алкогольной упаковки.

— Увеличение объемов продажи пива в дешевых бутылках само по себе делает его более доступным, что не является целью любого государства, притом что основным его покупателем является молодежь, — соглашается Михаил Тарасенко.

— Они бьются за ПЭТ-тару не только потому, что она дешевая и им не важно здоровье потребителя. Из одной ПЭТ-капсулы можно выдуть любую емкость до трех литров, — говорит Павел Шапкин. — Сколько именно выдул, никто никогда не проверит, и это очень удобно для производства нелегальной продукции. Пивовары говорят, что сокращение ПЭТ-тары повлечет огромные убытки. При этом для всех других видов алкоголя предусмотрено стекло. Почему боятся производители пива, которого продают в десять раз больше, чем вина и водки вместе взятых?

Относительно угроз о том, что запрет резко снизит производство пива и ударит по производству тары, позиции собеседников схожи. Они полагают, например, что у России достаточно возможностей выпускать качественное стекло, и модернизация этой отрасли, напротив, обеспечит появление новых рабочих мест.

— У нас стоят свои стекольные заводы, которые нужно запускать, и это также рабочие места, — говорит Михаил Тарасенко. — При современном развитии Россия сможет обеспечить конкурентоспособное производство. Не будем забывать и про алюминиевые банки, которые также производятся на нашей территории. Мне кажется, что не очень резонно доверять странам, которые вводят против нас санкции, а потом начинают рассказывать нам про уменьшение инвестиций.

— Говорить, что отказ от пластика убьет наших производителей — смешно. Производство стекла существует во многих субъектах РФ. Сейчас оно как раз находится в состоянии упадка, — подчеркивает Павел Шапкин. — Запрет ПЭТ — это, наоборот, дополнительный шанс для развития отечественной стекольной продукции. Те губернаторы, которые «ведутся» на просьбы и ухищрения пивгигантов, подставляют себя и свой бюджет. И не должны бояться каких-то будущих потерь, которыми им грозят: они теряют огромные суммы сегодня и вчера уже потеряли. Люди не в будущем лишатся рабочих мест, они лишены их сегодня.

Законопроект был принят в первом чтении в июне прошлого года. Он различал пиво крепостью менее четырех «оборотов» (алкогольную продукцию «c содержанием этилового спирта четыре и менее процентов объема готовой продукции»), которое можно продавать «в полимерной потребительской таре объемом не более 500 миллилитров», и более крепкое пиво, продавать которое в ПЭТ не допускается вовсе. Сроки нововведений устанавливались уже с этого года. Сейчас они сдвигаются.

— Мы делаем это для того, чтобы дать время промышленности, которую представляет пивное лобби, — говорит Михаил Тарасенко. — Но за это время, замечу, они абсолютно ничего не сделали для того, чтоб подстроиться под новую идеологию отношения к пивной таре. Потому что были уверены, что смогут закон дезавуировать. Теперь уже для всех очевидно, что не удастся. Мы будем реалистами: за всем этим стоят рабочие места, и поэтому пойдем на то, чтобы несколько изменить сроки и создать условия для реализации той продукции, которая произведена. Не думаю, что правительство из-за письма пойдет на отзыв своего заключения на законопроект. Мы с уважением относимся к торговым партнерам, в том числе и к компании Carlsberg, но вряд ли она будет диктовать, какую линию нам осуществлять внутри России. В Государственной Думе люди, совершенно по-разному видящие развитие экономики, по-разному видящие роль государства в организации экономической политики, поддержали данный законопроект. Думаю, — заключает депутат, — это говорит о том, что он справедлив. Там прописаны этапы перехода на уменьшенные объемы пластиковой тары и постепенный запрет. Окончательная его реализация планируется до января 2017 года.

У партнеров

    Реклама