Книги

Афиша
Москва, 17.06.2019
«Русский репортер» №11 (476)

Высокий, низкий, всякий

Константин Мильчин, книжный обозреватель «РР»

Проза бывает условно высокая и условно обычная. Под понятием «высокая проза» каждый использующий этот термин имеет в виду обычно что-то свое. Я для себя сформулировал, что это такое, следующим образом: высокая проза дает много пищи для ума. Факты, ситуации, проблемы, описанные в книге, не покидают тебя потом еще много дней, ты раз за разом переживаешь и перевариваешь прочитанное. И это очень хорошо, потому что если не думать, то мозг умирает. Соответственно низкая, или горизонтальная, проза может нас радовать тем, как она написана, крутизной интриги, но мы вряд ли будем возвращаться к ней в мыслях после того, как книга будет дочитана. То же самое касается и нон-фикшн: образцы высокого жанра взрывают нам мозг интересной постановкой вопроса, необычными и редкими идеями, поразительными фактами, восхитительной логикой, необычной трактовкой. И да, к таким книгам мы потом возвращаемся раз за разом. Иное дело обычный, «низкий» нон-фикшн, который может быть интересен, но никаких революционных открытий нам не дарит.

Книга Даниэля Клугера об истории сыска, как частного, так и государственного, — как раз такой пример качественного, но, безусловно, обычного нон-фикшн. Это не особо глубоко, но и правда увлекательно: как на свет в муках и ошибках появилась криминальная полиция. Сама полиция — достаточно позднее изобретение; в Англии, к примеру, она более или менее возникла в XVIII веке, потому что британцы не очень-то доверяют своим властям. До того с криминалом боролись частные сыщики — «вороловы», которые за умеренное вознаграждение возвращали украденное и отправляли мошенников за решетку. Чаще всего вороловы были связаны с преступным миром, то есть сперва сами воровали, а потом сами и возвращали. Если для вас все это новость, то вам непременно стоит прочесть Клугера. Если же вы об этом знаете, то вряд ли книга вас обрадует.

Аркадий Островский

Говорит и показывает Россия

Издательство Corpus

 

 ostr.jpg

Журналист The Economist пытается написать историю идей, которые меняли Россию на протяжении последних четырех десятков лет: от социализма с человеческим лицом к либеральному повороту перестройки и от нее к торжеству консерватизма. «Необходимость перехода к рынку и свободным ценам была очевидна практически всем в советском правительстве, но сам Горбачев колебался. “Отпустить”, то есть, по сути, поднять цены, означало бы разорвать общественный договор, который подразумевал, что еда в магазинах продается по доступным ценам, даже если за ней приходится стоять в многочасовых очередях».

Для интеллектуалов

Алиса Ганиева

Ее Лиличество Брик на фоне Люциферова века

Издательство «Молодая гвардия»

 lyube.jpg

Алиса Ганиева, прозаик, сперва специализировавшаяся на книгах про Дагестан, а затем переключившаяся на сатиру, дебютирует в жанре биографии и начинает с Лили Брик. «Одни зовут ее второй Беатриче, мудрой вдохновительницей, родной душой Маяковского. Другие — корыстной ведьмой, вампиршей, присосавшейся к несчастному гению, к его славе и деньгам, доведшей его до самоубийства. Одни мемуаристы считают ее красавицей, другие — дурнушкой». Потрет вышел на фоне мужчин, с которыми Лиля Брик встречалась и которых вдохновляла. Хотя из книги видно, что героиня заслуживает самостоятельного портрета.

Для интеллектуалов

Дмитрий Глуховский

Post

Издательство Storytel

 077_rusrep_11-10.jpg

Первый в истории современной русской литературы эксперимент: книга выходит в аудиоформате, бумажного или электронного текста в публичном доступе не существует. Ужасная Россия в ужасном будущем — после некой смуты граница проходит по Волге, что за ней — неизвестно, а от этого неизвестного мир охраняет пограничный пост, на котором и развернется основная драма: перед героями будет поставлен выбор, и все варианты будут чудовищны.

Для людей

Лиза Бреннан-Джобс

Маленькая рыбка

Издательство АСТ

 

 rybka.jpg

Старшая дочь Стива Джобса — та самая, родство с которой он долгое время упорно отвергал, но затем, наконец, признал и даже с ней подружился, написала что-то вроде автобиографии: я и мой безумный, великий, ужасный, но все же чудесный отец. Который в книге выходит одновременно и на редкость неприятным, но и в то же время крутым. Например, он постоянно отрицал, что назвал в честь дочери один из первых своих компьютеров. В общем, перед нами справочник по комплексам: как отцовским, так и дочерним.

Для людей

У партнеров

    Реклама