Непаханое поле возможностей

Тема недели
Москва, 15.01.2007
«Эксперт Сибирь» №1-2 (144)
Развитие экономики Сибири идет по инерционному сценарию. Чтобы переломить эту тенденцию и выйти на лидирующие позиции по темпам роста экономики, нужно вновь вспомнить о стратегии развития региона

Когда же еще уместнее всего говорить о прогнозах развития экономики, как не в самом начале года? Подведение итогов по многим показателям еще предстоит, но уже сегодня видно, что индекс промышленного роста Сибири не поднимется выше 105%. Разумеется, это достаточно много — почти вдвое превышает рост мировой экономики, который в 2006 году составит, по прогнозам, всего 3%. Но, учитывая долгий период нашей почти полной экономической разрухи, продолжавшийся около 11 лет с начала 1990-х, это, конечно, далеко не те показатели, которыми можно было бы гордиться.

Какой может стать экономика Сибири в обозримом будущем, и что для этого нужно предпринять? И, самое главное, какой она станет, если бизнес не найдет здесь путей применения своих сил?

Множество стратегий

Для ответа на поставленные вопросы имеет смысл вспомнить разрабатываемые в разные годы планы экономического развития Сибири и ее регионов в отдельности. Потому что серьезный анализ долгосрочных перспектив социально-экономического развития региона невозможен без представления о том, какие промышленные проекты будут реализовываться на его территории, в каком направлении будет проводиться инвестиционная политика.

Собственно, впервые серьезная программа развития Сибири в новых экономических условиях начала создаваться около пяти лет назад, после первого визита в Новосибирск Президента РФ Владимира Путина.

Уже тогда началось сужение поля прямого финансирования федеральным бюджетом регионов. Федеральный центр провозгласил новые принципы бюджетного распределения, в результате чего особым приоритетом по выделению средств пользовались только четыре региональные программы федерального уровня — согласно им официально поддерживались Курилы, Северный Кавказ, Дальний Восток и Калининград. Кремль, таким образом, сделал ставку на геополитические интересы. Остальные территории должны были сами найти свою нишу, оценить возможности и принять новые принципы развития, в зависимости от приоритетных отраслей и научного потенциала региона.

Пока развитие экономики Сибири идет по инерционному сценарию, то есть во многом определяется уже заложенными тенденциями

В первое время разработанной учеными Сибирского отделения Российской академии наук (СО РАН) совместно со структурами окружного уровня программе попытались придать именно такой, приоритетный по сравнению с другими территориями, статус. Чтобы региональная стратегия развития региона стала федеральной с соответствующими объемами поддержки центра и финансированием.

Созданная сибирская Стратегия рассматривалась на федеральном уровне, в правительстве, но встретила жесткое сопротивление Минэкономразвития. Его специалисты посоветовали сибирякам не искать столь активно поддержки центра своим начинаниям. Дескать, пусть будет в Сибири документ в виде стратегии развития региона, отдельные его позиции пусть выходят в виде поручений конкретным министерствам, но отдельной федеральной программы со всеми соответствующими гарантиями правительства у Сибири не будет.

Вторая стадия работы над новой Стратегией началась в то время, когда в СФО сменился полномочный представитель президента, и новый полпред Анатолий Квашнин, разобравшись в делах, призвал практически тот же состав разработчиков к созданию новой редакции программного документа, на что потребовалось еще два года. Несмотря на плотную работу на этот раз с Минэкономразвития и Минрегионразвития, на высокие оценки полученного результата самыми маститыми учеными страны, назвавшими Стратегию «уникальным документом, который не смогут повторить ни в одном из других федеральных округов», внимание федерального центра к нему быстро ослабло.

Дело завершилось тем, что в середине прошлого года о притязаниях на создание документа, который должен показать, куда и как идти Сибири, заявил губернатор Красноярского края Александр Хлопонин. Помог этому проведенный в Красноярске съезд партии «Единая Россия» (ЕР), где Хлопонин выступил с программным докладом о стратегии развития Сибири, точнее, как бы изложил свои мысли о том, какой она должна быть.

После этого возникла еще одна инициатива стратегически смоделировать развитие региона, идущая уже по линии «Единой России». Ее лидеры провозгласили, что стране нужна цельная, объединенная программа развития Сибири и Дальнего Востока. Политсовет ЕР поручил это дело двум губернаторам — Александру Хлопонину и Виктору Ишаеву (Хабаровский край). Что и было сделано силами ученых Дальневосточного отделения РАН (использовавших наработки СО РАН). Стратегию презентовали 5 октября 2006 года на Дальневосточном международном экономическом форуме в Хабаровске, прошедшем под патронажем Государственной Думы РФ и партии «Единая Россия».

Полученный объединенный документ еще раз подтвердил: у экономики Сибири, равно как и Дальнего Востока, весьма вероятен неутешительный вариант развития, когда отставание от соседей — стран Азии — станет дестабилизирующим фактором.

Этот последний на сегодня документ имеет уж совсем небольшой общественный резонанс. И как руководство к действию федерального центра, как и все предыдущие, рассматривать его вряд ли стоит. Что наглядно показывает: когда в дело вмешиваются только амбиции, подкрепленные сиюминутной политической конъюнктурой, ничего хорошего из этого не получается. Потому что нужен именно стратегический взгляд на долгосрочную перспективу, а не желание заработать политические очки или срубить с федерального центра денег под какое-то начинание.

Позиция государства

Сами стратегии развития регионов писать не возбраняется никому, и без них правительство вообще ничего рассматривать не будет, потому что все должны иметь некий собственный взгляд на развитие региона. Но в целом приходится констатировать, что период, когда создание стратегий развития тех или иных территорий поощрялось правительством, когда они принимали форму программ, проходили экспертизу в министерствах и принимались к частичному финансированию из федерального центра — прошел. Сегодня у государства нет механизма, чтобы поддерживать подобные региональные инициативы.

Хотя по-прежнему есть федеральный фонд финансовой поддержки регионов — для выравнивания межрегиональных диспропорций. Но сегодня этот фонд рассматривается просто как некоторый инструмент для спускания пара.

Eсли мы не увидим перспектив собственного развития сами, нельзя говорить о возможности такого развития вообще

Сумма, аккумулируемая в фонде, не так и мала — 14% от налоговых доходов федерального бюджета. Но назначение этого фонда сейчас скорее локальное — помощь и поддержка совсем слабым, маленьким субъектам федерации, таким, как республики Тыва, Алтай, основные источники бюджетной сферы которых — поступления из федерального бюджета. А несколько последних лет из фонда поддержки регионов финансировались также проекты вроде празднования тысячелетия Казани и трехсотлетия Петербурга.

Более внятна, чем отношение к регионам и финансированию их стратегических нужд, политика государства в отношении провозглашенных в начале прошлого года национальных проектов. Пока, впрочем, лишь видно, что эти нацпроекты не так легко раскручиваются и дают отдачу, потому что точечный вброс средств в какую-то отрасль на фоне отставания всей экономики в целом мало что дает. По одной рентгеноустановке в районный центр, по линии Интернета в сельские школы — конечно, и это хорошо, но проблемы это не решает.

Прогнозы: неутешительный и утешительный

Учеными СО РАН были проведены исследования по разным сценариям дальнейшего развития Сибири.

Известно, что чем конкретнее рассматривается проблема, тем короче срок обоснованных и достоверных прогнозных оценок во времени. Так, большинство инвестиционных проектов, реализуемых или намеченных к вводу в строй в Сибири, имеют сроки реализации в пределах 2006–2012 годов, малая часть — на горизонте до 2015 года, и абсолютно отсутствует что-либо определенное за пределами 2015 года.

С другой стороны, общие методы макроэкономического прогнозирования позволяют делать непротиворечивые суждения об изменении группы корректно отобранных и взаимосвязанных макропоказателей развития крупного региона на достаточно отдаленную перспективу. Туда же можно «дотянуться» и с некоторыми балансами и условиями промежуточного уровня детализации.

Опуская методологические особенности анализа, можно отметить, что ввиду многообразия внешних факторов и внутренних предпосылок возможных сценариев развития региона может быть достаточно много. На практике ученые поступают проще, выбирая наиболее вероятные альтернативы развития, определяя их часто как «минимальный и максимальный», или инерционный и оптимальный сценарии.

Пока развитие экономики Сибири идет по инерционному сценарию, то есть во многом определяется уже заложенными тенденциями. Следуя по этому пути, экономика СФО способна развиваться достаточно устойчиво и во вполне рыночных тенденциях с темпами прироста на уровне 4–5% в год. Весь вопрос только в цене времени: с таким ростом, например, пресловутого удвоения ВРП за 10 лет не может быть достигнуто ни в период с 2006 по 2015 годы, ни в период с 2011 по 2020 год. Задачи модернизации экономики, роста перерабатывающих отраслей, создания современных инфраструктуры и сферы услуг отодвигаются в этом случае на достаточно отдаленный, если не сказать неопределенный, период.

Но ввод в строй приоритетных масштабных инвестиционных проектов, осуществление мероприятий по стимулированию притока инвестиций способны кардинально поменять ситуацию. В этом случае до 2015 года базисные отрасли экономики Сибири получат мощные импульсы для повышения своей активности, кратно увеличивая темпы прироста ВРП. В целом по СФО среднегодовой прирост ВРП за период с 2006 по 2020 год может составить не менее 7%, в том числе в 2006–2010 годах — 7,0%, в 2011–2015 годах — 7,9%, а за пределами 2015 года — на уровне 6,1%.

Общий уровень необходимых инвестиций в экономику Сибири за период с 2006 по 2020 год оценивается по максимальному сценарию на уровне 7 трлн 600 млрд рублей. Это позволит полностью обновить технологическую основу экономики (общее выбытие основных фондов за период составит около 2 трлн рублей), снизить материалоемкость общественного производства на 30%, увеличить производительность общественного труда в 2,6 раза.

Чтобы жить не по инерции

Вечная тема любых разговоров о будущем территории, любых стратегий развития Сибири, рассуждений о ее роли для страны — это положение о том, что она должна развиваться более быстрыми темпами, нежели вся Россия в целом. Положение, безусловно, правильное. И в основе такого развития должны стать как крупные инвестиционные проекты, так и строительство новой, инновационной экономики.

Что касается первых, они известны, информация о них активно муссируется в последние годы. Это и программа газификации юга Восточной Сибири и экспорта газа, строительство нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий океан, проектирование и формирование газохимического комплекса на юге Восточной Сибири, завершение строительства крупных электростанций (Богучанской ГЭС, Березовской ГРЭС-1 и Харанорской ГРЭС), строительство новых ТЭЦ в Чите, Красноярске, Новосибирске, Омске, Кемерове и Улан-Удэ, а также ввод в действие новых металлургических, лесоперерабатывающих, угледобывающих предприятий. Реализация крупных проектов очень важна, потому что они дают импульс развития всей остальной экономики.

Но крупные проекты надо рассматривать лишь как основу перевооружения экономики. Основная перспектива Сибири целиком и полностью должна заключаться в росте инновационных производств. От этого нам никуда не деться. Это единственный стратегический фактор, который поможет экономике конкурировать с соседями на равных. Поскольку на ценовых началах по спектру обычных товаров мы конкурировать уже не можем, несмотря на дешевые энергию, газ и рабочую силу.

Сейчас доля наукоемкой продукции в России измеряется долями процента, а во всем мире — 10–15%, здесь мы отстаем уже на два порядка.

Точки роста инновационной среды у нас всегда были и присутствуют по сей день. Но, например, удручающе положение нашего образования. С точки зрения среднесрочной перспективы, угрозу развитию новой экономики в Сибири составляет не то, что мы теряем образованных людей, которые покидают регион в поисках более высокого уровня жизни, а то, что мы не учим рабочим специальностям. Уже сегодня, например, Новосибирская область задыхается от нехватки таких кадров. Отсюда — приток мигрантов, которые заполняют свободные ниши.

Как резерв развития у нас есть очень большой ресурс — наш внутренний рынок. Но мы и здесь загнаны в ресурсные рамки. Например, добыча угля, руды — какие она предполагает нововведения, кроме автоматизации производства? Увеличиваются объемы, но не растет качество сибирской экономики. Этот ресурсный якорь будет тянуть нас назад еще очень и очень долго.

Плачевно, что по-прежнему, несмотря на понимание необходимости перехода к новой экономике, продолжается позиционирование Сибири чуть ли не как оплота мировой энергетической безопасности. Да, за нами ресурсы, спрос на них будет только расти в стране и в мире. И это значит, что наша ресурсная специализация будет только усугубляться.

Что такое наукоемкая продукция? Иметь светлые мозги и предложение наукоемкой продукции — только полдела, важно не то, что получено в пробирке, а реальные технологии, массовое производство. Готовы ли целые сектора нашей экономики перевооружаться в эту сторону?

Наконец, откуда возьмутся инвестиции для реализации проектов и для становления новой экономики?

Более половины всех инвестиций в основной капитал в Новосибирской области, например, приходится на собственные средства предприятий. Причем на эти средства идет около 49% от прибыли, оставшейся после налогообложения, амортизационных выплат. Если сами бизнесмены, которые работают в Сибири, не готовы вкладывать в собственные предприятия больше половины от дохода — а исследования показывают, что при хорошем инвестиционном климате такие вложения должны составлять 90% — то как тогда привлечь бизнес со стороны?

Устойчивый экономический рост в сочетании с возрастающими масштабами инвестиционной активности положительно влияют на инвестиционный климат в регионе, мотивируя предприятия все большую часть собственных средств направлять в основной капитал. Доля таких вложений в потенциальных инвестициях может возрасти с теперешних 67% до 88% в 2020 году — при условии реализации максимального сценария развития экономики Сибири.

При этом рост собственных средств, инвестируемых в экономику, отстает в начальные годы от роста общих потребностей в инвестициях, и лишь в последнем периоде (2016–2020 годы) заметно опережает последний. Удельный вес заемных средств к концу прогнозного периода стабилизируется на уровне, близком к 33%. При этом в расчетах закладывалось умеренное участие государственных ресурсов (средств федерального и региональных бюджетов) в финансировании инвестиций в сибирскую экономику — на уровне 13–13,5% всех инвестиций — пропорции, близкой к имевшей место в 2000–2005 годах.

Безусловно, невозможно построить в Сибири рай за чужие деньги. Но, например, та же вторая редакция стратегии развития Сибири содержит раздел инвестиционной политики, в котором есть механизмы улучшения этого климата. В частности, у нас еще очень плохо используются средства и сбережения населения. На Западе пенсионные фонды уже превратились в мощный ресурс финансирования экономики.

Сибирская экономика имеет колоссальный резерв возможностей. Незаслуженно забыта сегодня важность таких программных документов, показывающих перспективы развития региона, как долгосрочные стратегии. Создаваемые сегодня в угоду политической конъюнктуре, они потеряли собственную значимость в глазах правительства, общества и бизнеса. И совершенно напрасно: если мы не увидим перспектив собственного развития сами, нельзя говорить о возможности такого развития вообще.

Среднегодовые приросты ВРП Сибирского федерального округа, %

У партнеров

    «Эксперт Сибирь»
    №1-2 (144) 15 января 2007
    Экономические прогнозы
    Содержание:
    Непаханое поле возможностей

    Развитие экономики Сибири идет по инерционному сценарию. Чтобы переломить эту тенденцию и выйти на лидирующие позиции по темпам роста экономики, нужно вновь вспомнить о стратегии развития региона

    Реклама