Быть или не быть?

На протяжении всей истории строительства Новосибирской ТЭЦ-6 станции фатально не вез-ло, и сегодня из-за огромных сроков окупаемости сдвинуть процесс с мертвой точки поможет либо существенное увеличение тарифа с включением в него инвестиционной составляющей, либо государственное стимулирование вложений в подобные объекты

Впоследнее время нам постоянно твердят о том, что потребление электроэнергии растет, и без новых генерирующих мощностей не обойтись. В целях изменения топливного баланса в сторону преобладания угля над газом продекларирован приоритет возведения угольных станций. Последнее ровным счетом ничего не означает. Как показывает опыт европейской части страны и Урала, даже прописанные в Инвестпрограмме РАО «ЕЭС России» угольные блоки часто заменяются на блоки на основе парогазовых установок. Казалось бы, в Сибири, где расположены основные угольные бассейны, проблем со строительством угольной станции возникать не должно вовсе. Но обратным примером может служить замороженный долгострой — Новосибирская ТЭЦ-6.

Заход первый

Как утверждает технический директор ОАО «Сибирский энергетический научно-технический центр» («Сибирский ЭНТЦ») Юрий Травников, первое упоминание о необходимости строительства Новосибирской ТЭЦ-6 появилось в 1964 году при разработке схемы теплоснабжения города. Тогда ей был присвоен № 5, сооружение намечалось на левом берегу в районе нынешней МУП «Кировская районная котельная». Но вопреки желанию местных властей, по инициативе комиссии Госстроя СССР, был продвинут и реализован вариант строительства IV очереди ТЭЦ-3. Позже внимание сместилось в сторону правого берега, где впоследствии была возведена станция, получившая порядковый номер 5 (до этого значившаяся в планах как ТЭЦ-6). Однако о создании полноценной новой станции на левом берегу не забыли, и еще в 1978 году в принятой схеме теплоснабжения Новосибирска на период до 1990 года содержалось обоснование ее строительства. Площадка была выбрана в левобережье Оби в 5 км от городской застройки, в непосредственной близости от автомобильной трассы Омск–Новосибирск. Среди основных факторов, обусловливающих ее появление, тогда фигурировали дефицит электрической мощности в Новосибирской энергосистеме и тепла в левобережной части города.

На рубеже 1980-х – 1990-х годов проектирование станции вел институт «Новосибирсктеплоэлектропроект» (сейчас входит в состав «Сибирского ЭНТЦ»). В феврале 1993 года окончательный проект был утвержден приказом Минтоп­энерго России, после чего началось строительство первой очереди. На тот момент промышленность еще не сбавила ход, и энергоснабжение потребителей сопровождалось веерными отключениями. Поэтому предусмотренные проектом мощности: электрическая — 740 МВт, тепловая — 1 935 Гкал•час должны были помочь. Основным оборудованием станции значились четыре турбины и восемь энергетических котлов. В качестве топлива выступали канско-ачинские угли. За сравнительно недолгий период строительства были возведены: подъездной железнодорожный путь и автодорога, хозпитьевой водопровод, коллектор канализации (частично), радиорелейная связь с ОАО «Новосибирскэнерго», административный корпус со столовой, три складских корпуса, подстанция «Строительная» 220/10/6 кВ, электрокотельная, внутриплощадочные дороги, железно­дорожная вытяжка и несколько других объектов.

На момент выдачи технического задания на проектирование на промышленных предприятиях в левобережной части города ощущалась острая нехватка тепловых мощностей. Пока шли различные согласования, организации получили дешевый газ и смогли оперативно решить эту проблему, настроив множество газовых котельных. По словам Юрия Травникова, сегодня их тепловая мощность составляет 1 350 Гкал, что практически равно объемам мощности по выработке тепла недостроенной станции. Тогда же разраставшийся кризис в стране вылился в существенное снижение заложенных в проект тепловых нагрузок промышленных предприятий. Планируемого масш­табного увеличения объемов жилищного строительства в левобережной части не произошло. И как следствие — нагрузка со стороны коммунально-бытовой сферы росла не так быстро, как предполагалось. Централизованное финансирование отсутствовало, и строительство ТЭЦ было заморожено.

Заход второй

О станции вспомнили два года назад. Тогда компании «Кузбассразрезуголь», «Новосибирскэнерго» и «Сибирский антрацит» (Новосибирск) стали проявлять заинтересованность в возобновлении строительства. Но поскольку с момента появления прежнего плана прошло много времени, основному проектировщику «Новосибирскэнерго» — «Сиб­КОТЭС» — была заказана разработка предварительного обоснования инвестиций в возведение станции.

В последнем предТЭО предполагалось использовать уже имеющуюся площадку, электрическая мощность объекта могла составить 780 МВт, а тепловая — 1 080 Гкал. Предусматривалось два варианта станции: на основе трех блоков по 260 МВт с пылеугольными котлами либо угольными котлами с ЦКС (циркулирующим кипящим слоем). В обоих имелась возможность расширения станции четвертым блоком. Топливную основу должны были составить кузнецкие угли марки «Г» и «Д».

Удельные капиталовложения в 1 кВт установленной мощности оценивались в 1 031 доллар для варианта с пылеугольными котлами и в 1 200 — для котлов с ЦКС. Тогда экономическую целесообразность строительства станции удалось обосновать, но со сроками окупаемости в 10–12 лет. Однако с момента разработки предТЭО стоимость основного энергетического оборудования, строительно-монтаж­ных услуг и строительных материалов выросла в среднем на 30–40%. Повышение цен вкупе с низким курсом доллара отрицательно сказываются на сегодняшней сумме затрат на строительство. Удельные показатели стоимости возведения очень близки к цифрам подобных объектов на Западе. Уже состоявшиеся сделки по приобретению пакетов оптовых и территориальных генерирующих компаний показывают, что зачастую активы достаются инвесторам по существенно более низким расценкам за киловатт установленной мощности, чем у нового строительства. И это при многочисленных рисках, связанных с возведением объектов.

Генеральный директор ОАО «Ново­сибирскэнерго» Александр Пелипасов на просьбу прокомментировать возможные перспективы строительства Новосибирской ТЭЦ-6 или назвать какие-либо планируемые сроки ответил следующее: «На строительство станции требуется около полутора миллиарда долларов. Эти средства не вернуть за счет действующих тарифов, поскольку в них не заложена инвестиционная составляющая. Кроме того, потребитель в принципе не должен нести на себе эту финансовую нагрузку. Текущие сроки окупаемости находятся в пределах 15 лет, что не вызывает интереса у инвесторов. Пока ни о каких конкретных сроках строительства в связи с этим говорить не приходится. Подобным крупным инвестициям бизнеса нужна поддержка государства, например, в виде налоговых льгот».

А нужно ли?

Получается, что обстоятельства, обусловливающие строительство Новосибирской ТЭЦ-6, не вписываются в рамки инвестирования с приемлемыми сроками окупаемости, а проблема дефицита тепловой мощности отпала еще в 1990-е годы. Возникает резонный вопрос: нужна ли нам станция сейчас?

Заместитель генерального директора по перспективному развитию компании «СибКОТЭС» Феликс Серант заметил: «Нужно понимать, что город далее будет разрастаться, и одним из перспективных районов застройки считается левобережье. Все это потребует дополнительных тепловых мощностей. В развитых странах и в России доказаны преимущества централизованного теплоснабжения, но с использованием современных теплоизоляционных труб, материалов и технологий. Поэтому появление множества небольших котельных не самый лучший вектор развития теплоснабжения города».

Но оставим в стороне вопросы теплоснабжения и сосредоточимся на электрической составляющей. Проведенная несколько лет назад институтом «Сиб­энергосетьпроект» оценка балансовой ситуации Новосибирской энергосистемы по мощности показала нарастание дефицита до уровня 735–1 098 МВт к концу 2020 года. Согласно той же оценке, начиная с 2010 года обеспечение мощности в Новосибирской энергосистеме снижается до 0,7–0,8 от максимума нагрузки и по индикаторам энергетической безопасности вступает в предкризисное состояние. С момента запуска шестого блока Новосибирской ТЭЦ-5 (последний наиболее крупный генерирующий объект в области) прошло уже почти четыре года, и все это время уровень потребления неуклонно возрастал. Сейчас в Новосибирской энергосистеме формально отсутствует дефицит электрических мощностей и даже имеется некоторый резерв.

Но, как заметил Юрий Травников, данное утверждение верно не всегда. Продемонстрировав схему сальдовых балансовых потоков мощности между энергосистемами в час прохождения одного из зимних максимумов 2006 года ОЭС Сибири, он отметил, что в тот момент дефицит в Новосибирской энергосистеме составил более 300 МВт. Тогда же дефицит в Омской, Алтайской и Кузбасской энергосистемах исчислялся также сотнями мегаватт. Покрыли его за счет Красноярской, Иркутской и Бурятской энергосистем.

Такие примеры нельзя считать полноценным свидетельством дефицитности Новосибирской энергосистемы. Объединенная энергосистема для того и существует, чтобы устранять нехватку в каком-либо регионе за счет других. И гигантские сибирские ГЭС строились в том числе для того, чтобы нивелировать такие кризисные ситуации. Но это определенно один из первых звонков.

Кроме того, по оценке специалистов «СибКОТЭС», в перспективе к 2020 году 44% установленных мощностей ТЭЦ Новосибирской энергосистемы отработает свой ресурс, а 73% должно пройти восстановительный ремонт. Реалии таковы, что на новосибирских ТЭЦ-2, ТЭЦ-3, ТЭЦ-4 до сих пор достаточно высокая доля (около 10%) основного оборудования, введенного в эксплуатацию в середине прошлого века. Оно требует больших затрат на поддержание нормативного эксплуатационного состояния. Без проведения соответствующих мероприятий по восстановлению и замене техника не сможет обеспечить надежной работы в дальнейшем, что приведет к снижению энергобезопасности Новосибирска и области.

И дело не только в эффективности и надежности. Как подчеркнул Юрий Травников, при утверждении проекта станции в 1990-е годы по требованию Государственного экологического совета экологической экспертизы Новосибирского областного комитета в него был внесен пункт, что строительство станции вызвано потребностью улучшения экологической ситуации в городе путем вывода из эксплуатации энергетических мощностей на ТЭЦ-2 и ТЭЦ-3 в Новосибирске. Данное требование на тот момент было одним из ключевых, но в текущей ситуации малого количества резервов об этом предпочитают не вспоминать. Однако постепенно отношение к экологии меняется в лучшую сторону, и рано или поздно существование устаревших мощностей может быть поставлено под вопрос уже по экологическим причинам.

Позиция в верхах

Итак, необходимость возведения станции не вызывает сомнений. В этой ситуации властные органы должны выступить неким катализатором процесса и тем самым гарантировать возврат инвестиций. Юрий Травников приводит множество примеров зарубежных стран, когда государство компенсирует инвестору разницу в тарифах или каким-либо другим способом стимулирует инвестиционный процесс.

Однако усилия наших властей направлены несколько в другую сторону. Об этом свидетельствует состоявшееся в середине мая заседание Совета по стратегическому развитию при губернаторе Новосибирской области. На нем была представлена программа «Энергоэффективность и энергобезопасность Новосибирской области на период до 2020 года». Основная ее цель — повышение уровня энергетической безопасности хозяйственного комплекса области за счет реализации потенциала энергосбережения и усиления энергоэффективности. То есть энергобезопасность является первичным элементом, а энергоэффективность — вторичным. Среди мероприятий в рамках первой можно выделить оптимизацию режимов функционирования локальных систем теплоснабжения с источниками тепла, модернизацию парка приборов учета потребления электрической энергии, работы улучшения энергоэффективности городского электрического транспорта Новосибирска. Из чего следует, что основные идеи программы лежат в плоскостях модернизации и экономии.

Моменты дефицита электроэнергии (пока в пики зимнего максимума потребления) свидетельствуют о том, что энерго­безопасность нельзя обеспечить за счет повышения эффективности потребления и экономии. Кардинально проблема может быть решена только за счет нового строительства больших генерирующих мощностей, например, ТЭЦ-6. Интересно, что при наличии в программе упоминаний о ТЭЦ-6 во время презентации о ней не вспоминали. В документе отмечается, что в 2005–2006 годах дефицита энергетических мощностей в Новосибирской области не было. Но в дальнейшем их увеличение стоит среди первоочередных задач, и решать ее предполагается за счет ввода новых генерирующих мощностей в максимально сжатые сроки. В качестве вариантов рассматривается возможность строительства двух новых электростанций. В первую очередь — Новосибирской ТЭЦ-6, а впоследствии ГРЭС. В документе прописано предположение, что на ТЭЦ-6 к 2020 году может быть введено два энергоблока, а к 2025 году ее возведение должно завершиться. На новой ГРЭС к 2025 году может быть достигнута мощность в 250 МВт. Такие горизонты ближними назвать нельзя. Как правило, с начала строительства до момента запуска первого блока угольной станции проходит не меньше четырех лет. При этом не сказано, чем, кроме прогнозируемого увеличения спроса, этот проект сможет заинтересовать потенциального инвестора. Получается, что неблагоприятная ситуация с обоснованием инвестиций, «сдобренная» отсутствием четкой воли у властей, пока дает отрицательный ответ на вопрос, вынесенный в заголовок. Во всяком случае, в среднесрочной перспективе.