Вторая волна

Социальные проекты становятся сегодня непрофильными направлениями бизнеса, стремяще-гося к сокращению собственных издержек по всем фронтам. Вопросы «социалки» волнуют только крупные компании

«Мы всегда активно работали в социальной сфере, проводили мероприятия для ветеранов, поддерживали детский спорт. Но сегодня руководством принято решение взять тайм-аут на обсуждение подобных вопросов. Еще ничего непонятно», — говорит специалист по связям с общественностью небольшого завода в Новосибирске в ответ на просьбу рассказать о социальных проектах, которые сегодня ведет предприятие.

«Это как-то связано с кризисом?» — вопрос корреспондента повисает в воздухе. Потому что замораживание социальных программ отнюдь не повод для пиара. Компании не говорят об этом во всеуслышание — они просто не дают комментариев, объясняя это необходимостью выработки нового подхода к благотворительной деятельности, который соответствовал бы новым экономическим условиям.

Невостребованная благотворительность

Полузапрещенное сегодня в России слово «кризис» — а многие чиновники даже на самом верху не определились с тем, стоит ли так называть все негативные явления, которые происходят в нашей экономике, — прочно вошло в лексикон бизнес­менов. Стремясь к сокращению затрат, предприниматели в первую очередь обращают внимание на то, что не приносит дохода, пусть даже и работая на имидж — прежде всего таковыми следует считать благотворительные акции.

По словам директора муниципального учреждения «Комплексный центр социального обслуживания населения» Железно­дорожного района Новосибирска Натальи Хомлянской, сегодня благо­творительные программы ведут лишь отдельные крупные компании. «Думаю, будут проходить разовые акции, например, выдача подарков от предприятий детям к Новому году. Привлекать коммерческие организации к участию в серьезных социальных мероприятиях сегодня достаточно сложно, потому что сейчас любой бизнес нацелен в первую очередь на то, чтобы деньги получать, а не тратить».

По этой причине благотворительную помощь компании чаще всего оказывают не в денежном выражении, а товарами и услугами, которые производят. Потому что выгоды от этого, которую несколько лет назад еще можно было как-то разглядеть предпринимателю, уже нет. «С 2002 года все налоговые льготы в соответствии с законодательством отменены, и расходы на благотворительность идут только с чистой прибыли бизнеса (ранее от 3 до 5% такой прибыли не облагалось налогом — Ред.), — говорит Наталья Хомлянская. — Так что за свою помощь никаких наград фирма не получает. Я считаю, что поощрять благотворителей обязательно надо, на уровне государства формируя этот механизм, мотивируя предпринимателей вкладывать средства в человеческий ресурс, создавать нормальное жизненное пространство вокруг себя и своего дела».

Градообразующая «социалка»

Такой идеальный подход к развитию социальной сферы — вкладывать в человеческий ресурс — действительно доступен только крупным игрокам рынка. Чаще всего это градообразующие предприятия, на которых когда-то лежала ответственность за целые жилые районы, с их детскими садами, домами культуры, школами и профтехучилищами.

Для подобных компаний поддержка социальных проектов не просто давняя традиция. Городские власти и предприятия таких территорий вынуждены работать вместе — иначе первым при скудости муниципального бюджета не решить социальных проблем, а вторым — не видать развития собственного бизнеса.

«Достаточно сказать, что на территории нашего завода функционирует самая крупная в городе котельная, которая отапливает сегодня 65 процентов жилого фонда и социальных объектов, — рассказывает управляющий директор ОАО «Гурьевский металлургический завод» (ГМЗ) Александр Студенов. — Вот уже несколько лет предприятие целенаправленно вкладывает средства в новое оборудование, чтобы не допустить сбоев в работе и обеспечить стабильную подачу тепла. Для этого на заводе проводится модернизация оборудования. Например, замена устаревшего котла позволит экономить за отопительный сезон около 900 тонн угля в год, а это около 700 тысяч рублей дополнительных средств».

По словам управляющего директора ГМЗ, УК «ЭСТАР», в которую входит завод, закончила реконструкцию спорткомплекса «Металлург», что проводилась в рамках соглашения о социальном партнерстве с администрацией Гурьевского района. Летом, после завершения работ, был пущен в эксплуатацию спортивный зал «Металлурга».

Остроту кадрового вопроса на ГМЗ решили снять, достигнув договоренности об открытии профильного металлургического класса. В соответствии с договором с Кузнецким металлургическим колледжем (Новокузнецк) учащиеся 10–11 классов школы будут обучаться специалистами ГМЗ в общеметаллургическом профильном классе и по окончании школы смогут поступить в колледж на третий курс. В дальнейшем с выпускниками этого класса заключат договоры на целевую подготовку.

«Эффект от реализации этих социальных проектов, безусловно, есть. Ведь если человек знает, что о нем заботятся не только как о сотруднике, создавая условия для безопасного труда и обеспечивая ему профессиональный рост, но и просто как о человеке, у которого, помимо работы, есть и другие интересы, то отношение к предприятию становится гораздо лучше, — считает Александр Студенов. — Конечно, в условиях грянувшего экономического кризиса сложнее будет реализовывать социальные проекты, поскольку все предприятия металлургической отрасли столкнулись с проблемой сбыта собственной продукции. Остро чувствуется нехватка денежных средств. Но хочу подчеркнуть, что социальные гарантии в отношении работников завода, прописанные в коллективном договоре и не требующие больших затрат, будут соблюдены».

Другое градообразующее предприятие с развитым социальным направлением деятельности — ОАО «Бердский электромеханический завод» (БЭМЗ), расположенное в городе Бердске. С этим заводом тут также связано многое для тысяч жителей. «На БЭМЗ трудится более двух тысяч человек. Поэтому все, что есть вне работы, но влияет на качество труда и лояльность персонала, безусловно, для нас важно и не пускается нами на самотек, — объясняет заместитель генерального директора по кадрам и безопасности Борис Арутюнов. — Мы не проводим благотворительных разовых акций. Есть корпоративные праздники, где атмосфера та же, что и в семейном кругу, — заряжаем работников положительными эмоциями. Существуют городские торжества, мероприятия, которые не обходятся без нашего участия. Завод как один из самых крупных налогоплательщиков — в Бердске его отчисления формируют значительную часть городского бюджета — не остается в стороне».

Один из ярких проектов, реализованных при участии БЭМЗ для города — новый Ледовый дворец спорта, построенный с нуля и введенный в эксплуатацию год назад. Его возведение осуществлялось по интересной схеме: поскольку ни у города, ни у области не было средств для полномасштабного строительства (требовалось более 100 млн рублей), заботу о нем взяло на себя в качестве генподрядчика градообразующее предприятие. Впоследствии деньги, затраченные БЭМЗ, заводу возвратили по частям из областного бюджета. Найти сразу строительную компанию под проект и такую схему расчета не представлялось возможным — рисковать никто не хотел. Возвести огромное сооружение областного масштаба получилось только под гарантии завода. «И то приходится слышать, что БЭМЗ мало делает для социальной сферы, — говорит Борис Арутюнов. — На почве того, что наш завод — самое крупное предприятие города, к нам возникает некое потребительское отношение. И от властей в том числе. Прошений разного рода на финансирование того или иного проекта к нам приходит столько, что у нас принято решение: всеми денежными потоками — и мизерными суммами на соцподдержку, и большими — распоряжается только генеральный директор. Он лично рассматривает возможность участия завода в различных мероприятиях».

Социальные перспективы

Как говорит генеральный директор БЭМЗ Виктор Осин, основная задача бизнеса в социальной сфере — платить налоги. Все остальное, что от него требуют власти, вряд ли поможет «социалке».

«Раньше в системе завода существовали разные элементы подготовки кадров — школы, ПУ, техникум. Сегодня мы просто не можем получить необходимых специалистов оттуда — у них нет педагогов, нет базы. Нам говорят — нужно осуществлять с этими учебными заведениями социальное партнерство, — рассказывает Борис Арутюнов. — Но если из сотни выпускников ПУ ни одного станочника, какое у нас с ними может быть сотрудничество? Платить налог гораздо разумнее. Чем сильнее мы перетягиваем на себя какую-то функцию государства, тем меньше потом отдачи будет именно от него, потому что оно с себя с чистой совестью обязанности эти тут же снимет. Нужно правильно настроить систему подготовки кадров, а потом разговаривать о партнерстве».

С такой позицией бизнеса трудно не согласиться. Хотя бы потому, что не он находится в роли просителя.

Предприятия, осуществлявшие разовые благотворительные акции, уже сворачивают работу в этом направлении. Крупные градообразующие компании, в бюджет которых заложен процент от прибыли, направляемый на социальную деятельность, прекращать ее в большинстве своем не намерены. Но никто не знает, что впереди. А вся беда в том, что ни на восстановление системы образования, ни на выстраивание взаимодействия в социальной сфере бизнеса и власти нет времени.