Можно выдохнуть

Тема недели
Москва, 08.06.2015
«Эксперт Урал» №24 (648)
Фактические доходы региональных бюджетов в начале 2015-го превысили показатели 2014-го, при этом планы на текущий год были скромнее результатов года минувшего

Региональная бюджетная сит уация в начале 2015 года складывалась спокойно. За первый квартал текущего года в доходную часть бюджетов субъектового и муниципального уровней на Урале и в Западной Сибири поступило примерно 335 млрд рублей.

А за тот же период годом ранее — лишь 292 миллиарда. Можно перевести аргументацию в относительные величины: 335 миллиардов в первом квартале 2015-го — это 25,6% от утвержденного плана на год, а 292 миллиарда за январь — март прошлого года — только 20,9%.

Неплоха ситуация и в территориальном разрезе. Во-первых, собираемость выросла по большинству территорий макрорегиона — это процесс системный и общий. Во-вторых, даже там, где показатель понизился (в Прикамье, Курганской области и на Ямале), он упал не до критических значений. В-третьих, в первом квартале 2014 года территориальный контур собираемости можно было схематизировать так: общий пул сгруппировался у средней отметки (21,5%), в аутсайдерах — Удмуртия, добывшая за январь — март лишь 18% от требуемых доходов за год. Теперь иначе: имеем солидарную группу середняков (около 23%) и пару лидеров — Тюменскую область с Югрой, которые за первую, самую вялую четверть года уже наработали себе треть от планируемых на год бюджетных доходов.

Можно возразить: 2014 год для бюджетной системы России, а особенно для ее регионального уровня, был очень тяжелым, и быть сегодня чуть выше плинтуса — невелика доблесть. Действительно, с конца 2012-го — начала 2013-го бюджетный процесс как минимум в нашем макрорегионе вошел в жесткое русло экономии (и дисбаланса). Причины тому были как внутренние (основная — необходимость исполнения инаугурационных майских указов президента Владимира Путина), так и внешние (например, биржевые цены на металлы с 2013 года шли вниз). А в 2014 году деньги кончились и на федеральном уровне, трансферты регионам резко сократились.

Однако несложно видеть, что бюджетное планирование во второй половине 2014 года носило едва ли не панический характер. И без того непростая с начала года геополитическая ситуация обострилась из-за падения малазийского боинга под Донецком; никто не мог оценить возможные экономические последствия введенных секторальных санкций против России и ответного отечественного продуктового эмбарго; начиналась сильная валютная нестабильность. Оттого на 2015 год показатели доходов казны планировались еще меньшими, чем в 2014-м, — очевидная осторожность. Тогда считали, что в целом по десяти субъектам РФ плановые поступления в казну в 2015 году должны оказаться на 2,6% меньше, чем оценочные сборы в 2014 году. При расчете только по уральским областям спад предполагался в 3,5% (см. «Жмот, да не тот», «Э-У» № 5 от 26.01.2015). Между тем сложившаяся в начале текущего года бюджетная действительность оказалась, во-первых, лучше плана, во-вторых — лучше фактического уровня аналогичного периода прошлого года. На наш взгляд, этот факт особенно важен психологически.

Возможно, правда, еще одно замечание относительно сопоставлений 2015 года с 2014-м: мы приводим все данные в «номинальных рублях», а реальную ценовую ситуацию первых кварталов этих лет разделяет серьезная инфляция. Особенно рост цен ударил по потребительскому рынку и заказчикам импортного оборудования. Поэтому стоит держать в уме, что, скажем, стабильность денежных доходов населения в рублевом выражении на протяжении последних полутра лет (а именно такую картину рисует Росстат) на деле оборачивается ощутимым спадом реальной покупательной способности.

Прибыль и трансферты

Рост складывается из нескольких составляющих. Во-первых, начало 2015 года внесло позитивные коррективы в падавшие во второй половине 2014-го заработки уральских компаний (подробнее см. «День памяти предпринимательства», «Э-У» № 22 от 25.05.2015). Весна-2015 позитива добавила: стали выправляться Прикамье с Оренбуржьем, в январе — феврале имевшие сравнительно мало прибыли. А лучше всех смотрятся металлургически ориентированные Свердловская и Челябинская области. Судя по всему, металлургам разных профилей удалось использовать два главных козыря нынешней экономической ситуации: экспортоориентированность (курс рубля упал, и переводимая в отечественные деньги валютная выручка — хороший доход) и импортозамещение (с отечественного рынка ушла украинская металлургия, а прочий импорт для многих потребителей стал дорог). К тому же, недурные успехи Южного и Среднего Урала в начале 2015 года выигрышно смотрятся на фоне вялого для металлургов начала предыдущего года. Ну и понятно, что росли заработки у экспортоориентированных нефтяников: Тюменская область и Югра также в заметном плюсе.

Хотя моментальной зависимости между заработанной прибылью и зачислением в бюджеты сборов от налога на прибыль нет, суммарно поступления этого налога в первом квартале 2015 года выше, чем в предыдущем году. На Урале ощутимее всего это проявилось в Челябинской (прирост почти на треть) и в Свердловской (на 20%) областях. Еще больший скачок наблюдался у нефтедобывающих регионов в Западной Сибири, что и позволило им продемонстрировать высокую собираемость казенных доходов в целом.

Во-вторых, стабильно держатся поступления налога на доходы физических лиц (НДФЛ): суммарно по Урало-Западно­сибирскому региону за первый квартал в бюджеты зачислено на 2,5% больше, чем за январь — март предыдущего года. Прирост наблюдался по всем территориям за исключением Пермского края, да и там небольшое снижение можно квалифицировать как статистическую погрешность. Тем не менее ситуация с зарплатами на Урале нерадужная (см. «День памяти…»), и если предприятия не начнут транслировать заработанные доходы сотрудникам, в дальнейшей стабильности поступлений НДФЛ можно усомниться.

Третий фактор — поступления федеральных безвозмездных трансфертов. Как мы уже писали, урезание этого канала финансирования с начала 2014 года сильно давило на губернские администрации. Напомним, для уральских областей роль трансфертов резко возросла в кризис: тогда федерация выравнивала недостачу налоговых поступлений щедрыми вливаниями, в среднем на выходе из кризиса их доля в доходах субъектовых бюджетов на Урале переваливала за четверть. В планах на 2014 год было только около 7%. По планам на 2015-й, доля средств «сверху» вновь подросла — до 12% совокупных доходов по десяти субъектам макрорегиона. В результате фактически за первый квартал 2015 года трансфертов на Урал и в Западную Сибирь перечислено в 1,4 раза больше, чем год назад.

Долги

Тем не менее бюджетная система на территории нашего макрорегиона продолжает наращивать долги: в 2014 году совокупный долг бюджетов регионального уровня по десяти территориям колебался в диапазоне 150 — 185 млрд рублей, но с начала 2015 года подскочил до 250 миллиардов. Долг наращивали все губернии (за исключением Тюменской области — этот регион кредитными инструментами фактически не пользуется). В целом относительные объемы долгов у нас все равно ниже, чем в среднем по стране, но темпы их наращивания — выше. Однако эта ситуация держится минимум с середины 2013 года, а значит, даже ускоренная динамика некатастрофична (читай «То потоп, то указ», «Э-У» № 37 от 16.09.2013).

Круче всех в начале 2015 года кредитовался Пермский край: до этого момента он, как и Тюменская область, несколько лет долгов не имел, однако в нынешнем году занял сразу более 11 млрд руб­лей. Тем не менее по соотношению долга к плановым доходам на год Прикамье все равно в числе лидеров макрорегиона — третье место после Тюменской области и Югры. В конце 2014-го серьезно нарастила заем Челябинская область — также около 11 миллиардов, только в этом регионе отношение накопленных долгов к плановым доходам намного хуже, чем в Пермском крае. Глубже всех в долговой яме увязла Удмуртия: по показателю накопленных долгов к доходам ситуация здесь давно в разы хуже, чем у всех соседей, и одна из самых неприятных на федеральном уровне. А с конца 2014-го к маю текущего года закредитованность выросла еще на 8 миллиардов.

Подчеркнем благоприятные изменения в Оренбуржье. По состоянию на конец 2013 года мы причисляли этот регион к «не­острым» аутсайдерам: по показателям долговой нагрузки он был примерно посредине между основным корпусом уральцев, которые только вошли во вкус использования долговых инструментов, к уже уходившей в болезненный отрыв Удмуртии (читай «Назначение виновных», «Э-У» № 7 от 10.02.2014). Но к концу весны 2015 года Оренбуржье примкнуло к основной группе. Хотя движение тут было двунаправленное: с одной стороны, оренбуржцы стали аккуратнее, с другой — соседи поднабрали долгов.

Кстати отметим, что, судя по всему, проникновение долговых инструментов на Урале и в Западной Сибири носит неглубокий характер: если субъектовые бюджеты к ним прибегают все активнее, то на уровне муниципалитетов они куда менее популярны. И даже в тех городах, где к заимствованиям давно привыкли (Уфе, Екатеринбурге, Челябинске), динамика муниципального долга странным образом не коррелирует ни с развитием общей экономической ситуации, ни с действиями субъектовой казны. Вывод: кредитование в городах несистемно и объясняется по большому счету внутренними факторами.

Направления трат

Как будут распределяться появившиеся доходы? Если пропорционально той матрице, что задана принятыми в конце декабря-2014 законами о бюджете, то много экономического развития не получится. Напомним, что к тому моменту все резервы сокращений в инвестиционных разделах расходной части бюджета были исчерпаны почти во всех регионах. Оставалась лишь Тюменская область, много лет уверенно проводящая политику развития реального сектора. Но в конце 2014-го сдалась и она: на 2015 год здесь запланировали сокращение на 35,4% расходов по разделу «Национальная экономика» к уровню 2014 года и минус 30% по разделу ЖКХ. Остальные ужимались как могли: так, в Башкортостане на 9,3% урезали траты на образование, в При­камье — на 9,4% на здравоохранение. В Удмуртии, которой давно требуется вылезать из долгов, резали все. Тем не менее социальные направления со времен 2012 года в приоритете.

На наш взгляд, сейчас как никогда актуальны программы поддержки малого и особенно среднего бизнеса, и вообще все, что связано с массовой бизнес-активностью. Нужно как можно скорее разбудить предпринимательское рвение, иначе стабильного экономического роста в стране еще долго не видать. Побудку могут дать региональные программы поддержки импортозамещения — занимательные инициативы, о которых все говорят, но почти никто не видел.

А может, появившиеся доходы будут направлены на покрытие дефицитов и возвращение набранных долгов — они на Урале не такие уж маленькие. В краткосрочной перспективе особого экономического развития из такого решения тоже не выжмешь, зато общая устойчивость финансовой системы повышается. В любом случае грядущие пересмотры региональных бюджетов мы ожидаем существенные.

С начала 2015 года финансовое состояние крупных компаний региона стало выправляться
Металлургические регионы демонстрируют существенный рост прибыли
Тюменская область кредитами не пользуется
Плановые доходы на 2015 год закладывались меньше, чем складывались фактические в 2014-м
С 2015 года федерация стала щедрее в безвозмездных перечислениях регионам
Муниципалитеты до сих пор не проводят активную долговую политику
Аутсайдеров по собираемости доходов бюджета в начале 2015 года не было

Новости партнеров

Реклама