Расписание на завтра

Актуальные книги
Москва, 23.12.2019
«Эксперт Урал» №1-3 (816)
Университеты не заменят драйверов, которые отвечают за развитие бизнеса, экономики города и региона. Но они могут встраиваться в эти процессы

К классическому университетскому образованию предстоит трансформация в связи с тем, что ему вменяется новая роль — интегрировать умное развитие в регионах. Как привлечь и удержать талантливую молодежь для развития экономики городов, говорили на пленарной дискуссии «Развитие человеческого капитала: роль университетов и бизнес-школ в формировании умной бизнес-среды», состоявшейся в рамках ХIV международной конференции «Российские регионы в фокусе перемен» в Екатеринбурге. Эксперты-экономисты и чиновники, руководители компаний и вузов обсуждали возможности университетов и бизнес-школ в связи с реализацией нацпроектов, созданием технологических долин и научно-образовательных центров.

 

Должны дать ответ

 

О вызовах, с которыми столкнулись в Уральском федеральном университете, приступив к реализации трех связанных проектов создания умной образовательной экосистемы Уральского региона, рассказал первый проректор УрФУ по экономике и стратегическому развитию Даниил Сандлер.

Первый проект возник этим летом — по соглашению губернаторов трех областей, Челябинской, Свердловской и Курганской, начали создавать Уральский межрегиональный научно-образовательный центр. Территории выделили средства для поддержки НИОКР предприятий, решающих задачи приоритетных направлений проекта, — развития материаловедения, энергетики и интеллектуальных систем управления машиностроением. Запуск центра потребует подготовки кадров. Но по ходу дела становится ясно, что нужно создавать платформу взаимодействия на принципиально иных позициях.

— Бизнесу хотелось бы реализовать бизнес-проекты, которые закладываются в этот центр, максимально быстро. Но базой для них выступает университет, а сущности «быстро» и «классический университет» очень трудно соединить. Это один из вызовов, на который, честно говоря, мы пока не знаем правильного ответа, — пояснил спикер. — Второй вызов, с которым мы сталкиваемся: государство выделяет в рамках нацпроектов, связанных с научно-образовательными центрами на федеральном уровне, 8 млрд рублей. Оно рассчитывает, что в результате научно-образовательной и бизнес-кооперации будет получен экономический эффект более 130 млрд рублей. Предполагается, что именно университеты (так заложено в постановлении правительства) должны дать ответ на вопрос: как создать коммерческий рычаг при кооперации науки, производства и государственной власти, который на каждый рубль вложенных государством средств даст 18 рублей прибыли.

Два других мегапроекта связаны с первым. Один предполагает создание научного центра мирового уровня в области материаловедения: рынок материалов сегодня как отдельный не идентифицирован, все рассматривают материалы как часть других отраслей. Сможет ли университет развернуть межотраслевое взаимодействие для решения этих задач — к поиску ответа на этот вопрос в УрФУ приступят в следующем году. Последний проект, который собираются реализовывать не только на Урале, — создание технологических долин, или инновационных научно-технологических центров. И тут университет тоже должен выступить органом управления. Старт через два года, за это время и надо решить главную проблему — нарастить человеческий капитал.

Подходами, практикуемыми в северной столице, поделился директор НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург Сергей Кадочников:

— Талантливые ребята приезжают и остаются в тех городах и регионах, где большие рынки, привлекательные рабочие места, продвинутые университеты, бизнес-школы, где за годы учебы завязываются полезные контакты. При этом за последние десять лет 16 российских городов-миллионников не увеличили долю в ВВП: все те же 32 — 34%. Это кажется невероятным: мы так много говорим о роли агломерационной экономики, о том, что только в крупные города стекаются ресурсы, в том числе таланты, но это никак не выражается в том, что они растут по сравнению с другими.

Ежегодные исследования причин выбора абитуриентами Высшей школы экономики в Санкт-Петербурге показывают, что важна интернационализация, международные контакты, связи с бизнес-компаниями и современные компетенции выпускников, востребованные на рынке. Факторы, связанные с городом, его культурной средой, кажутся вторичными. Но таланты идут на все компоненты во взаимосвязи, утверждает Сергей Кадочников.

Участники пленарки обсуждали: университет в перспективе — один из участников создания креативного города или он должен тут играть самостоятельную роль, как утверждает государство в рамках национальных проектов?

— Сегодня главный актив в креативных индустриях — талантливые люди. Мы должны думать, как их выращивать, — говорит Сергей Кадочников. — Молодые формируют свой профессиональный, личный фокус в период университетской жизни. Если они в это время не станут частью большого дела, мы их потеряем — они могут утратить интерес к локации, в которой живут и учатся.

 

Куда они стартанули

 

Именно об этом — откуда берутся и куда утекают российские технологические стартапы, рассказал директор Института экономики и управления УрФУ, директор аналитического центра «Эксперт» Дмитрий Толмачев. Он привел результаты исследования, охватившего 260 тыс. технологических стартапов последних десяти лет (анализировались социальные сети, выборка по дополнительным базам). Задача — посмотреть, сколько из них российского происхождения, то есть основателей с российским образованием.

На выходе получили 1100 стартапов и 1200 основателей, имеющих глобальные амбиции, вышедших на международные рынки заимствования (это могли быть совсем маленькие компании, распределение — по объему привлеченных инвестиций). Из всех основателей более 700 получили образование в Москве, но осталось там только около 300. В других городах и того меньше: в Санкт-Петербурге учились 200, остались — 40; в Новосибирске — 55 к шести; в Екатеринбурге и

Казани — более 30 к шести и десяти соответственно. В Томске учились 39, не остался никто. Городам над этим нужно работать: если удастся увеличить долю остающихся предпринимателей, это может произвести изменения в экономике регионов.

Исследователи также посмотрели, как эти предприниматели разъехались, где расположили штаб-квартиры: основной поток ушел в США, значимая часть (больше, чем во все страны Европейского союза) — в Великобританию, по чуть-чуть — в Китай и Сингапур.

Какие выводы можно сделать из этого исследования? Лежат ли его результаты за рамками ответственности университетов? Как показали интервью, рассказал Дмитрий Толмачев, стартаперы чрезвычайно мобильны. Для них важна возможность спокойно передвигаться, менять место работы, жительства. Многие компании из тех, что открыли штаб-квартиры в России, имеют подразделения в Штатах. Эта мобильность — в каком-то смысле шанс для университетов, бизнес-школ, научно-образовательных центров удержать стартапы в регионах. Но речь о мобильности всякой, то есть не только перелеты, но и, например, доступ к венчур-инвесторам.

Чтобы привлекать талантливую молодежь, нужно детально знать, какую среду — институциональную, культурную и креативную — создавать. А для этого — соответствуем ли мы трендам рынков и спроса работодателей на качество человеческого капитала или девальвируем ценность образования в международных бизнес-школах и университетах. Проректор НИУ ВШЭ Сергей Рощин полагает, что ошибочно представлять университет точкой, которая будет инициировать и спрос, и предложение. Университеты не заменят драйверов, которые отвечают за развитие бизнеса, экономики города, региона. Но они могут встраиваться в эти процессы.

Внутри университетов должна быть исследовательская, аналитическая, технологическая повестка, известная за пределами региона. Это делает вузы открытыми для всего мира, они становятся порталами, всасывают ресурсы и могут формировать предложение вместе со спросом. Они должны встраиваться в коллаборации: с бизнесом, технологическими инновациями, окружающей средой, социальными проектам, в том числе за пределами региона. Современный университет без коллабораций — мертвый университет.

Университетам нужно выйти из секторальных рамок: у нас физики плохо разговаривают с химиками, экономисты — с социологами, менеджеры — с инженерами. Все говорят на своем языке и учат своему. А реальная жизнь — без перегородок. Проекты, в которые встраиваются таланты, как правило, многоаспектны. Это означает, что и формирование компетенций у студентов должно выходить за привычные рамки.

Сергей Рощин солидарен с коллегами по поводу участия студентов в различной проектной деятельности: без встроенности в реальные процессы обучение невозможно. Когда обучение остается в классах, оно отстает. Модель обучения полагает включенность в проекты одним из основных элементов. Все остальное может дополнять, формировать фундаментальные знания.

В этом смысле современные университеты — платформы, позволяющие собирать разные компетенции. Какие важны качества выпускников? Ранее мы говорили в терминах soft skills. Сейчас начинаем говорить в терминах learning skills, data analitic skills, didgital skills. Университету нужна технология, чтобы собирать эти компетенции, реагируя на технологические, интеллектуальные, социальные вызовы.

Взгляд на развитие образовательной экосистемы с позиций корпоративного партнера представила директор Корпоративного университетаТМК2U Елена Позолотина:

— Тренд развития корпоративных университетов будет только усиливаться. Потому что в быстро меняющемся мире такая конструкция позволяет выстраивать эффективное взаимодействие между классическим образованием, бизнес-образованием и реальным сектором экономики. Эти элементы образовательной экосистемы могут друг друга дополнять, между ними нет противоречий. Корпоративный университет позволяет собрать весь актуальный опыт и компетенции, которые есть на рынке образовательных услуг, и определить, что подходит бизнесу на данном этапе развития, взять лучшее для конкретного предприятия. В то же время эта структура дает возможность бизнес-школам и классическим университетам получить доступ к тем знаниям, технологиям, компетенциям, которые уже есть на уровне предприятий, но еще не дошли до вуза, или он не успел перевести их в формат масштабируемых. Такое взаимодействие всегда будет двусторонним: вместе мы выводим образовательную экосистему на новый качественный уровень. Именно поэтому ТМК и наш корпоративный университет (ТМК2U) придерживаются подхода, что мы не являемся аналогом системы профессионального образования. Наша роль в системе образования — стать драйвером трансформации, роста, обеспечить эффективную связку с бизнесом на практике.

— Пока мы не пройдем огромный путь создания возможностей для работы и жизни, а не только учебы, таланты будут уезжать туда, где лучше, — подвела итоги директор Центра исследований филантропии и социальных программ бизнеса ИнЭУ УрФУ Елена Чернышкова. — Проблема в том, что наш рынок труда, наши работодатели не готовы работать с талантливыми сотрудниками. Они неуправляемы, и делают только то, что им интересно. Это ужасная проблема для компаний, которые не обладают компетенциями, чтобы привлечь к себе этих людей. Человек уходит, потому что он никому не нужен. Нам явно не хватает финальной части системы обучения, которая называется компетенцией компании и, шире, региона по работе с талантливыми людьми.     

У партнеров

    Реклама