Предчувствие расставания

Евгений Берлин
10 мая 2011, 10:18

Европейские националисты продолжают брать города, страны и регионы, тенденция к поправению западных обществ все заметнее. Парламентские выборы в Шотландии с разгромным преимуществом выигрывает The Scottish National Party (SNP), которая много лет выступает за проведение референдума о независимости.

Фото: AP
Лидер шотландских националистов Алекс Салмонд

Шотландские националисты во главе со своим лидером Алексом Салмондом одержали оглушительную победу, поразившую британских комментаторов, хотя к чему идет дело – стало ясно не вчера. SNP получила 69 мест из 129 в Холируде (по названию здания, где заседает парламент). На втором месте лейбористы – всего только 37 мест.

Это четвертые парламентские выборы, которые состоялись после воссоздания в Шотландии собственной легислатуры специальным актом парламента Великобритании в 1998 году. До этого в 1997 году шотланцы высказали соответствующее пожелание на референдуме. Тогда это вполне естественно сочли большой победой националистов, и вот теперь новая, не менее громкая.

Британская политическая элита не имела возможности противиться воссозданию шотландского парламента – только демонстрировать свое отношение к происходящему. Тогдашний премьер Джон Мэйджор патетически восклицал о конце тысячелетней британской истории, идя против исторической правды: ведь Шотландия к тому моменту находилась в составе Соединенного Королевства менее 300 лет.

Паникерам тогда возражали, что уступка снизит градус национализма, удовлетворит умеренных патриотов и подорвет поддержку радикалов. Теперь ясно, что эти ожидания не оправдываются: на прошлых выборах 2007 года националисты также завоевали большинство, получив 47 мест (на одно больше, чем у лейбористов). Сейчас же еще на 22 места больше и абсолютное большинство.

Референдум о независимости — дело жизни Алекса Салмонда, и сейчас, в зените своего политического могущества, он намерен осуществить ее. Может, не завтра, но «в течение пяти лет». С юридической точки зрения иницииирование и проведение референдума о независимости вне полномочий Холируда – эта прерогатива была в свое время предусмотрительно оставлена за Вестминстером.

Но Салмонд не видит тут проблемы и говорит, что референдум будет иметь не юридическое, а политическое значение, а это важнее. И, пожалуй, он прав. Если народ действительно проголосует так, как хочет Салмонд, Лондону будет трудно отрицать результаты референдума по формальным основаниям: дескать, результаты ничего не значат, так как самого голосования не должно было быть. Это будет слишком вразрез с демократическими принципами британской политики.

Результаты выборов в Шотландии оцениваются в Лондоне как катастрофические. Премьер-министр Дэвид Кэмерон, подобно Мэйджору в его время, отреагировал тревожным заявлением: «Что касается Соединенного Королевства, если дело дойдет до этого референдума, я буду стоять за единство нашей страны каждой частичкой своей души».

И сторонники, и противники SNP отмечают, что Салмонд довольно сильно провел избирательную кампанию, и каждый трактует это в свою пользу. Противники Салмонда полагают, что шотландцы, голосуя за SNP, не обязательно имели в виду и независимость – скорее, отдавали должное позитивной программе националистов. Сторонники надеются, что SNP теперь получает хороший шанс убедить сомневающихся в том, что без Лондона им будет лучше. На самом деле большинство шотландцев идею независимости не поддерживает: по данным разных опросов, проведенных в последние годы, только от 25% до 40% имеющих право голоса выступают за независимость в чистом виде. Из остальных большинство пока хотело бы больше полномочий для парламента.

Однако если националисты сумеют показать себя эффективным правительством, их поддержка может увеличиться, и через те самые пять лет, о которых говорит Салмонд, референдум, вполне возможно, будет иметь шансы на успех. Удалось же его партии за четыре года увеличить число сторонников на 20%.

Успехи или неудачи правительства Салмонда в следующие четыре года могут иметь решающее значение для исхода гипотетического референдума, но помимо этого у националистов есть и другие аргументы, которыми они активно пользовались до сих пор. Первый из них – это очень знакомая нам по российской либеральной публицистике идея «маленькой комфортной страны». Салмонд регулярно ссылается на примеры близлежащих государств – Финляндии, Дании, Ирландии, Норвегии – и утверждает, что там проблемы развития экономики, распределения доходов и социальных благ, образования и здравоохранения решают успешнее, чем это делает британский Левиафан, который тратит слишком много денег на Ирак и «Трайденты» – а если не на Ирак, то на какие-нибудь другие атрибуты великодержавной политики.

В 2004 году в качестве новоизбранного лидера SNP Салмонд утверждал: «В Шотландии мы платим социал-демократические налоги, но не имеем социал-демократического уровня жизни». А достичь этого уровня, и это второй веский аргумент националистов, можно было бы за счет доходов от нефтедобычи. На своем сайте, как, впрочем, и везде, националисты говорят об этом так: «Независимость вернет Шотландии ее законную долю в нефте- и газодобыче на шельфе Северного моря. За последние 30 лет 35 млрд баррелей нефти, добытых в британском секторе Северного моря, дали Лондону более 200 млрд фунтов. Можем ли мы позволить и будущим доходам так же утечь в Лондон?»