Сирийский экзамен: будет ли Турция воевать с Россией?

Эрдоган готов официально объявить войну Сирии

EPA/STR/ТАСС

 

Не повезло

 

27 февраля стал поистине черным днем для экспансионистских планов турецкого президента-султана Эрдогана. Сначала силы маршала Халифы Хафтара нанесли удар по турецкому экспедиционному корпусу в Ливии, убив от 7 до 10 солдат турецкой армии. Затем в сирийском Идлибе ВВС нанесли авиаудар по позициям турецкой армии, в ходе которого, только по официальным данным, на момент сдачи статьи погибло 33 турецких бойца. Неофициально же называют цифру в два, а то и в три раза больше.

Нельзя сказать, что это стало какой-то неожиданностью или тем более несправедливостью. Все последние дни турецкая армия активно поддерживала боевиков не только морально, но и материально – артиллерийским огнем по позициям сирийских войск. Именно благодаря этой поддержке боевикам удалось достичь тактических успехов, отбив ряд поселков (включая и стратегически важный Саракиб). По всей видимости, в российско-сирийском командовании решили турок проучить и нанесли по ним акцентированный удар.

Подобный «урок» в Турции был воспринят крайне болезненно. В ночь с 27 на 28 февраля турецкие власти отключили в стране соцсети (дабы не нагнетать общественный гнев), в то же время сами демонстрировали гнев в больших объемах. В 21.30 Эрдоган собрал экстренное заседание Совета Национальной Безопасности, которое длилось почти шесть часов. Турецкие войска были приведены в боевую готовность, сегодня состоится обращение Эрдогана к народу, в котором он, скорее всего, объявит о начале какой-то операции возмездия. Масштабы ее могут быть весьма велики – по словам официального спикера правящей Партии Справедливости и Развития Омера Челика, все объекты «нелегитимного сирийского режима» становятся целями.

И в связи с этим у экспертов возникает ряд вопросов. Главные из них таковы. Будет ли Турция воевать одна, или подтянет своих союзников по НАТО? Будет ли Турция воевать по-настоящему, или ограничиться мини-войной? И, наконец, главный вопрос: как себя в этой ситуации поведут союзники Сирии, и прежде всего Россия?

 

Помощнички

 

Турция уже обратилась за помощью к НАТО, а также напрямую к Соединенным Штатам – по мнению Аккары, на нее было совершено нападение, а значит нужно активировать пункт Устава НАТО о коллективной обороне. К сожалению для Турции, от НАТО как организации они вряд ли добьются большего, нежели моральной поддержки. Европейские страны не готовы воевать в Сирии, и вряд ли готовы считать удар сирийской армии по незаконно находящимся на сирийской территории турецким войскам нападением на Турцию. К тому же Эрдоган сам сделал все возможное для того, чтобы Европа не стремилась его защищать. Например, снял ограничения на границе и позволил сотням сирийских беженцев отплыть в сторону Греции.

С Штатами же ситуация более неопределенная. С одной стороны, Трамп может использовать турецкую мольбу и нанести ряд акцентированных ударов по Сирии, особенно по иранским позициям в этой стране. С другой стороны, такие удары могут быть чреваты втягиванием США в большую войну на Ближнем Востоке, с иранскими ответами по американским базам, а вот это Трампу совсем не нужно. Президент ведет сейчас предвыборную кампанию, выигрывает ее фактически в одну калитку и топит Демократическую партию. Так зачем же ему давать демократам спасительные жилеты в виде гробов американских солдат и возможности обвинить президента в том, что он втягивает США в новую ближневосточную войну? Поэтому, с большой долей вероятности, Штаты постараются соблюсти баланс. 

 

Послал на убой

 

В отличие от Трампа, у Эрдогана нет такой роскоши – думать над тем, воевать ему или нет. После гибели десятков турецких солдат и гневной реакции общественности президент-султан (чья власть зиждется на голосах националистов и исламистов) не может не отрыть топор войны. Возникает ощущение, что Эрдоган намеренно загонял себя в ситуацию, где у него нет иного выхода кроме как воевать – для того, чтобы его партнеры более серьезно воспринимали турецкие угрозы. Проще говоря, Реджеп Эрдоган намеренно отправил своих солдат на убой для того, чтобы укрепить свои переговорные позиции и поддержать свой блеф.

Скорее всего, Турция будет наносить какие-то удары по позициям сирийской армии. Весь вопрос в том, каков будет их масштаб? Перерастет ли он в полномасштабное вторжение? И тут многое будет завиесть от позиции Москвы.

Если Россия отступит, то, скорее всего, перерастет – Эрдоган не видит для себя проблем повоевать с сирийской армией, показать всему ближневосточному миру последствия убийства турецких военнослужащих и игнорирования турецких национальных интересов. Но если Москва не отступит, если не пустит турецкие самолеты в сирийское воздушное пространство и продолжит оказыать военно-техническую поддержку Асаду, то никакой большой войны, скорее всего не будет. Эрдоган не может себе позволить риска войны в Россией. В этой войне он потерпит поражение и, скорее всего, по ее итогам потеряет власть (военные вряд ли обрадуются тому, что президент-султан отправляет их на убой ради прикрытия собственной ошибки). 

 

Громко молчим

 

Но готова ли Россия не отступать – ведь тем самым она ставит под угрозу наши стратегические отношения с Турцией, которые простираются гораздо дальше сирийских вопросов? В ночь с 27 на 28 февраля, когда из Турции новости сыпались как из рога изобилия, Россия молчала – и многие комментаторы были этим возмущены. Они писали, что ни в МИД, ни в Министерстве обороны не давали никаких комментариев. Утверждали, что российское молчание лишь укрепляло наших турецких партнеров в мысли о том, что Россия в случае начала сирийско-турецкой войны останется в стороне.

Действительно, молчание укрепляло бы – если бы это молчание имело место. На деле же его не было. Министерство обороны выразило свою позицию – но не словами, а авиаударами. Когда турки грозили войной, российские самолеты резко увеличили накал бомбежек позиций боевиков, показав, что Москва в стороне не останется. Собственно, позиция вполне логичная – не только турецкая сторона заботится о своем престиже и репутации. Россия доказывает, что она своих союзников на произвол судьбы не бросает.

Да, кому-то может показаться, что Москве стоит все-таки отойти в сторонку. На кону же не только Сирия, но и большие стратегические проекты российско-турецких отношений. Прежде всего, газопровод «Турецкий поток». Война с турками – пусть даже опосредованная – может привести к закрытию «Потока», а также строящейся в Турции российской атомной станции Аккую. И действительно, проекты окажутся под угрозой – но окажутся как раз в том случае, если Москва капитулирует. Если продемонстрирует свою слабость и покажет, что ее можно продавливать и шантажировать. Тогда тот же «Турецкий поток» превратится в украинскую ГТС – в плане готовности страны-транзитера регулярно шантажировать Россию. Единственный шанс сохранить все проекты, а также рабочие партнерские отношения с Турцией – это показать партнеру, что Россия, условно говоря, не является его «едой». Показать Эрдогану что его экпансионистские планы не должны противоречить российским интересами – и речь тут не только о Сирии. Как известно, эти планы простираются и на евразийское пространство, и на населенные тюркскими народами земли России. Поэтому сейчас нельзя требовать от России быть «умной» и сделать шаг назад. На сирийской земле Москва – как и пять лет назад, начав войну против ИГ – защищает собственную безопасность и территориальную целостность.

Новости партнеров







Цифровизация на основе немецких технологий

Немецкие и австрийские компании имеют значимые компетенции в области разработки и внедрения современных ИТ-решений. О том, к каким из них российский бизнес проявляет особый интерес, рассказывает управляющий партнер австрийско-немецкой компании msg Plaut в России Вольфганг Кестлер

С бизнесом будут держать совет

Московские власти создали площадку, которая поможет объединить усилия бизнеса и города в восстановлении экономики после пандемии и выработке долгосрочной стратегии развития столицы. Уже сейчас экспертам очевидно, что главной точкой роста при этом должна стать реализация национальных проектов

«Организационный иммунитет» для компании

Условия пандемии заставляют компании адаптироваться к новым непростым рыночным условиям. О том, как успешно перестроить бизнес-процессы в соответствии с новыми реалиями потребительских предпочтений, рассказывает Сергей Ким, генеральный директор ООО Миле СНГ, представительства немецкого производителя бытовой и профессиональной техники премиум-класса Miele в России

ЮУрГУ получил первый на Урале нейрокомпьютер

Леонид Соколинский — о новейшем нейрокомпьютере на Урале, о будущем нейросетей и искусственного интеллекта

ММК серьезно нарастил чистую прибыль и доходность для акционеров

После снижения основных финансовых показателей во втором квартале 2020 года, вызванного последствиями пандемии коронавируса, по итогам третьего квартала Группа ПАО «Магнитогорский металлургический комбинат» существенно нарастила выручку, чистую прибыль и свободный денежный поток
Новости партнеров

Tоп

  1. Запредельное зло и предел зла
    Искусство способно прикоснуться к тому, о чем больно даже думать. Хорошо ли это? Наверное, необходимо. Чаще — и лучше уж так — оно пугает нас выдуманными страхами, а если вдобавок стремится исцелить надеждой, то в нее хочется верить, как в реальную
  2. На войну в Карабахе отведено не много времени
    Минувшие выходные имеют основания войти в историю Армении как скорбные даты, а для Азербайджана, напротив, стать будущим военным праздником. На карабахских фронтах явно наметился перелом
  3. Тихая инфраструктурная революция
    Запуск строительства автодороги Москва — Казань сопровождается рядом решений, которые означают смену доминирующей парадигмы развития инфраструктуры. Мы двигаемся к новой картине рынка, состоящего из государственных проектных компаний-заказчиков и заемщиков, подрядчиков и частного бизнеса по оказанию услуг пользователям платных дорог, считает глава компании «Инфракап» Александр Баженов
Реклама