Кампания

Владимир Абаринов
25 сентября 2000, 00:00

Исход американской президентской гонки определят прямые дебаты претендентов

У пенсионера из штата Вашингтон Гэри Гринапа оказалось феноменально острое зрение. Он увидел на экране своего телевизора с диагональю 21 дюйм то, чего человеческий глаз увидеть никак не может.

Надо полагать, Гринапа заинтересовала тема очередного предвыборного клипа губернатора Буша - оплата пенсионерам лекарств, отпускаемых по рецептам. Натурально, дикторша за кадром восхваляла гуманный план Буша, а плохой план Гора критиковала. При этом каждое ее слово - видимо, в целях воздействия на глухих - появлялось на экране в виде текста. И вдруг мелькнули буквы, которых дикторша как будто не произносила. Пенсионер стал терпеливо караулить у телевизора. Вроде бы опять мелькнуло, но с уверенностью судить нельзя, тем более нельзя прочесть. Осознав тщетность своих попыток, Гринап вооружился видеомагнитофоном, остановил пленку в подозрительном месте и убедился, что глаз-алмаз нисколько его не подвел: как раз тогда, когда дамочка за кадром умильным голоском сообщает, что, мол, план Буша - для народа, а план Гора - для... на экране появились аршинные буквы RATS - КРЫСЫ. Ну да, план Гора - для вашингтонских бюрократов - bureaucRATS.

Слово RATS появляется на одну тридцатую секунды. Невооруженный человеческий глаз уловить его не в состоянии. Однако же уловил. Гэри Гринап сразу понял, что перед ним реклама, воздействующая на подсознание (на жаргоне специалистов она называется priming - грунтовка, которую живописцы кладут на холст). Будучи демократом, он решил позвонить куда следует. Трое суток различные партийные функционеры, как водится, отфутболивали рядового члена. Но пенсионер был настойчив. В конце концов он добился своего. Функционеры приехали к Гринапу домой, посмотрели, ахнули и тотчас отправили кассету в избирательный комитет Гора. Разыгрался страшный скандал. Буш и его клевреты отбивались от обвинений несколько дней подряд. Они не придумали ничего лучшего, чем заявить, что КРЫСЫ в клипе появились случайно. Но им никто не поверил.

От живых денег, понятное дело, не откажется никто, но что при этом будет с фондом социального обеспечения - Social Security, из которого получает пенсию каждый американский пенсионер? Вскоре на пенсию начнут выходить бэби-бумеры - люди, родившиеся в период повышенной рождаемости конца 40-х-50-х годов. Через тридцать лет в Соединенных Штатах два работника будут кормить трех пенсионеров. Эл Гор, как мы знаем, предлагает просто пополнить фонд социального обеспечения за счет бюджета - именно поэтому его налоговое предложение скромнее губернаторского.

Старший экономист вашингтонского Института экономики налогообложения Майкл Скайлер, к которому я обратился за разъяснениями, оценивает эту меру скептически: "Рано или поздно все равно придется сокращать налоги и печатать деньги, чтобы выплачивать социальные пособия", - говорит он. Гораздо больше Скайлеру нравится план Буша, который позволит людям взять часть средств, которые они сегодня выплачивают в качестве социального налога (около 2% от зарплаты), и положить их на персональный пенсионный счет. "И это будут реальные личные накопления, - поясняет Майкл Скайлер. - Преимущество реальных накоплений состоит в том, что они позволяют экономике расти быстрее и дают возможность пенсионеру оплачивать свои счета, не обращаясь к правительству и не прибегая к бюджетным средствам".

Предполагается, что деньги персонального пенсионного счета можно будет пустить в рост, вложив их в ценные бумаги, - Эл Гор называет этот план рискованной схемой и экономикой казино. Майкл Скайлер не разделяет этих оценок: "В своем налоговом плане губернатор исходит из очень осторожных предпосылок - он закладывает более медленный рост экономики, чем ожидается, причем многие утверждают, что сокращение налогов, исправляя налоговые диспропорции, влечет за собой экономический рост. Таким образом, у плана Буша есть запас прочности".

Оценка Буша действительно более консервативна, чем оценка бюджетного комитета конгресса. Однако другие макроэкономисты считают, что в период экономического роста снижение налогов противопоказано - оно неминуемо ведет к инфляции.

Для семьи с очень низкими или, напротив, высокими доходами выбор как будто несложен: первая не платит или почти не платит налогов, зато получает помощь из различных социальных программ; вторая, конечно же, предпочтет сокращение налогов. Средний класс пребывает в глубочайших сомнениях. Дело в том, что налоговое законодательство США отличается чрезвычайной сложностью. Мои знакомые Фрэнсис и Тимоти так и не смогли сказать, сколько налогов они платят. В год эта семья зарабатывает около 70 тыс. долларов. Тимоти работает в крупной фирме, Фрэнсис сидит дома с двумя детьми-дошкольниками, однако кроме заботы о детях у нее свой небольшой бизнес: она архитектор и занимается перепланировкой частных домов. За год она справляется с тремя заказами. Кроме того, у них есть недвижимость, которую они сдают в аренду, но при этом, естественно, платят налог с недвижимости. Есть также средства, вложенные в акции. Из-под налогообложения помимо производственных расходов они выводят расходы на детей - по 500 долларов в год на каждого ребенка. Наконец, они платят marriage penalty - "штраф за брак": супруги в США должны заполнять общую декларацию о доходах и соответственно платят больше налогов, чем если бы платили их каждый в отдельности. Налоговую декларацию им заполняет специальная фирма, и это обходится им еще в 800 долларов. Так чей же план они предпочитают - Гора или Буша? Им нравится, что Гор хочет направить средства на школы, на экологию, на медицину. Но нравится и предложение Буша о персональных пенсионных счетах. "Вот если бы можно было объединить оба плана..." - после долгого и тщательного обсуждения говорит Фрэнсис.

Кандидатам тоже непросто найти образцово-показательную семью. Команда Буша нашла одну в Новом Орлеане, тоже из четырех человек, и объявила: вот семья, которая выиграет от нашего налогового плана. Команда Гора тотчас взялась за калькуляторы и возразила, что эта семья выиграет ровно столько же от плана вице-президента за счет исключения из налогооблагаемых сумм ряда расходов.

Наследие отцов

Хотим мы того или нет, верим в существование "многополярного мира" или признаем американское лидерство, - результаты президентских выборов в США так или иначе скажутся на судьбах любой страны, в том числе и России. На первый взгляд внешняя политика как будто не играет существенной роли в кампании. Но это не так.

Советник Гора Марк Гинзберг (посол США в Марокко с 1993-го по 1998 год, ныне президент инвестиционной фирмы Georgetown Global Investments, Inc.) считает, что избирателя интересуют прежде всего вопросы либерализации торговли: "Американский народ весьма волнуют такие темы, как международная стабильность, международная экономическая политика и международная торговля, в особенности потому, что значительная часть продукции, произведенной в стране, продается за границей. И я уверен, что по ходу кампании выяснится: большинство американцев удовлетворено положением дел при администрации Клинтона-Гора, потому что понимает, что процветание страны - результат огромной работы по вступлению в силу NAFTA (Североамериканское соглашение о свободной торговле. - В. А.) и статуса нормальных торговых отношений с Китаем".

Но как раз в этих вопросах существует межпартийный консенсус: Клинтон получил NAFTA и Уругвайский раунд (переговоры о преобразовании ГАТТ, Генерального соглашения о тарифах и торговле, в ВТО, Всемирную торговую организацию) из рук Буша-старшего и довел дело до конца. Правда, советник Буша Роберт Зслик (заместитель госсекретаря, заместитель главы аппарата Белого дома, советник министра финансов в администрациях Рейгана и Буша-старшего) и здесь находит повод для обвинений. Клинтон, по его словам, не проявил должной настойчивости и позволил отбиться от рук даже соседям по полушарию: "В начале девяностых годов страны Латинской Америки соревновались друг с другом в торговых переговорах с США. Сегодня латиноамериканцы учредили свой таможенный союз, который начал переговоры с ЕС и Японией. Когда экономика стран Юго-Восточной Азии столкнулась с крупнейшим финансовым потрясением, создавшим предпосылки для структурных реформ, американские торговые представители остались в стороне". По мнению Роберта Зслика, по этой же причине неудача постигла саммит ВТО в Сиэтле. "Вашингтон имел достаточно возможностей выстроить глобальные экономические отношения на полвека вперед, но вместо этого маргинализировал себя в этой критически важной сфере", - заключает Зслик.

У республиканцев существует специфическая причина раскручивать международную тематику. Команда вице-президента на каждом шагу повторяет, что Гор уже тридцать лет занимается внешней политикой, поскольку начал изучать ее еще в университете, а у Буша нет ни малейшего опыта в этой сфере. Поэтому республиканцы стараются атаковать первыми. Кроме того, у Буша есть убедительное наследие отцов (в данном случае - в буквальном смысле слова).

Настоящий апофеоз республиканской идеи произошел на второй день съезда, посвященный вопросам обороны и внешней политики.

Здесь у Великой старой партии действительно сильный послужной список. Благоразумно умолчав о Никсоне, который у публики ни с чем, кроме Уотергейта, не ассоциируется, организаторы выстроили ряд Джеральд Форд-Рональд Рейган-Джордж Буш-старший. Хроника, которую увидели делегаты, а вместе с ними вся страна, показала, как Форд подписывает Заключительный хельсинкский акт, Рейган говорит, стоя перед Бранденбургскими воротами: "Господин Горбачев, сломайте эту стену!", Буш побеждает Саддама и избавляет Америку от ядерного кошмара. Вот какое наследие промотали демократы. "Колесо истории повернулось, - с металлом в голосе произносил претендент на пост вице-президента Дик Чейни. - Им пора уходить".

Дискуссия о внешней политике имеет какое-то странное свойство. Вот ведь и демократы говорят, что колесо повернулось, но не вспять, как хочется Чейни, а вперед. "Но пораженья от победы ты сам не должен отличать". Такое впечатление, что оба стана взяли на вооружение эту фразу поэта. Перечень провалов, составленный адептами Буша, команда Гора легко превращает в перечень достижений, и наоборот.

Вот характеристика республиканского кандидата в версии Марка Гинзберга: "Джордж Буш представляет партию, которая погрязла в догмах доколумбовой эпохи. Существует мир, который знаком Джорджу Бушу, и мир, которого он не знает. Он не владеет вопросами, которыми должен владеть президент в двадцать первом веке, будь то новые вызовы безопасности, этническая ненависть, конфликты по всему миру, глобальный терроризм, национальная противоракетная оборона, ядерная безопасность или эффективное сотрудничество с нашими союзниками. Республиканская партия главным образом создает мнимые проблемы, которые облечены в камуфляж, скрывающий неопытность и менталитет периода холодной войны и войны в Заливе и идеологию, которой подвержены его внешнеполитические советники. Эти люди пытаются внушить американцам, что наша оборонная мощь ослабла, а внешняя политика плывет по течению. Это ложный аргумент, основанный на ложных фактах".

Но именно в психологии времен холодной войны обвиняют демократов республиканцы за то, что те хотят сохранить устаревшие соглашения по контролю за вооружениями.

Российский синдром

Среди стран, которые в наибольшей степени беспокоят американцев, выделяются прежде всего Китай и Северная Корея. На невнимание к России можно, конечно, обижаться, но, с другой стороны, что ж плохого в том, что Россию не держат за пугало или за нуждающегося в поддержке инвалида? Для республиканцев это опять-таки повод для нападок на Гора, который, по их мнению, будучи сопредседателем двусторонней комиссии по экономическому сотрудничеству, завел российскую политику администрации в полный тупик - "потерял" или, если угодно, "проиграл" Россию (сакраментальный вопрос дискуссии "Who lost Russia?" можно переводить и как "Кто проиграл Россию?").

Резюме этих обвинений ближайший внешнеполитический советник Буша профессор Стэнфордского университета Кондолизза Райс формулирует так: "Проблема американской политики состоит в том, что администрация Клинтона связала себя с Ельциным и теми, кто называл себя реформаторами. Эта политика потерпела крах. Разумеется, США должны были иметь дело с Ельциным как главой государства. Но поддержка демократии и экономических реформ превратилась в поддержку Ельцина. Его цели стали целями Америки. Соединенные Штаты удостоверяли наличие реформ, когда реформ не было, продолжали накачивать Россию деньгами МВФ при отсутствии каких-либо свидетельств серьезных изменений. Российские реалии попросту не соответствуют тому сценарию, который сочинила администрация".

О том, как нужно было строить отношения с Россией, и, главное, как их следует строить в будущем, единого мнения не существует ни на той, ни на другой стороне. Один ответ на "российский вызов" - это политика вовлечения (команда Гора придумала специальный термин, применяемый не только к России, - forward engagement - упреждающее, заблаговременное вовлечение). Другой - это возврат к политике сдерживания. Майкл Макфол, эксперт Фонда Карнеги за международный мир, считает первый подход, предполагающий терпеливое взращивание демократических институтов, безусловно верным, а второй - явным анахронизмом: "Это не что иное, как Realpolitik: не имеет значения, что за режим внутри страны, значение имеет баланс сил в системе международных отношений. Это взгляд нынешних советников губернатора Буша. Для них неважно, демократическая страна Россия или нет, важен лишь баланс сил".

И гадать нечего, кого из советников имеет в виду Макфол. Это прежде всего Генри Киссинджер, рекомендовавший Клинтону хотя бы в последний год президентства проявить именно такой подход к России. "Причиной второй мировой войны было не нарушение баланса сил, а установление в Германии нацистского режима, - продолжает Макфол. - Когда этот режим потерпел поражение, Германия стала совершенно другой страной. Я убежден, что то же самое произошло с Советским Союзом". С точки зрения Макфола, не столь важна военная мощь страны, сколько ее намерения, - если учитывать лишь военный потенциал, фокус сбивается: "Нас не беспокоит британское ядерное оружие, во много раз более мощное, чем северокорейское, потому что мы знаем, каковы намерения Великобритании". При этом Макфол подчеркивает, что этот вопрос - bipartisan issue, то есть водораздел не всегда проходит по партийному признаку. Есть свое левое крыло у демократической партии, представители которого считают, что поддержка демократии нарушает суверенитет, а МВФ - орудие империализма. С другой стороны, нет единства и в стане республиканцев. В то время как основной корпус советников Буша остается на позициях, совпадающих или близких к киссинджеровским, представитель "старой гвардии Рейгана" посол Джин Киркпатрик убеждена, что поддержка демократии должна быть неотъемлемой частью американской внешней политики.

Термин "упреждающее вовлечение", как объясняют сторонники этой концепции, заимствован из военного лексикона, где существует выражение "упреждающее развертывание", то есть выдвижение войск на позиции, где они могут понадобиться, до возникновения такой необходимости. В качестве примеров приводятся, с одной стороны, американские удары по террористическим группам в Судане и Афганистане, с другой - переговоры с Северной Кореей.

Существует еще, впрочем, позиция беспартийного политолога Збигнева Бжезинского. Он призывает новую администрацию, кто бы ни выиграл выборы, сохраняя корректные отношения с Кремлем, всемерно поддержать неправительственные организации и движения, институты гражданского общества, расширять обмены, подобные тому, какой организовала Библиотека конгресса для молодых лидеров российских регионов.

Однако важнейшими в американо-российских отношениях остаются вопросы безопасности и контроля за оружием. Здесь программа у республиканцев жесткая. "Во-первых, следует признать, что американской безопасности в большей степени угрожает не сильная, а слабая и непредсказуемая Россия, - говорит Кондолизза Райс. - Это требует немедленного внимания к сохранности и безопасности ядерных арсеналов Москвы. Программа Нанна-Лугара должна финансироваться в полном объеме и проводиться агрессивно. Второе: Вашингтон должен начать с Москвой всестороннюю дискуссию о меняющихся ядерных угрозах. Российского потенциала вполне достаточно для сдерживания Америки, и наоборот. Но это не значит, что мы должны лелеять договор тридцатилетней давности, превратившийся в реликт эпохи противостояния США и СССР. Соединенные Штаты должны со всей определенностью заявить, что они предпочитают искать совместно ответ на новые угрозы, однако готовы делать это и в одностороннем порядке. Москва должна понять также, что любое предоставление технологий и информации в этой сфере всецело зависит от ее послужного списка, в данный момент проблематичного, в области распространения ракетных и других технологий, связанных с оружием массового уничтожения. И наконец, Соединенные Штаты должны признать, что Россия - великая держава и что мы всегда будем иметь и конфликт интересов, и их совпадение".

Итак, чего же ждать Москве от новой администрации? Майкл Макфол считает, что губернатор, если он выиграет выборы, будет уделять меньше внимания внутрироссийским делам. Возможно, срежет финансирование американским организациям, которые оказывают техническое содействие России. Более жесткой будет позиция США "по отношению к поведению России на мировой арене". В частности, куда большее, по мнению Макфола, внимание будет придаваться таким вопросам, как российско-иранские отношения. При Горе, полагает эксперт, будет предпринята новая попытка ввести Россию в международное сообщество, сделать ее подлинным и полноценным партнером западных международных институтов. Как бы то ни было, "внешнеполитические интересы страны будут защищаться должным образом при любой администрации", - заключает Макфол.

Фактор Путина

Остается еще такой немаловажный вопрос, как личность нового президента России. Несмотря на короткий отрезок времени, американцы уже прошли несколько стадий в своем восприятии Владимира Путина. Первая стадия характеризовалась вниманием к шпионскому прошлому Путина. Этот мотив всплывает всякий раз, когда в действиях президента появляются признаки авторитаризма, удушения гражданских свобод и нетерпимости к критике, - считается само собой разумеющимся, что это наследие КГБ, от которого Путин не что не может, а не хочет освободиться. Иногда, кстати, сам российский президент не отдает себе в этом отчета. Ларри Кинг спросил его, почему Москва так упорно возражает против американской национальной ПРО. Путин не нашел ничего лучшего, как напомнить о советских атомных шпионах - эти люди, заявил он, хотели восстановить баланс сил. Не говоря уже о том самом менталитете холодной войны, в котором обвиняют друг друга демократы и республиканцы, атомный шпионаж - острая тема в США: сотрудник лаборатории в Лос-Аламосе Вэнь Хо Ли только что признал себя виновным и согласился сотрудничать со следствием.

Вторая стадия - превращение и. о. в избранного президента. Маневр с досрочной отставкой Ельцина, совершенно невозможный в США (где в случае преждевременного ухода президента его место занимает вице-президент, но никаких досрочных выборов конституция не предусматривает), навлек обвинения в манипулировании законодательством о выборах. Резкое неприятие вызвала новая чеченская война, использованная в предвыборных целях. По этой причине визит Клинтона в Москву не встретил поддержки в сообществе кремлинологов, даже тех из них, кто симпатизирует России. За отсутствием крупных новых договоренностей у лидеров просто не было необходимости устраивать отдельный саммит - в этом году у них хватало встреч (вместе с Брунеем их будет четыре, а всего, начиная с Кельна, - шесть за неполных полтора года). Именно перед визитом в Москву Киссинджер написал свою статью в духе Realpolitik.

Нападки на свободную прессу, административная реформа, в корне противоречащая американскому пониманию федерализма, новый Налоговый кодекс, о каком американские архиконсерваторы и мечтать не могут, - это третий этап, тоже, мягко говоря, не прибавивший симпатий Путину. (Сейчас неважно, в какой мере подозрения соответствуют действительности, - важна интерпретация в американской прессе.)

Наконец, тяжелую травму имиджу Путина нанесла катастрофа "Курска". Начало кризиса совпало с открытием съезда демократов в Лос-Анджелесе. Один из близких к Гору экспертов на вопрос об отношении к Путину выразился тогда так: "Жюри присяжных еще совещается". Но американская пресса вынесла безапелляционный вердикт. Публичная ложь официальных лиц, публичная же атака президента на журналистов, разваливших армию и флот, дикая сцена насильственной инъекции (западные репортеры так и не добились доступа к пострадавшей и ее опровержениям, естественно, не поверили) - все это предстало на страницах газет и экранах в концентрированном виде. Цусима и Сталин, спрятавшийся от народа в первые дни немецкого вторжения, - это еще не самые жесткие аналогии.

Путин, видимо, отдавал себе отчет в том, что стал негативным героем американской прессы. В Нью-Йорке он провел две встречи с журналистами: помимо Ларри Кинга в первый же день отобедал в обществе крупнейших редакторов, издателей, колумнистов и телеведущих. Тексты, которые они об этом написали, особой теплотой не отличаются, но и тенденциозными их не назовешь. Это изложения беседы, снабженные более или менее тонкими наблюдениями. Видимо, присяжные все еще совещаются.

Но в освещении катастрофы "Курска" очень быстро возник и набрал силу совершенно новый мотив: американцы стали задаваться вопросом, а нужен ли вообще атомный подводный флот, для которого, как выяснилось, холодная война никогда не кончалась. Сейчас общественное мнение Америки настроено в пользу максимальных сокращений, как и максимально тесного взаимодействия с Россией в области мер доверия. Этим настроениям должен будет соответствовать новый президент, кто бы им ни стал.

Закон цикличности

На заре американской государственности кандидат в президенты избирался без напарника - вице-президентом просто-напросто становился кандидат, который пришел к финишу вторым. Это справедливо. Отцы-основатели не только не могли предвидеть возникновения политических партий, но и считали их безусловным злом. Что не помешало отцам же и заняться их созданием. В результате в 1796 году республиканец Томас Джефферсон стал вице-президентом в администрации федералиста Джона Адамса. Оба весь срок мучились. Вероятно, не было в истории США вице-президента, который более рьяно исполнял единственную возложенную на него конституцией обязанность председателя верхней палаты конгресса. В сенате Джефферсон сколачивал оппозицию действующему президенту, и когда спустя четыре года одержал во главе своих республиканцев (нынешних демократов) триумфальную победу, гордо назвал ее "революцией 1800 года".

Закон цикличности американской истории был открыт гораздо позднее и получил свое блестящее завершение в серии эссе Артура Шлезингера, писавшихся и публиковавшихся на протяжении двадцати трех лет, с 1959-го по 1982 год. Историки вывели теорию циклов, наблюдая за сменой партий у руля и пытаясь разгадать смысл закономерности. Но иногда кажется, что для того и возникли партии, чтобы использовать энергию этих приливов и отливов. Шлезингер объяснял периодическую смену умонастроений вечным конфликтом между общественной активностью и частным интересом, которые уживаются в душе каждого американца. Причем приступы активности не бывают продолжительными. Это прекрасно понимали политики. Шлезингер цитирует Вудро Вильсона, который сказал одному из чиновников: "Лишь один раз на протяжении поколения можно сделать так, чтобы люди встали выше своих материальных интересов. Вот почему консервативные правительства находятся у власти две трети всего времени".

В статье, написанной при Рейгане, Шлезингер рискует предсказать: "В какой-то момент, который наступит около 1990 года, должно произойти резкое изменение в национальных настроениях и ориентации... В 90-е годы произойдет очередная смена поколений, и наступит очередь молодых мужчин и женщин, которые начинали политическую деятельность в годы президентства Кеннеди". Прогноз этот полностью подтвердился: в 1992 году президентом был избран Билл Клинтон (прекрасно зная, что президентские выборы в США бывают по високосным годам, Шлезингер, видимо, просто соблюдает научные приличия, указывая приблизительную дату). Что же будет дальше? "Если политика, ориентированная на общественные цели, сумеет в 90-е годы справиться с достаточным количеством проблем, то эта фаза будет продолжаться до тех пор, пока нация вновь не испытает усталости от подъема и следования велениям долга и пока к власти не придет молодежь, которая вошла в политическую жизнь при Рейгане".

Пока никому не ясно, имеет ли место фактор усталости. Во всяком случае, демократы считают, что за восемь лет этот порыв еще не угас. Они апеллируют к имени Кеннеди и зовут американцев к новым рубежам. Республиканцы много говорят о величии страны, о необходимости "сменить тон" в Вашингтоне и вернуть в Белый дом "дух честности и чести".

Вашингтон

Как Гор привел Россию к коррупции

На прошлой неделе спикер палаты представителей Деннис Хастерт созвал в Капитолий журналистов, чтобы представить им новый доклад Кристофера Кокса - конгрессмена-республиканца, год назад завоевавшего популярность своим исследованием о китайском атомном шпионаже в США. Прекрасно изданный труд с цветными фотографиями, объемом 209 страниц озаглавлен мрачно "Путь России к коррупции". Имеется и подзаголовок "Как администрация Клинтона экспортировала бюрократию вместо свободного предпринимательства и обманула ожидания русского народа".

Кокс получил задание Хастерта в марте, когда Владимир Путин был еще исполняющим обязанности президента. Вместе с ним трудилась назначенная спикером рабочая группа, в которую вошел цвет республиканской фракции нижней палаты. Они пользовались исключительно открытыми источниками - как объяснили авторы журналистам, в этом был особый смысл: они стремились показать Клинтону и его администрации, что факты, которыми они оперируют, нельзя не знать, коль скоро ты занимаешься Россией.

Впрочем, Клинтон команду Кокса интересовал мало. Они утверждают, что президент с первых же своих шагов в Белом доме самоустранился от российских дел и поручил их ведение узкому кругу лиц, который авторы называют пугающим для русского уха словом "тройка". В хунту эту вошли вице-президент Эл Гор, заместитель министра, а с мая прошлого года министр финансов Лоуренс Саммерс и Строуб Тэлботт, заместитель госсекретаря и однокашник Клинтона. "Тройка" вершила дела без какой бы то ни было экспертизы, не прислушиваясь к мнениям, которые не совпадали с ее собственным и блокируя информацию, которая не вписывалась в их глубоко ошибочную концепцию американо-российских отношений. Той же цели - наведению тени на плетень - служила двусторонняя комиссия по экономическому и технологическому сотрудничеству, называвшаяся в честь сопредседателей комиссия Гор-Черномырдин, а потом Гор-Кириенко, Гор-Примаков и Гор-Степашин. Теперь, вероятно, она называется Гор-Касьянов, хотя перестала собираться уже при Примакове. Если верить авторам доклада, комиссия лишь засоряла прекрасно действовавшие каналы связи между двумя столицами, где сидят настоящие эксперты, - в результате сведения о коррупции в России, смычке чиновников с преступным миром и злоупотреблениях в ходе приватизации до них просто не доходили. Информация клалась "под сукно" злонамеренно, потому что противоречила вздорным идеям и порочной практике "тройки".

В итоге в России наблюдается разочарование в реформах и рост антиамериканизма, потому что Америка в глазах граждан России ассоциируется с псевдореформаторами. А ведь США могли бы, полагает Кокс, сделать с Россией то же, что они сделали с послевоенными Японией и Германией. И вот теперь восемь лет президентства Клинтона прошли даром, и надо все начинать с начала, но не в условиях прозападной эйфории, а в атмосфере растущего отчуждения.

Разумеется, демократы обвиняют Кокса в тенденциозности - мол, он с самого начала знал, к какому выводу прийти, - вот и пришел. Это, пожалуй, верно, но выводов не отменяет. Вряд ли кто возьмется спорить с тем, что российско-американские отношения находятся в сложной фазе. Но виноваты в этом обе стороны.

Из истории американо-российских отношений

1781 г. Первая попытка Соединенных Штатов установить дипломатические отношения с Российской империей. По решению Континентального конгресса в Санкт-Петербург прибыл в качестве посланника Фрэнсис Дейна, однако ему так и не удалось вручить Екатерине II верительную грамоту. Россия отказалась устанавливать дипломатические отношения до заключения мирного договора США с Англией.

1799 г. Указом Павла I учреждена "Российско-американская компания" в целях освоения северо-запада Америки и островов северной части Тихого океана. Прекратила свое существование в 1868 году.

1804-1805 гг. Первое неформальное торговое соглашение: обмен письмами между Томасом Джефферсоном и Александром I, в которых содержались гарантии взаимного предоставления прав наиболее благоприятствуемой нации.

1809 г. Александр I признает независимость США. Первым российским посланником в Вашингтоне стал граф Федор Пален, американским в Петербурге - Джон Квинси Адамс, в 1824 году избранный президентом.

1824 г. Первый русско-американский договор - Конвенция о разграничении на Тихом океане и в Северо-Западной Америке.

1832 г. (у власти в США был президент-демократ Эндрю Джэксон). Договор о торговле и мореплавании, подписан министром иностранных дел Карлом Нессельроде и посланником Джеймсом Бьюкененом, впоследствии президент США.

1863-1877 гг. (демократ Эндрю Джонсон). Американские экспедиции русского флота. Балтийская эскадра, прибывшая в Нью-Йорк в разгар Гражданской войны, заставила Лондон и Париж отказаться от вмешательства в конфликт на стороне Конфедерации. В декабре 1871 года, во время путешествия на фрегате "Светлана", в США с неофициальным визитом побывал наследник престола великий князь Александр Александрович.

1867 г. (демократ Эндрю Джонсон). Договор о продаже русских владений в Америке за 7200 тыс. долларов.

1891-1892 гг. (республиканец Бенджамин Гаррисон). "Русский голод". Американское движение помощи голодающим в России. Собрано и безвозмездно доставлено более 10 тыс. тонн продовольствия и 178 тыс. долларов. Поставка позволила сбить спекулятивные цены внутреннего хлебного рынка.

1905 г. (республиканец Теодор Рузвельт). Портсмутский мирный договор между Россией и Японией. Заключен в Портсмуте, Нью-Гэмпшир, при посредничестве президента США Теодора Рузвельта, которому за это в 1906 году была присуждена Нобелевская премия мира.

1917 г., февраль (демократ Вудро Вильсон). США признают Временное правительство Александра Керенского.

1918-1922 гг. (демократ Вудро Вильсон, с 1923 года - республиканец Уоррен Гардинг). Американская интервенция в большевистскую Россию. В захвате Архангельска приняли участие в составе войск Антанты 50 морских пехотинцев США, в походе на Москву - 5100 военнослужащих. Для участия в Сибирской экспедиции во Владивосток с Филиппин было доставлено 9 тыс. американских солдат. Численность японского контингента в Приморье достигала 72 тыс. человек.

1933 г., ноябрь (демократ Франклин Рузвельт). Установление дипломатических отношений между США и СССР.

1937 г., август (демократ Франклин Рузвельт). Советско-американское соглашение о торговых отношениях.

1942, июнь (демократ Франклин Рузвельт). Соглашение о принципах, применимых к взаимной помощи в ведении войны против агрессии, - ленд-лиз.

1943 г., ноябрь-декабрь (демократ Франклин Рузвельт). Тегеранская конференция. Сталин ставит подпись под Атлантической хартией.

1945 г. (демократы Франклин Рузвельт, Гарри Трумэн). Ялтинская конференция. Конференция в Сан-Франциско. Создание ООН. Потсдамская конференция.

1946 г., март (демократ Гарри Трумэн). Речь Уинстона Черчилля о "железном занавесе" в Фултоне, Миссури.

1947 г. (демократ Гарри Трумэн). Президент США Гарри Трумэн провозглашает доктрину сдерживания коммунизма. Госсекретарь США Джордж Маршалл объявляет план экономического восстановления Европы.

1948, июнь (демократ Гарри Трумэн). Начало блокады Берлина.

1949, апрель (демократ Гарри Трумэн). Создание НАТО.

1950-1953 гг. (демократ Гарри Трумэн). Корейская война.

1954 г., май (республиканец Дуайт Эйзенхауэр). США и Соединенное Королевство отклоняют предложение СССР принять его в НАТО.

1959 г., сентябрь (республиканец Дуайт Эйзенхауэр). Визит в США Никиты Хрущева.

1960 г., май (республиканец Дуайт Эйзенхауэр). Советский Союз сбивает над своей территорией американский разведывательный самолет U-2.

1961 г., июнь (демократ Джон Кеннеди) Провал венского саммита Хрущева и Джона Кеннеди. Возведение Берлинской стены.

1962 г., октябрь-ноябрь (демократ Джон Кеннеди). Кубинский ракетный кризис.

1963 г. (демократ Линдон Джонсон). Советско-американское соглашение о "горячей линии". Советско-американо-британский договор о запрещении ядерных испытаний в трех средах.

1972 г. (республиканец Ричард Никсон). Договор об ограничении систем противоракетной обороны. Промежуточное соглашение об ограничении стратегических вооружений (ОСВ).

1973 г., июль (республиканец Джеральд Форд). Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе.

1979 г., июнь (демократ Джимми Картер). Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений (ОСВ-2).

1989 г., ноябрь (республиканец Джордж Буш). Разрушение Берлинской стены.

1990 г., ноябрь (республиканец Джордж Буш). Договор об обычных вооруженных силах в Европе. Парижская хартия для новой Европы.

1993 г., январь (республиканец Джордж Буш). Договор о сокращении стратегических вооружений (СНВ-2).