Ермаки и Эдисоны

Первопроходцы среднего бизнеса почти заполнили имевшиеся в экономике лакуны. Дальнейший динамичный рост покажут лишь инновационно ориентированные компании

Два года назад мы впервые составили методически выверенный, как нам представляется, список компаний-«газелей». Теперь решили оформить традицию.

В международной терминологии быстро растущие в течение продолжительного периода времени компании принято называть gazelle («газели»), поскольку газель — животное, которое не просто быстро бегает, но может быстро бежать долго. Это наиболее стабильная часть быстрорастущего сегмента компаний среднего бизнеса. В свое время мы захотели найти такие в России. Всегда хочется заглянуть в будущее и заранее предугадать новые имена, новых героев.

Нашей целью было найти компании, не отягощенные грузом старых проблем и отношений с олигархами-конкурентами или государством. Мы предполагаем, что компании-«газели» способны стать каркасом новой экономики страны. В этом проекте мы хотели увидеть лучшие из лучших представителей среднего бизнеса. Откуда у «газелей» силы для такого динамичного роста? За счет чего столь быстр и долог их рост? Где те отрасли, те ниши, которые смогут стать локомотивом российской экономики? Могут ли «газели» послужить скрепляющим звеном нарождающихся российских кластеров? Могут ли изменить структуру нашей нефтезависимой экономики? Эти и другие вопросы мы ставили перед собой, когда затевали проект. И спустя две итерации мы стали кое-что понимать.

Мы поняли, что не стоит обольщаться: страна наша до сих пор находится на той стадии развития, когда даже лучшие из лучших не всегда выглядят презентабельно, что в 99% случаев это никакие не венчурные фирмы, взлетевшие за счет инноваций, а вполне понятные строительные компании, оптовые дистрибуторы лекарств, небольшие региональные розничные сети и т. п. (см. таблицу 3). Но все же среди них есть свои герои, которых мы будем отмечать и поддерживать.

Кто такие «газели»

Чтобы как-то выделить «газели» формально, мы определили четыре ключевых критерия.

Критерий первый. В число «газелей» могут попасть компании, выручка которых в 2009 году составляла более 300 млн рублей, но при этом не превышала нижнюю границу ренкинга «Эксперт-400» (списка 400 крупнейших компаний России). То есть компании не должны быть слишком маленькими, но при этом пока не должны и доминировать в своих секторах.

 эксперт 754 1 Фото: РИА Новости
Фото: РИА Новости

Критерий второй. К числу «газелей» мы решили относить те компании, выручка которых растет на 30% ежегодно по крайней мере четыре года подряд. Ведь именно такими, а скорее и более высокими темпами можно довольно скоро дорасти до того уровня, когда малый и средний бизнес становится настолько крепким, что уже может разворачивать серьезные инвестиционные проекты, покупать конкурентов или оплачивать новые разработки и серьезный НИОКР. К примеру, бизнес, который в 2003 году начинал с оборота 30 млн долларов, такими темпами к 2010 году вплотную приблизился к выручке в размере 200 млн долларов. А это уже немало — есть что показывать инвесторам, с чем выходить на IPO или размещать облигационный заем.

Критерий третий. Компания-«газель» за рассматриваемые нами четыре года должна хотя бы раз принести чистую прибыль. В противном случае компания проедает саму себя и не развивается.

Критерий четвертый. Претендент на звание «газели» не должен являться дочерним предприятием какой-либо крупной корпоративной структуры, иностранного стратегического инвестора или принадлежать государству. В противном случае есть опасение, что бизнес этой компании развивается не сам по себе, за счет какой-то крутой бизнес-идеи, удачных менеджерских решений или эффектных технологий, а благодаря вливаниям со стороны «большого акционера».

В соответствии с этими жесткими критериями отбора два года назад, прошерстив базу данных Росстата, по итогам 2007 года мы получили 521 компанию. К сожалению, опубликовать список полностью по техническим причинам мы не смогли — компаний было слишком много. Но для интересующихся список первых ста компаний, отсортированных по выручке, мы выложили на нашем сайте. Эта база взята за основу дальнейших исследований и поиска новых компаний-героев. С некоторыми из них мы смогли познакомить наших читателей. Те, кто следит за нашими публикациями, обратили внимание на логотип «Конгресс “газелей”», который сопровождает такого рода публикации-кейсы о компаниях.

После кризиса, по итогам 2009 года, была проведена новая итерация нашего исследования. Вполне закономерно число быстрорастущих компаний в среднем бизнесе резко уменьшилось. Честно говоря, мы боялись, что не будет никого. Удивительно, но нашлись компании, у которых в 2008–2009 годах выручка росла на сто процентов в год и более. На этот раз новый рейтинг «газелей» дал в четыре раза меньше, чем до кризиса: 124 компании (см. таблицу 3). Так кто же они, эти «газели»?

Во-первых, о масштабе влияния. Выручка 521 компании-«газели» до кризиса составляла 2,6% от выручки компаний, входящих в рейтинг крупнейших компаний страны «Эксперт-400». Три четверти «газелей», как до, так и после кризиса, относятся к сервисным отраслям (см. графики 1 и 2). Промышленных «газелей» в нашем рейтинге быстрорастущих компаний немного — 25% от общей выручки, что не идет ни в какое сравнение с крупным бизнесом — в рейтинге «Эксперт-400» промышленных компаний уже около 60% (см. график 3). Важно, что в какой-то момент «газели» все-таки становятся частью большой экономики. Об этом свидетельствует таблица 1, из которой видно, что в списке «Эксперт-400» за 2009 год есть 11 быстрорастущих компаний, которые когда-то были «газелями». 10 из 11 — из третичного сектора экономики (банки, строительство, оптовая фармдистрибуция, ритейл).

Российская экономика все еще динамично перестраивается. Тот, кто увидел незаполненную нишу, лакуну в сегменте услуг и имеет деньги, входит в эту нишу и быстро растет. Наши «газели» в общей массе — первопроходцы в чистом виде.

В отличие от своих антиподов, компаний крупного бизнеса, «газели», как правило, не обременены устаревшими активами и технологиями. Кроме того, они не связаны устоявшимися договоренностями с поставщиками, каналами дистрибуции и т. п. Более того, у них была возможность выбора, на какие рынки или в какие ниши выходить, на чем зарабатывать.

У дороги бублики дороже

То, что «газели» — первопроходцы, подтверждает географический анализ. Известно, что чем выше концентрация населения, тем больше экономическая активность. Этот так называемый агломерационный эффект как нельзя лучше проявляется на примере компаний-«газелей».

Была оценена «фертильность газелей» (см. карты) в разных регионах страны до и после кризиса. Этот показатель с учетом отраслевой специфики указывает на разницу в инвестиционном климате, наличии накопленных старых фондов, кадров и появлении новых ниш.

 эксперт 754 1 Фото6 РИА Новости
Фото6 РИА Новости

Мы увидели вполне закономерную картину, подтверждающую этот самый агломерационный эффект: Москва, Московская область и Санкт-Петербург оказались по удельному количеству появляющихся быстрорастущих компаний в лидерах. Но вот парадокс: в числе лидеров по числу «газелей» оказывается Новосибирская область, в то время как явные претенденты на большую «фертильность» таких компаний — Нижегородская область и уральские регионы с крупными центрами-миллионниками (Челябинск, Екатеринбург, Уфа) — в крепких середнячках (см. карты). «Возможно, это свидетельство того, что в регионах — лидерах по “фертильности газелей” растут сервисные услуги, а остальное не растет, — предполагает доцент кафедры экономической и социальной географии России географического факультета МГУ Владимир Горлов. — Сервис в Новосибирске был более оборотистый. С одной стороны, город более диверсифицированный с точки зрения хозяйства, поэтому там больше возможностей для сервиса. Обычно в условиях ненасыщенной экономики так все и происходит — очень быстро растут третичные сектора, а вот в условиях насыщенной экономики развитие идет по-другому, за счет появления новых направлений и замещения старых производств на новые». По всей видимости, отставание других мощных экономических центров по «фертильности газелей» до кризиса от того же Новосибирска объясняется тем, что постиндустриальная волна до Восточной Сибири дошла позднее, чем до Урала и тем более до Центральной части России. По сути, в Новосибирске шло донасыщение рынка компаниями в секторе услуг. Как говорят специалисты, догоняющее развитие всегда территориально локализовано и усиливает поляризацию в пространстве.

Впрочем, догоняющее постиндустриальное развитие в виде феномена высокой «рождаемости газелей» может объясняться и другими, дополнительными причинами. Пространственное неравенство в «рождаемости газелей» может возникать как следствие концентрации конкурентных преимуществ в одних территориях и их отсутствия или дефицита в других. Так, «появление новых капиталоемких ниш-лакун для роста среднего бизнеса на Сахалине до кризиса — эффект мультипликатора от запуска проектов СРП», — считает директор региональной программы Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич. А в Тюменской области (включая ХМАО и ЯНАО) в высокой концентрации динамично-растущего среднего бизнеса, помимо прочего, по словам Зубаревич, «повинна» «куча денег у бюджета области, которая появилась с середины 2000-х (отняли у округов по договору, прописали ТНК-ВР, получили большую часть НДПИ), и как результат — огромное дорожное строительство, быстрый вход сетевой торговли плюс переход нефтяных компаний на нефтесервисный аутсорсинг».

После кризиса удержались на уровне средней «фертильности газелей» только области с хорошим промышленным ростом за 2008–2010 годы (так называемые новые индустриальные лидеры — не считая регионов ТЭКа, их четыре: Белгородская, Ленинградская, Калужская, Калининградская области) плюс Москва с сервисной экономикой. Остальные сдулись в кризис. А еще выстрелила Камчатка — федеральные инвестиции в Камчатку в кризис сильно выросли. Вторая причина — эффект низкой численности населения.

Органика и неорганика

Сравним отраслевую структуру рейтинга «газелей» до и после кризиса.

Консультанты авторитетной компании McKinsey & Co, изучая в свое время природу роста бизнеса, разложили его на две составляющие: «органический» рост (за счет собственных ресурсов компании) и «неорганический» рост, (за счет слияний и поглощений и т. п.). Интересно, что большая часть наших «газелей» до кризиса росла за счет «органики» и благоприятной рыночной конъюнктуры («попутный ветер»), а вот после кризиса в ход пошел «неорганический» рост или новое строительство, если на него находились средства в смутное время.

Так, сильный «попутный ветер» в виде роста цен на нефть, металлы и химическое сырье способствовал сверхмощному росту компаний-«газелей» из отраслей металлоторговли, торговли горюче-смазочными материалами и химической промышленности в 2003–2007 годах (см. таблицу 2), но как только конъюнктурный цикл пошел на спад, компании из сферы торговли металлами, автомобилями, горюче-смазочными материалами и химпрома выбыли из числа «газелей». Капиталоемкие бизнесы не находили средств на неорганическую экспансию.

А вот близкая к потребителю розница кризиса не почувствовала, дефицита капитала не имела, и в кризис продолжала цвести пышным цветом. Компании-«газели» из этого сегмента росли по двум направлениям: за счет увеличения количества магазинов и за счет расширения ассортимента товаров и услуг в уже существующих магазинах.

После кризиса сильно выросла доля агропромышленных «газелей». Причина та же: сильный «попутный ветер» в виде господдержки. Продолжает расти концентрация капитала в агробизнесе. Наблюдались крупные вливания в этот сектор экономики: ВЭБ, Россельхозбанк давали кредиты под greenfield-проекты птичников и свиноферм. Вот и результат: доля «газелей» в свежем рейтинге выросла в 2,5 раза (см. таблицу 2). С одной стороны, кажется обидным, что государственные институты развития внимательнее относятся к «быстрым» проектам: срок окупаемости птицефабрики короче, чем машиностроительного завода. Но, с другой стороны, «такие инвестиции имеют хороший кумулятивный эффект, — считает Владимир Горлов, — когда ты инвестируешь в сельское хозяйство, оно начинает закупать сельхозтехнику, удобрения. Это правильная промышленная политика государства — стимулировать тех, кто потом по цепочке дает заказы внутри страны, что в конечном счете обеспечивает рост экономики». Наше исследование показывает примеры такого кумулятивного эффекта: компания «Хитон» (дистрибутор ветеринарных препаратов и кормовых добавок для птицеводства) из Ярославской области показала среднегодовые темпы прироста выручки с 2005-го по 2009 год в размере 56%, а Завод премиксов № 1 из Белгородской области (производит обогатительные смеси биологически активных веществ, применяемых для повышения питательной ценности комбикормов) — 159%!

Вообще, считает Владимир Горлов, государству нужно активнее стимулировать жилищное строительство (экономичное и социальное жилье). Это даст кумулятивный рост в отраслях по производству стройматериалов, металла, в строительном машиностроении. С точки зрения промышленности имеет смысл поддерживать транспортное машиностроение, поскольку оно потащит за собой снижение транспортных издержек, ускорение оборачиваемости основных оборотных фондов, а кроме того, возрастут возможности транзитного потенциала страны.

 эксперт 754 1 Фото: РИА Новости
Фото: РИА Новости

Особенно бурный и наиболее заметный рост среди «газелей» после кризиса наблюдался в сегменте оптовых и розничных продаж фармацевтики.

Фактор «попутного ветра» тоже способствовал динамичному росту российского фармацевтического рынка и росту концентрации «газелей» в этом секторе. Аптечные сети в среднем продолжают демонстрировать высокие темпы роста, прежде всего это касается межрегиональных компаний, продолжающих экспансию в регионы через покупку небольших местных игроков. Это экстенсивный рост. Но следует отметить, что увеличение продаж происходит не только из-за открытия новых точек продаж, значимым фактором является также внедрение новых эффективных маркетинговых технологий. А это уже интенсификация роста.

Немногие «газели», которым удалось продолжить «органический рост» после кризиса, — это компании из сектора товаров для здоровья и косметических средств («Сплат-косметика», «Юникосметик» и др.). В этом сегменте менее развита цепочка производитель — торговые сети. Отрасль меньше охвачена собственными торговыми марками розничных предприятий.

Попутного ветра для новой волны

Большинство фирм начинают как маленькие организации, маленькими живут и такими же умирают. Они никогда не выходят на значительную траекторию роста. Основная причина в том, что подавляющее большинство стартапов имитирует бизнес в зрелых отраслях, обслуживая локальные рынки. И они не хотят или не могут ничего менять. У наших «газелей» тоже есть потолок роста. И кризис дал почувствовать этот потолок очень быстро. Скорее всего, большинству компаний экс-«газелей» (тех, кто не попал в наш новый рейтинг «газелей»-2009), чтобы вернуться на траекторию роста, придется провести существенную реструктуризацию бизнеса или, что еще важнее, — выйти на инновационную тропу.

«Главной особенностью кризисного 2009 года стал для нас масштаб вызова и угроз. Ни с чем подобным наша компания не сталкивалась за последние десять лет. В первом квартале самым опасным стало сжатие наших основных рынков и падение объемов продаж более чем в два раза, — пишет в годовом отчете обращение к акционерам Владимир Поляков, президент концерна “Энергомера” (компании, ранее входившей в рейтинг “газелей”-2007). — Наряду с этим банками было принято одностороннее решение существенно повысить процентные ставки, в том числе и по ранее взятым инвестиционным кредитам. Все это в совокупности почти вдвое увеличило наши затраты на обслуживание займов в себестоимости готовой продукции, а полные издержки в производстве стали превышать отпускные цены».

Концерн «Энергомера» стал быстро искать решения по стабилизации финансового положения. В числе первых были реализованы экстренные меры по снижению объемов производства и сокращению всех видов затрат, была заморожена большая часть действующих в компании инвестиционных программ. Почти вдвое был сокращен фонд заработной платы и более чем на треть снижено число сотрудников компании. В дополнение к этому более чем на четверть были сокращены запасы готовой продукции, материалов и незавершенного производства. Почти на 10% удалось снизить закупочные цены на материалы и комплектующие, а эффективное управление финансами обеспечило компании возможность своевременно платить по обязательствам. В целях восстановления объема продаж было принято решение значительно снизить отпускные цены на продукцию. Например, стоимость изделий из сапфира, который выращивает «Энергомера», была снижена почти на 50%.

Но наряду с этими мерами «Энергомера» продолжала выводить на рынок новые продукты — приборы учета электроэнергии, электротехническое оборудование, материалы и компоненты электронной техники. Кроме того, в 2009 году компания завершила формальное «поглощение» — переход подконтрольного ОАО «Пятигорсксельмаш» и всех предприятий группы электронных материалов и компонентов на единую акцию, сделав тем самым еще один шаг в совершенствовании структуры акционерного общества. Все эти меры уже через год сказались сказочным приростом выручки — на 91% (см. график 4).

В условиях постиндустриальной экономики выжившим после кризиса «газелям» и экс-«газелям» становится невыгодно все делать самим. Зачастую они предпочитают не связываться с развитием инновационных продуктов с нуля, а создавать партнерства или делать приобретения с целью получения доступа к технологиям мирового класса. Пример — компания «Интерскол», которая после спада в 2009 году вернулась на «газельные» темпы роста. Два года назад «Интерскол» купил итальянскую фирму Felisatti, мирового лидера в области профессионального инструмента для обработки дерева (этот бренд занимал около 15% рынка в Европе и почти 80% в Израиле и странах Северной Африки). В результате компания получила парк новейшего производственного оборудования, включая единственный в своем роде роботизированный обрабатывающий комплекс; конструкторскую документацию на новые модели деревообрабатывающих машин и патенты на их ключевые узлы. Причем все это оборудование было перевезено в Россию на Быковский электроинструментальный завод. «Интерскол» продолжил также инновационный проект — создание ручного лазерного инструмента. С помощью такого инструмента можно организовать раскрой и первичную обработку деталей из дерева, которые затем обрабатываются на профессиональных деревообрабатывающих станках. На этом поприще, кстати, начались переговоры о сотрудничестве с еще одной замеченной нами «газелью» — НТО «ИРЭ-Полюс», ведущим мировым производителем промышленного лазерного оборудования. Все эти меры инновационного свойства принесли результат — выручка «Интерскола» в 2010 году выросла на 46%.

Любопытна позиция группы «Полипластик». Эта компания производит полиэтиленовые трубы диаметром от 10 мм до 1200 мм для холодного и горячего водоснабжения, канализации, газораспределения и отопления. В состав группы входит 10 заводов по производству труб из полимеров в России, на Украине, в Белоруссии и Казахстане. С одной стороны, компании тоже сопутствует «попутный ветер» смены стандартов строительства в России. Теперь у нас уже допускается производство гибких полимерных теплоизолированных труб для распределительных сетей горячего водоснабжения и отопления, а также незамерзающих водопроводов промышленного назначения. Безусловно, такие трубы должны выдерживать определенные температуру и давление. Но сделать это, не имея новых технологий и компетенций, было бы невозможно. Владельцы группы — выпускники ведущих химических вузов страны — понимают это и развивают собственный научно-технический центр. Тем более что у компании есть второе направление для развития — производство композитов (компаундов). Компания готова предложить к разработке любую рецептуру компаунда, нужную заказчику. Такие заказчики в России есть, и число их будет расти: один из ключевых потребителей компаундов, автопром, развивается за счет локализации производства западных автоконцернов. Скоро речь пойдет о производстве в России автозапчастей из пластика. А у группы «Полипластик» под это уже готовы мощности по поставке сырья и своя рецептура. После кризиса выручка группы снова начала расти (см. график 4).

Ориентация на инновации меняет темпы роста даже у вроде бы не особо венчурных до этого компаний. Специалисты говорят, что даже в отрасли товаров для здоровья и косметики сильные бренды и инновации приносят успех. По словам Эрика Богша, главы фармацевтической корпорации Gedeon Richter, «наиболее выигрышная позиция в секторе производства лекарств-дженериков принадлежит фармацевтическим компаниям, сделавшим все-таки ставку на инновации». Действительно, черта между компаниями, производящими лекарства-дженерики, и компаниями, занимающимися инновационными разработками, становится все более размытой. Все три фармацевтические фирмы, вошедшие в наш новый рейтинг «газелей» («Фирн М», «Биокад» и НПО «Антивирал») в той или иной мере заточены на инновационный рост.

Мы будем ждать эти компании в нашем очередном рейтинге — и не только их, но и экс-«газели», которые вылетели из него после кризиса, но выбрали верный путь. Можно с уверенностью утверждать, что с развитием постиндустриальной экономики дальнейшего динамичного роста бизнеса стоит ожидать лишь у инновационно ориентированных «газелей».