Тихие игры

Станислав Кувалдин
12 сентября 2011, 00:00

Главная интрига выборов пока такова: сколько партий войдет в Думу и получит ли «Единая Россия» конституционное большинство? Тематический ряд выборной борьбы в первую декаду сентября не обозначился. Надо ждать партийных программ

Фото: ИТАР-ТАСС
Борис Грызлов

Старт предвыборной кампании, объявленный Дмитрием Медведевым на встрече с председателями политических партий в сочинской резиденции, официально ввел политическую жизнь страны в режим подготовки к новому избирательному циклу. Этот режим политической жизни предполагает состязание и борьбу. Думская избирательная кампания, проходящая за несколько месяцев до начала выборов президента России, заставляет задуматься над тем, какие «призы» могут быть завоеваны участниками в этом состязании и насколько предсказуемы правила предстоящей игры.

Ответы на эти вопросы не очевидны — многое зависит от того, что мы понимаем под самим словом «политика»: технологическую процедуру, по которой функционируют и взаимодействуют между собой зарегистрированные партии и движения, либо все-таки нечто большее, а именно способ, с помощью которого все силы, представленные в российском обществе, могут отстаивать свои интересы.

Недвижный фронт

Если оценивать усилия, предпринятые партиями за период, непосредственно предшествующий избирательной кампании, следует признать, что «Единая Россия» приложила максимум организационных стараний, чтобы предстать перед избирателем в новом облике — при том что за этим обликом должна стоять не просто политтехнологическая активность, но и определенные структурные изменения.

Создание Объединенного народного фронта и проведение в общенациональном масштабе праймериз по отбору кандидатов в партийные списки «Единой России», возможно, стало наиболее масштабной новацией нынешнего политического сезона. В каком-то смысле именно создание новой, более широкой, политической структуры, связанной с «Единой Россией», и утверждение процедуры отбора кандидатов в партийные списки путем предварительного голосования — наиболее заметный сигнал обществу, что задачи, стоящие перед партией, и способы их решения в 2011 году заметно отличаются от ситуации 2007 года.

Весьма громко объявлено и о разработке программы Общероссийского народного фронта, которая осуществляется Институтом социально-экономических и политических исследований, возглавляемым Николаем Федоровым. Секретарь президиума генсовета «Единой России» Сергей Неверов считает, что эта программа может стать главным преимуществом партии на выборах. Он указывает, что в процессе работы над программой к разработчикам поступило более миллиона предложений от граждан, все они будут учтены.

Что такое учет миллиона предложений с технологической точки зрения, большой вопрос. Даже в случае многомесячной кропотливой работы это во многом остается удобной декларацией. Впрочем, и ставка на эту декларацию — с учетом того, что в программе могут присутствовать конкретные предложения и проекты, — тоже показательна. Для «Единой России» оказывается важным продемонстрировать ведение эффективного диалога с обществом.

Другим доказательством ведения подобного диалога — как с обществом, так и с партийными массами, — должны были стать праймериз. Предварительное голосование, в котором имеют право выдвигаться не только представители «Единой России», но и организации, входящие в ОНФ, их конкуренция на стадии отбора, по идее, должны сделать процедуру отбора кандидатов более прозрачной и обеспечить прилив свежих сил в ряды депутатов, представляющих «Единую Россию». Ра­зумеется, «прилив свежих сил» — задача, которая может быть решена с разной степенью радикализма. Пока, по имеющейся информации, можно говорить, скорее, о заметной контролируемой ротации без каких-либо сенсационных результатов.

Зафиксировать значимые конфликты, столкновения идей и интересов, порожденные именно праймериз и использующие их как инструмент, достаточно сложно. Показательным исключением можно считать ситуацию в Приморском крае, где несколько представителей счетной комиссии заявили о фальсификации итогов предварительного голосования, в результате которых на «проходные» места в списки кандидатов Госдумы попал близкий к губернатору Сергею Дарькину предприниматель Галуст Ахоян. Пострадавшими посчитали себя депутат Государственной думы Руслан Кондратов, выдвинутый Ассоциацией рыбохозяйственных предприятий Приморья, и Виктор Пинский, председатель местного отделения ФНПР, выступавший от краевого отделения «Единой России». Конфликт в Приморье заставил говорить о том, что результаты праймериз в крае могут быть отменены, — иными словами, ситуация могла привести к крайне противоречивому прецеденту. Дополнительную противоречивость ему придавало то, что в случае отмены результатов полномочия по формированию списка кандидатов просто переходят к Генеральному совету «Единой России» — то есть «победа» недовольных не гарантирует им возможности отстоять свои интересы (эта ситуация свидетельствует о том, что пока продуманной во всех деталях процедуры учета результатов праймериз и защиты интереса их участников не существует). Источник, близкий к Руслану Кондратову, в беседе с «Экспертом» сообщил, что на заседании Генсовета ЕР 2 сентября участникам конфликта настойчиво посоветовали не настаивать на отмене результатов, поскольку накануне съезда партии развитие подобного конфликта крайне невыгодно для нее. Однако уже 8 сентября было представлено другое решение. Находящийся в поездке по Приморскому краю Владимир Путин как лидер партии отменил оспариваемые итоги праймериз и предложил согласовать предвыборный список вместе с конфликтующими сторонами.

Почему ситуация с праймериз в Приморье привела к открытому конфликту и почему край оказался единственным, где это случилось, не ясно. Жалобы на фальсификацию результатов появлялись и в других регионах, однако они не доходили до федерального уровня. По мнению того же источника, Ассоциация приморских рыбаков и местное отделение ФНПР обладают собственным влиянием в крае, и если они считают, что их интересы ущемлены, то способны заявить об этом вслух. Из этого следует, что привлечение в ОНФ действительно влиятельных общественных сил может представлять вызов для сложившейся системы отношений в региональной политике.

По мнению политтехнолога Константина Калачева, высказанному им в интервью «Эксперту» во время проведения региональных праймериз, их эффективность могла зависеть от положения «Единой России» в каждом регионе — в тех, где партия власти испытывает трудности, ОНФ должен был постараться максимально корректно провести составление региональных списков и саму процедуру голосования, чтобы выдвинуть действительно популярных кандидатов, связанных с местной политической средой. Там, где необходимость в этом меньше, в частности в регионах, где «Единая Россия» регулярно показывает рекордные результаты, влияние праймериз на внутрипартийную кадровую политику, очевидно, будет меньшим. Калачев, в частности, ожидал весьма ответственных праймериз, например в Тверской области, где результат ЕР на последних региональных выборах был довольно скромным: «Чем выше протестный потенциал в регионе, тем выше шансы у праймериз».

Как бы то ни было, тверские праймериз не привели к появлению в региональном списке «Единой России» каких-то ярких имен. Вадим Соловьев — член фракции КПРФ, представляющий в Госдуме Тверскую область, комментирует это следующим образом: «Среди местных единороссов были действительно популярные люди. Когда начинались праймериз, все думали, что пройдут именно они. В итоге же на первом месте оказался губернатор Андрей Шевелев, на втором — председатель комитета Госдумы по безопасности Александр Васильев, а на третьем — Виктор Абрамов. Васильева в области действительно все знают. Но Шевелев — только что назначенный губернатор, он тут всего два месяца, какая у него может быть популярность? А Абрамова вообще здесь никто не знает. Он заместитель председателя комитета Государственной думы по финансовым рынкам».

Сергей Неверов, оценивая результаты праймериз, полагает, что столь масштабная процедура, проводимая партией и ОНФ по всей стране, выявила определенные «шероховатости», один из примеров которых — ситуация в Приморском крае. Однако, по его мнению, это требует лишь технической работы, а с политической точки зрения предварительное голосование себя оправдало. По его словам, «Единая Россия» на этих выборах ставит своей задачей сохранить нынешнее положение в Думе и будет работать исключительно на этот результат.

Те, кому надоело

Претензии «Единой России» вновь получить в Госдуме конституционное большинство, естественно, ставятся под сомнение представителями всех партий, намеревающихся участвовать в предстоящей кампании. Им они противопоставляют собственные претензии и расчеты. По словам заместителя председателя ЦК КПРФ Ивана Мельникова, коммунисты ставят на этих выборах «сверхзадачу» завоевать в Думе большинство. Впрочем, такая безумная задача ставится просто потому, что «без большой цели нет смысла вступать в борьбу». Кампания КПРФ, по его словам, будет вестись в общенациональном масштабе, однако прежде всего за КПРФ проголосуют «те, кому близки идеалы социализма, и те, кто против монополии одной партии в стране».

Вообще, расчет на тех, «кому надоело», как на одну из главных составляющих своего потенциального электората — своего рода квинтэссенция политической ситуации в стране. Коммунисты, очевидно, рассчитывают на эти голоса, поскольку составляют крупнейшую партию после «Единой России» и вообще намерены продемонстрировать основательность и надежность в повседневной технологической работе. Тот же Иван Мельников рассчитывает задействовать в контроле за процедурой выборов до пятисот тысяч человек, полагаясь на помощь партийных активистов, а также молодежи и студентов. «Атмосфера кампании изменилась. Это затрудняет фальсификацию. Мы учимся от выборов к выборам, учли многие моменты и рассчитываем на то, что на этот раз сумеем пресечь многие нарушения». Иными словами, КПРФ делает ставку на повседневную технологическую предвыборную работу на местах и на усталость части избирателей от «Единой России».

Едва ли такую позицию можно считать коньком КПРФ. Похожий расчет с определенной корректировкой, судя по ряду высказываний, строят и в «Правом деле». «Ребрендинг» партии с приходом туда Михаила Прохорова должен показать, что «Правое дело» — новая сила, отличающаяся от остальных партий, прежде всего от «Единой России». Известный политик и общественный деятель Самарской области Сергей Андреев, недавно покинувший пост областного министра лесного хозяйства и объявивший о намерении возглавить областной список кандидатов «Правого дела» на выборах в Думу и Законодательное собрание, считает, что партия может набрать 15% голосов на предстоящих парламентских выборах. Уверенность в этом ему дает «рост числа избирателей, которые хотят принимать решения, и стагнация остальных политических сил». Андреев считает, что «Правое дело» способно вывести избирателя из состояния апатии, «убедив его в том, что перемены возможны». Сергей Андреев — политик, прошедший путь самостоятельного ведения кампании против кандидата «Единой России» на выборах мэра Тольятти в 2008 году и вообще долгое время строивший свою репутацию на противостоянии местному истеблишменту. В чем-то похожую репутацию имеет и Константин Дорошок — один из главных организаторов протестных митингов в Калининграде в 2009–2010 годах, лидер местного движения «Справедливость», с 2011 года — депутат областной думы. В начале сентября Дорошок вступил в «Правое дело» и почти наверняка возглавит его региональное отделение. По его словам, предложения о вступлении в различные партии ему делались и раньше, однако до появления «Правого дела» в нынешнем виде он не видел партии, которая соответствовала бы его представлениям о политике. Теперь же «у противников “Единой России” появилась новая площадка для того, чтобы донести свои взгляды и идеи до избирателя, и этим моментом надо воспользоваться». «У “Правого дела” сейчас нет никакого антирейтинга, ее лидер энергичен, есть надежда, что этот проект не породит очередную спящую структуру. Я надеюсь на это, а если придется разочароваться — что ж, буду искать новые пути», — говорит Константин Дорошок. Таким образом, новизна оказывается одним из главных ресурсов партии — это должно обеспечить доверие к ней, и в том числе к ее идеям и предложениям. Еще один яркий гражданский активист, сделавший выбор в пользу партии Прохорова, — глава екатеринбургского фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман объясняет свой выбор тем, что это «партия людей, реально делающих свое дело».

В недавно представленном проекте теневого правительства «Правого дела» должность министра энергетики отведена президенту компании «Комплексные энергетические системы» Михаилу Слободину. По его словам, он принял предложение Прохорова, потому что ему надоела нынешняя ситуация в экономике страны и невозможность повлиять на нее путем переговоров представителей бизнеса с существующей властью: «В политике я не вижу никого, кроме Прохорова, с кем у нас общие взгляды на логику преобразований, и готов выступить с конкретными предложениями. Я вижу, куда все движется в той же энергетике и жилищно-коммунальном хозяйстве, мне это крайне не нравится. Мы знаем, как это исправить, как сделать лучше в этой весьма непростой сфере, и будем с этим выступать».

Впрочем, за словами о «реальном деле» и «новой силе» вопрос о конкретных предложениях, как правило, теряется. Один из «внутренних оппозиционеров», глава «Деловой России» и бывший сопредседатель партии «Правое дело» Борис Титов (он остался рядовым членом партии) полагает, что в нынешнем виде «Правое дело» превращается лишь в политтехнологический проект, где важно любой ценой получить голоса избирателя, не задумываясь о собственной идеологии. Роль представителя интересов бизнеса, каковой когда-то видел партию сам Титов, теперь ей сыграть не удастся. Он с уважением относится к некоторым людям, включившимся в кампанию, в частности к Михаилу Слободину, но в целом смотрит на затею с теневым правительством как на политтехнологический трюк: «Во-первых, что это такое — некоторые члены кабинета? Правительство в нормальном виде не представлено. Во-вторых, некоторые кандидатуры, например совладельца сети аптек 36,6 Артема Бектемирова на роль министра здравоохранения, ничего, кроме желания пожать плечами, не вызывают». По мнению Титова, партия может пройти в Думу, и он желает Прохорову успеха, однако не представляет, сможет ли потом «Правое дело», вобравшее в свои ряды активистов самых разных убеждений и борющееся за голоса любой ценой, стать силой, четко заявляющей и отстаивающей интересы предпринимательского сообщества.

«Справедливая Россия», по словам заместителя руководителя фракции СР в Государственной думе Оксаны Дмитриевой, надеется получить от 10 до 15% голосов российских избирателей. При этом особые надежды партия возлагает на Санкт-Петербург, где, как утверждает Дмитриева, у «Справедливой России» есть шанс занять первое место

Заместитель руководителя фракции ЛДПР в Госдуме Максим Рохмистров заявляет о намерении своей партии собрать на грядущих выборах 25–35% голосов. Помимо стандартных для всех участников предвыборной гонки заявлений о борьбе с коррупцией, реформе армии и образования, о повышении зарплат и увеличении бюджета на социальные расходы, предвыборная программа ЛДПР пополнилась обещаниями о возрождении российской деревни: «Надо защитить своего сельского работника — крестьянский двор, фермера, коллективное хозяйство». Помимо этого, члены партии провели накануне выборов несколько мероприятий, непосредственно связанных с бытовыми проблемами жителей крупных городов: пикет против «мигалок» и повышения цен на бензин, митинг в защиту российских туристов, акцию против застройки музея-усадьбы «Архангельское». Пока говорить об особых находках партии в предвыборной кампании (помимо ориентации на сельского избирателя) не приходится. В любом случае кампания ЛДПР — наиболее яркое воплощение примата политических технологий над идеями в борьбе за голоса избирателя.

Расчет на тех, «кому надоело», как на одну из главных составляющих своего потенциального электората — своего рода квинтэссенция политической ситуации в стране

Отеческие напутствия

Встречаясь с представителями политических партий перед объявлением о старте избирательной кампании, Дмитрий Медведев решил выступить с двумя напутствиями и объяснить, что, с его точки зрения, является неприемлемым в предстоящей предвыборной гонке. Это «бездоказательные обвинения в фальсификациях, которые довольно часто звучат со стороны тех, кто проиграл» (разумеется, президент сказал и о недопустимости фальсификаций); также Медведев заявил о категорическом запрете на «попытки разжигания межнациональной, межэтнической розни» — причем специально обратил внимание участников встречи, что любые попытки такого рода будут пресекаться и наказываться. Слова президента, в свою очередь, заставляют думать о том, что вопросов национализма и фальсификации выборов в ходе этой предвыборной кампании избежать будет трудно.

Партией, открыто сделавшей шаг навстречу националистическим движениям, стала ЛДПР. По мнению известного националистического публициста Константина Крылова, партия Жириновского, известная своей риторикой о необходимости защиты русского населения, сумела завоевать симпатии «правых», проведя несколько акций, таких как «День русского патриота», и выразив поддержку движению «Русская правозащита». По словам Крылова, если ЛДПР не откажется после выборов от этих начинаний, то может сохранить за собой в качестве избирателей значительную часть националистов.

Впрочем, в той или иной степени играть на национальных чувствах будет, видимо, не только ЛДПР. По словам Евгения Ройзмана, представляющего «Правое дело», несмотря на то что партия в рамках текущей избирательной кампании не будет искать поддержки среди соответствующих организаций, при «работе на земле» национальный вопрос должен тщательно прорабатываться. Ожидать других слов от главы «Города без наркотиков» было трудно. Хотя прямо выступивший в поддержку националистов глава подмосковного отделения «Правого дела» Борис Надеждин был впоследствии одернут сторонниками партии и самим Прохоровым, отказа от работы с националистическим избирателем, видимо, не произойдет. Впрочем, если в партийных документах КПРФ теперь можно прочитать о «национально-освободительной борьбе русского народа», а возвращающийся в большую политику Дмитрий Рогозин выступает на Ярославском форуме с речью об угнетении кавказцами русских, прочное встраивание вопросов национализма в повестку дня приходится признать состоявшимся.

Что касается возможных фальсификаций и борьбы с ними, то о решимости сосредоточить на этом направлении максимально доступные ресурсы заявили многие партии.

Особо намерена стараться КПРФ. В планах с пятьюстами тысячами наблюдателей по всей стране (даже если реальная цифра будет отличаться от заявленной) есть что-то отдающее стратегическими операциями. КПРФ, судя по всему, хочет продемонстрировать свою эффективность как политического игрока именно способностью «следить за руками» в общенациональном масштабе. Вадим Соловьев — один из ответственных за подготовку системы контроля за выборами — довольно четко излагает свои представления о том, где могут происходить фальсификации и что можно этому противопоставить: «В первую очередь будут играть на селах и отдаленных поселках. К сожалению, даже у КПРФ нет партийных организаций в части населенных пунктов, особенно за Уралом, где они разбросаны на огромной территории. Как правило, эти участки остаются вообще без наблюдателей. Поэтому там можно делать все что хочешь, и все что можешь. Потом открепительные удостоверения — карусели. Можно запустить все организованные группы населения — я имею в виду студентов, армию, МЧС, пожарников, лесников и так далее, работников жэков — все могут брать эти открепительные удостоверения и голосовать по всей России. Потом голосования на вокзалах, в аэропортах — это абсолютно неконтролируемая ситуация. Еще есть тюрьмы, больницы, армейские подразделения, какие-то санатории для престарелых и так далее — то есть масса таких возможностей, где можно рисовать сто процентов за “Единую Россию”. И доказать будет чрезвычайно тяжело».

Вадим Соловьев утверждает, что усилия наблюдателей позволяют устранить примерно половину нарушений, с остальными же приходится мириться. Он считает, что в предстоящей кампании попытки фальсификаций будут неизбежны: «С этим же напрямую связано положение губернатора: если губернатор не обеспечивает проценты, его отправляют в отставку. В Твери недавно был самый яркий пример — когда губернатор не смог обеспечить 52 процента, сразу его уволили без всяких вопросов. Что бы президент наш ни говорил по поводу необходимости честных выборов и так далее, но если губернатор знает, что от этого зависит его карьера, то он сделает все, чтобы обеспечить эти проценты».

Впрочем, для партии, делающей заявку на лидерство, ставка на «ловлю за руку» нынешнего лидера — очень слабый ход. Кроме того, сама идея дискредитации выборов во что бы то ни стало плохо характеризует любого политического игрока.

На вопрос о том, какую конечную практическую задачу они хотят выполнить процедурой контроля за выборами, Вадим Соловьев ответил: «Мы сориентировали руководителей юридических служб очень жестко фиксировать все нарушения с тем, чтобы идти в Европейский суд. Сначала в наш суд Верховный, ну, на Верховный суд у меня надежды практически никакой». В настоящее время в Страсбурге рассматривается жалоба КПРФ и партии «Яблоко», поданная в 2005 году против нарушений на выборах в Госдуму 2003 года. С решением по этому вопросу Соловьев связывает определенные ожидания: «Я надеюсь, что Европейский суд выскажется по конкретным нарушениям и предупредит Россию, что она не должна отходить от европейской практики проведения выборов. Если это замечание выскажут в жесткой форме и если мы подадим жалобы на новые нарушения, будет большой скандал. Такой скандал, который похлеще любого юридического решения».

Иными словами, действительно большие усилия, которые предпринимает КПРФ для наблюдения за выборами, имеют своей кульминацией жалобу в Европейский суд, которая, в свою очередь, имеет своим следствием «скандал». То есть участие в выборах заранее ведется с фигой в кармане. Трудно сказать, какой смысл при таком подходе вкладывают коммунисты во внутриполитическую борьбу и какие основания видят для участия в выборах. И насколько это в конечном итоге отличается от отказа участвовать в выборах вообще.

Перемены без перемен

По прогнозам генерального директора ВЦИОМ Валерия Федорова, нас ожидает по-своему интересная предвыборная кампания. Связано это будет с тем, сколько партий пройдет в Думу нового созыва, ведь как минимум у двух из них — «Справедливой России» и «Правого дела» — позиции на момент старта кампании крайне неустойчивы. Впрочем, интересной, по словам Федорова, кампания будет с точки зрения исследователя-социолога. А то, как будет выглядеть предвыборная борьба и как разрешатся имеющиеся интриги, для избирателя, скорее всего, никакого захватывающего зрелища не обещает.

В этом, возможно, и состоит суть предвыборного вопроса в России. Интересное зрелище могла бы обеспечить борьба идей или постулирование интересов конкретных сил, присутствующих в российском обществе. Однако вместо этого мы видим «учет миллиона мнений», производимый «Единой Россией», и ту или иную форму расчета на то, что «избирателю надоело», со стороны других участников предвыборной борьбы. «Правое дело», которое лишь слегка выбивается из этой парадигмы и пытается включить в свою обойму в центре и регионах яркие лица, обладающие публичной репутацией, представляет лишь более отточенную с политтехнологической точки зрения стратегию игры на эмоции «надоело». Показать себя как «партию людей, делающих реальное дело» или убедить избирателя, что «перемены возможны», — значит всего лишь выступать за все хорошее против всего плохого: это может сработать, но непонятно, какие качественные изменения это принесет в политику. В конце концов, «Единая Россия» долгое время представляла себя как «партия реальных дел».

Тем не менее изменения действительно возможны: Дума, где у партии власти есть конституционное большинство, и Дума, где его нет, — это все-таки разные Думы. Последние опросы ВЦИОМ показывают, что «Единая Россия» не набирает конституционного большинства. Если в новом парламенте его не будет, это приведет к разного рода технологическим изменениям — придется договариваться с другими силами и иначе обеспечивать прохождение того или иного закона. Однако откроет ли это путь в парламент новым силам, обеспечит ли представительство тех общественных групп, которые чувствуют, что их интересы сейчас во власти не представлены, — пока неизвестно.

В подготовке материала принимал участие Рубен Гарсия