Кому и как продать

Александр Кокшаров
10 июня 2013, 00:00

Британское правительство активно обсуждает разные варианты реприватизации двух частично национализированных в разгар кризиса банков. Однако, судя по всему, получить обратно в бюджет потраченные на их спасение средства быстро не получится

Фото: EPA
По мнению британского парламента, Royal Bank of Scotland должен быть разделен на «хороший банк» и «плохой банк», однако этому препятствует то, что правительству принадлежит лишь 82% акций

Royal Bank of Scotland (RBS) должен быть разделен на «хороший банк» и «плохой банк» — в последний попадут миллиарды фунтов рискованных и проблемных кредитов. Такое предложение содержится в последнем отчете комиссии по банковским стандартам британского парламента, опубликованном в начале июня. Этот так называемый ядерный вариант разделения контролируемого с 2008 года британским правительством RBS активно предлагается двумя членами комиссии — бывшим министром финансов Найджелом Лосоном и нынешним главой англиканской церкви, архиепископом Кентерберийским Джастином Уэлби. Сторонники разделения банка полагают, что это приведет к ускоренной приватизации. А также заставит «хороший банк» активнее кредитовать британский малый бизнес, который до сих пор испытывает недостаток в заемных средствах.

Однако британское правительство выступило против рекомендаций комиссии. Потому что реализация этого плана раздела банка потребует ускоренно завершить национализацию RBS — у правительства с осени 2008 года находится 82% акций. Нынешний министр финансов Джордж Осборн заявил, что для выкупа оставшихся негосударственными 18% акций потребуется от 12 до 15 млрд долларов — и около трех лет. Понятно, это замедлит процесс возвращения в частные руки RBS. Причем не только его, но и другого крупного британского банка — Lloyds Banking Group (LBG), в котором доля правительства сегодня составляет 40% (в разгар кризиса она доходила до 46%).

Напомним, что осенью 2008 года правительство Британии приняло решение спасти два из пяти крупнейших банков страны, выделив им десятки миллиардов долларов для рекапитализации балансов. В обмен правительство получило их акции, став владельцем 40% рынка банковских услуг страны. Решение предлагалось в качестве временного. По мере улучшения ситуации в банках правительство собиралось избавиться от пакетов их акций: во-первых, чтобы вернуть банковский рынок полностью в частные руки, во-вторых, чтобы получить средства для сокращения госдолга, который на конец 2012 года составил 89% ВВП. Однако, несмотря на все попытки, властям пока так и не удалось разработать устраивающую все заинтересованные стороны эффективную схему реприватизации.

Общие надежды

До выхода отчета парламентской комиссии настроения в обоих банках были довольно оптимистичными. Во-первых, их акции за последний год подорожали довольно существенно, даже несмотря на некоторое снижение в марте из-за кипрских проблем в еврозоне (акции RBS подорожали за последний год на 12%, а цена акций LBG почти удвоилась с весны 2012 года).

Во-вторых, руководство банков активно говорит о перспективах реприватизации. «Время приватизации подходит», — еще в марте заявил Стивен Хестер, глава Royal Bank of Scotland, представляя годовые результаты банка. Его коллега в Lloyds Banking Group Антонио Орта-Осорио заявил следующее: «Я уверен, что мы вернем деньги налогоплательщиков обратно в бюджет».

В случае с LBG даже появилась ясность с минимальной ценой акций, которая будет рассматриваться в качестве возможной цены продажи — 0,94 доллара за бумагу. Это средняя цена, которая отражена в финансовой отчетности британского правительства, она стала известна, после того как были обнародованы условия вознаграждения президента банка Орта-Осорио. По этой цене правительство должно продавать акции банка, прежде чем президент LBG сможет получить бонус за 2012 год. По состоянию на 6 июня 2013 года цена бумаг LBG вплотную приблизилась к этому уровню, достигнув отметки 0,93 доллара за акцию.

В качестве другого критического рубежа для начала продажи бумаг правительства часто называют отметку 1,13 доллара за акцию — цену, по которой правительство приобретало ценные бумаги банка осенью 2008 года. Правда, продажа должна состояться лишь после того, как акции будут торговаться на этом уровне или выше в течение 30 дней подряд.

Продать или раздать?

В Лондоне называют несколько сценариев, которые могут использоваться для возвращения бумаг Royal Bank of Scotland и Lloyds Banking Group в частные руки.

Один из них — предоставление гражданам так называемых бесплатных акций. Логика в таком варианте проста: раз налогоплательщики спасли банки в разгар кризиса, то они должны получить выгоду от возвращения фининститутов в частное владение.

Консалтинговая компания Portman Capital предложила подробную схему такого варианта: любой из 40–45 млн британцев, имеющих номер социального страхования (который используется для выплаты налогов и получения социальных пособий), сможет зарегистрироваться для приобретения акций по установленной цене. Бумаги будут переданы гражданам бесплатно, но после продажи их на рынке в будущем эту установленную цену получит минфин (таким образом вернув средства, потраченные на спасение банков в кризис), а все доходы свыше — ставшие инвесторами граждане. Предложение поддержал целый ряд политиков, включая членов британского парламента. Так, предисловие к отчету Portman Capital по данному вопросу написал Мэтью Хэнкок, бывший коллега по минфину министра Осборна.

«Время приватизации подходит», — еще в марте заявил Стивен Хестер, глава Royal Bank of Scotland, представляя годовые результаты банка 043_expert_23.jpg Фото: ИТАР-ТАСС
«Время приватизации подходит», — еще в марте заявил Стивен Хестер, глава Royal Bank of Scotland, представляя годовые результаты банка
Фото: ИТАР-ТАСС

Вторым вариантом может стать размещение акций среди институциональных инвесторов — довольно распространенная практика при IPO крупных компаний на фондовом рынке.

Кроме того, может быть рассмотрен вариант продажи акций банков инвесторам в розницу — во многом повторяющий опыт британских приватизаций 1980-х, в эпоху премьера-тори Маргарет Тэтчер.

Пока же идея распространения акций среди населения приобретает все большую популярность. Если в 2011 году, когда она была впервые озвучена либерал-демократами (входят в коалиционное правительство в качестве младшего партнера консерваторов), в минфине ее быстро отвергли, то сейчас настроения меняются. Так, когда в апреле 2013 года этот вариант вновь упомянул либерал-демократ Винс Кейбл, министр бизнеса в правительстве Британии, команда Осборна решила не отвергать предложение.

«Проведение масштабной приватизации в стиле 1980-х годов с продажей акций миллионам простых британцев или бесплатная раздача акций гражданам имеют серьезное политическое значение. Так, если раздать акции, то это нейтрализует любые споры по поводу минимальной цены размещения бумаг и ликвидирует неуверенность по поводу оставшихся акций», — рассказала «Эксперту» Вики Редвуд, экономист консалтинговой компании Capital Economics.

Но у таких вариантов есть и очевидные недостатки. Инвесторы уже высказали опасения по поводу того, что структура владения банками окажется крайне размытой — ведь появятся десятки миллионов новых акционеров. Кроме того, возникает вопрос времени проведения такой приватизации. «Если акции будут раздаваться гражданам накануне парламентских выборов 2015 года, это будет восприниматься как попытка подкупить население. И может вызвать разбирательство финансовых регуляторов против действий правительства», — полагает Нил Протеро, экономист исследовательского центра Economist Intelligence Unit.

Еще один вопрос — скорость, с которой властям имеет смысл распродавать свои акции. Бумаги покупались правительством не единовременно, поэтому цена акций, при которой имеет смысл проводить распродажу, варьируется в диапазоне 15%. «Чем медленнее правительство будет распродавать акции, тем потенциально больше оно сможет получить на распродаже», — считает Вики Редвуд.

Доделать «домашнюю работу»

Впрочем, для успешной реприватизации есть немало преград. Так, репутация и RBS, и LBG во время кризиса изрядно пострадала. Компании столкнулись с дополнительными убытками в связи с расследованием дела о навязанных потребителям финансовых продуктах. Так, британский регулятор постановил, что Lloyds должен вернуть своим клиентам почти 10 млрд долларов страховки платежей по кредитным картам и ипотекам, которая была навязана им в докризисные годы.

RBS столкнулся с несколькими серьезными проблемами в своих информационных системах (в прошлом году доходило даже до невозможности обслуживать банковские карты клиентов в течение нескольких дней). Банк также заплатил 600 млн долларов штрафов за манипулирование на рынке LIBOR, а сейчас получил судебный иск группы акционеров за ошибки при выпуске новых акций в 2008 году.

Кроме того, оба банка еще не завершили программы реструктуризации. Так, Lloyds Banking Group примерно наполовину выполнила программу сокращения расходов, объявленную после прихода в банк Орта-Осорио в 2011 году. Оба банка избавляются от непрофильных активов. RBS, например, вышел из значительного числа проектов и активов в тех сферах, где он не является ключевым игроком на рынке (так, было серьезно сокращено инвестбанковское подразделение). Но в банке ждут более значительных перемен — в частности, возможную продажу подразделения в США.

Претензии к обоим кредитным учреждениям есть и у Банка Англии, который считает, что всем британским банкам не хватает собственных капиталов примерно на 38 млрд долларов. Центробанк ожидает, что и RBS, и LBG выправят ситуацию с обеспечением капитала к концу 2013 года, ведь на них приходится 30 млрд долларов из этой суммы.

Оба фининститута также не смогли избавиться от сотен розничных филиалов, которые они должны продать по решению антимонопольных органов в Брюсселе. Еврокомиссия считает, что получившие государственную помощь банки обязаны сократить свое присутствие на розничном рынке, чтобы улучшить ситуацию с конкуренцией. Так, Lloyds заключил соглашение с Co-operative Bank о продаже 600 филиалов. Но у покупателя может не оказаться средств на приобретение всех шести сотен. Сделка RBS о продаже почти 300 филиалов испанскому банку Santander провалилась в конце 2012 года. Сейчас в банке ищут альтернативные варианты продажи, однако на это потребуется время.

Банк Англии считает, что британским банкам не хватает собственных капиталов — примерно на 38 млрд долларов. На долю RBS и LBG из этой суммы приходится около 30 млрд 046_expert_23_1.jpg Фото: Reuters
Банк Англии считает, что британским банкам не хватает собственных капиталов — примерно на 38 млрд долларов. На долю RBS и LBG из этой суммы приходится около 30 млрд
Фото: Reuters

Уроки шведского. И корейского

Для грядущей приватизации в Лондоне пытаются использовать и иностранный опыт. В частности, то, как свои банки реприватизировала Швеция в начале 1990-х, после банковского кризиса. Тогда в этой стране были национализированы два банка — частный Gota Bank и Nordbanken (который частично принадлежал правительству, а в 2001 году сменил название на Nordea). Остальные проблемные фининституты справились сами, проведя рекапитализацию за счет средств акционеров — как в Британии во время финансового кризиса 2008–2009 годов сделал Barclays.

Затем шведские власти выделили из банков проблемные активы, а «хорошие части» Gota и Nordbanken были слиты в единую структуру в 1993 году. Уже в 1995-м было проведено первичное размещение акций, на котором были проданы 30% бумаг новой группы. Таким образом, на возвращение банка на рынок частного капитала потребовалось всего четыре года после кризиса.

С тех пор правительство Швеции постепенно продавало пакеты в Nordea (последней была продажа 6% акций в 2011 году), но и сегодня оно держит пакет в 13,5%. «Раннее начало реприватизации в сочетании с разработкой долгосрочной стратегии позволили правительству воспользоваться пиками на фондовом рынке и вернуть потраченные на спасение банков средства налогоплательщиков», — утверждает Брайан Каплен, редактор журнала The Banker.

Другой пример: Южная Корея, также национализировавшая свои банки во время кризиса 1997–1998 годов, вернула их в частные руки через череду скандалов. Так, несколько проблемных кредитных учреждений были объединены в Woori Financial Group, но три попытки продать 57-процентный пакет так и не удались.

Иностранных инвесторов отпугнул опыт американской финансовой группы Lone Star, которая в 2003 году приобрела пакет акций в Korea Exchange Bank: когда позже американцы решили продать этот пакет с прибылью, они столкнулись с политическими проблемами. В итоге им удалось избавиться от инвестиций лишь в 2010 году, продав акции корейскому Hana Bank, но из-за затянувшегося процесса было потеряно слишком много денег. Британский банк Standard Chartered в 2005 году приобрел Korea First Bank, но в 2011-м инвестор столкнулся с длительной забастовкой против введения основанной на результатах оплаты труда.

«Учитывая высокую степень антагонизма по отношению к банкам в Британии, правительство может ожидать серьезных задержек в поиске стратегического инвестора частично национализированных банков. Поэтому логичнее продавать акции порциями, по шведской модели, а не искать крупного покупателя, как в Южной Корее», — полагает Брайан Каплен.

Похоже, это понимают и в британском правительстве. Министр бизнеса Винс Кейбл заявил, что «оптимальным сроком продажи национализированных и частично национализированных активов является период ближе к десяти годам». Во многом это связано со слабостью британской экономики, которая не растет, несмотря на активную программу по сокращению госрасходов. В этих условиях все британские банки (а не только RBS и LBG) сталкиваются с медленным увеличением доходов. Поэтому, похоже, распродажа частично национализированных фининститутов будет затягиваться. Как результат, британский бюджет еще не скоро увидит потраченные на спасение банков в 2008 году деньги.

Лондон