Крещенская оттепель 1944-го

На улице Правды
Москва, 27.01.2014
«Эксперт» №5 (884)

Обыкновенно Крещение знаменуется лютыми морозами, на сажень промораживающими землю. Зима в северной столице вообще сурова, блокадные же зимы, когда человек лишен и домашнего укрытия — в нетопленых домах стоял такой же пронизывающий холод, как и на улице, — делали Ленинград ледяным адом. Но в январе 1944-го погода явила все свое своенравие. Вслед за оттепелью установилась совершенно весенняя погода, совпавшая с решительным наступлением Ленинградского фронта, отбрасывающим немца со всего Северо-Запада. Причуды погоды были не вполне кстати: оттепель, граничащая с распутицей, не лучшее время для наступления, более надежным союзником Красной Армии по старинке считался генерал Мороз, но наступление было не удержать, и в аномальной январской оттепели настало 27 января — день, когда в честь окончательного снятия блокады город салютовал двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из трехсот двадцати четырех орудий.

Как писал очевидец, «...не знаю, как описать и с чем сравнить мгновенье, когда на углу Ковенского и Знаменской толпа женщин — не одна, не две, а целая толпа женщин — навзрыд зарыдала… Город буквально на глазах оживал. Людям казалось, что вообще кончилась война. Дни стояли совсем весенние, первомайские. И люди ходили в пальто нараспашку по солнечной, “обстреливаемой” стороне и не верили: неужели можно действительно спокойно ходить, неужели ни один снаряд не упадет и не разорвется теперь ни у подъезда Пассажа, ни в Доме кино, ни в Елисеевском магазине, ни в кинотеатре “Аврора”, ни на Аничковом мосту?!»

Ту январскую оттепель 1944-го, предвосхитившую своей пасхальной радостью 9 мая 1945-го, легче понять, если вспомнить, что ленинградская блокада — это не только смертный голод. С каким-то налаживанием продовольственного снабжения и тем более с частичным деблокированием города в январе 1943-го все-таки отошли в прошлое самые черные месяцы зимы 1941–1942 гг., когда от голода в месяц умирали по двести тысяч человек. Да и то: блокадника узнавали даже не через годы, а через десятки лет — по особенному отношению к хлебу.

Была и другая жатва смерти: с 4 сентября 1941 г. по 22 января 1944 г. — 870 дней — город подвергался методическим артиллерийским обстрелам. «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна». То ослабляясь, то учащаясь — в 1943 г. артиллерийская бомбардировка города даже усилилась, самый тяжелый артналет датируется июлем 1943 г. — эта молотилка не прекращалась все время блокады, и жители города уже приобрели навык (хоть и не дай бог каким-либо горожанам его приобретать) по звуку летящего снаряда определять — «наш» или «не наш». Навык, которым прежде владели лишь бывалые фронтовики.

872-дневная блокада — длительностью более чем в половину всей войны — в рамках одного города повторила страшную драматургию всего советско-германского театра военных действий. Сперва германский блицкриг, затем долгое — нестерпимо долгое и давшееся нестерпимо огромной ценой — разжимание смертного захвата.

Осенью 1941 г. — как если бы не хватало катастр

У партнеров

    «Эксперт»
    №5 (884) 27 января 2014
    Беспорядки на Украине
    Содержание:
    Доигрались

    Национальное строительство на Украине провалилось. Страна на грани гражданской войны

    Международный бизнес
    Потребление
    Реклама