По пути к программному суверенитету

Николай Ульянов
заместитель главного редактора, редактор отдела промышленности журнала «Эксперт»
29 марта 2021, 00:00
№14

Процесс распространения российского программного обеспечения сопровождается поддержкой со стороны государства. Участники рынка считают, что протекционизм в этой области вполне уместен

НИКИТА ПОПОВ/RBC/TASS
Предустановка российских приложений увеличивает число их пользователей

С 1 апреля этого года на смартфоны, планшеты, персональные компьютеры, телевизоры с функцией Smart TV устанавливается ряд приложений российского происхождения.

Больше всего российским ПО «нагрузят» смартфоны и планшеты — 16 программ, и большинство из них — это продукты от «Яндекса»: браузер, поисковая система, облачное хранилище данных, навигация, — а также от Mail.ru: почтовый агент и новостной агрегатор, социальные сети «Одноклассники» и «ВКонтакте», мессенджер ICQ и ряд других. Кроме того, от «Лаборатории Касперского» — антивирус, от Национальной системы платежных карт — платежная система MirPay (карта «Мир»), от Российской Федерации — «Госуслуги». В мобильные устройства и в ПК будет также устанавливаться офисный пакет программ «МойОфис.Документы». Smart TV снабжаются поиском от «Яндекса» и приложениями для просмотра видеоконтента.

Это еще один шаг в сторону создания полноценной ИТ-отрасли в стране, позволяющей если не полностью, то как минимум на критических направлениях закрыть свои потребности собственными продуктами.

Программное обеспечение — это та сфера в ИТ, где у России вполне крепкие позиции. В части аппаратного обеспечения и на уровне производства элементно-компонентной базы (ЭКБ) дела обстоят не столь хорошо. Здесь и вовсе необходимо начинать с самого начала технологической цепочки — электронного машиностроения, создания средств производства для создания ЭКБ (см. «Догоняя уходящий поезд», «Эксперт» № 39 за 2020 год). Впрочем, принятая в прошлом году Стратегия развития электронной промышленности до 2030 года все это предполагает, а планируемые для реализации стратегии инвестиции исчисляются сотнями миллиардов рублей.

Бремя выбора

Практически все опрошенные нами эксперты считают, что решение о предустановке на продаваемые в России электронные устройства российских же программ — правильное.

По сути, российские приложения «вклинились» в уже практически сформированные вокруг Apple, Google и Facebook экосистемы.

«Пользователь привязывается к экосистеме, и выйти из нее ему сложно, возникает монополия. И действия правительства направлены на то, чтобы монополия, которая уже возникла, не “‎закрылась”‎, потому что сейчас она уже близка к этому», — говорит генеральный директор компании Reg.ru Алексей Королюк. Эти экосистемы уже «наполнены» рабочими приложениями, и пользователей вполне удовлетворяют уже предложенные системой решением, им не надо специально искать и устанавливать другой продукт. «Конкурентоспособность определяется не столько выбором пользователя, сколько доступностью этого выбора, — объясняет г-н Королюк. — Если что-то уже установлено в телефоне, то достаточно нажать одну кнопку — это существенно улучшает конверсию перехода в это приложение. А если приходится совершать несколько действий (устанавливать приложение, а самое главное — выбирать его среди прочих), то, естественно, конверсия ломается».

Впрочем, генеральный директор ИТ-компании Omega Алексей Рыбаков видит в этом решении и некоторый негативный сценарий для пользователей, поскольку «если раньше российские ИТ-гиганты включались в экономическую борьбу за попадание в предустановку ПО в смартфоны, платили за это производителям смартфонов и тем самым снижали цену смартфона для покупателей, то теперь право на предустановку они получили просто так, без обязательной включенности в бизнес-цепочки».

Участники рынка считают, что список предустанавливаемых программных продуктов от российских производителей будет расширяться. В том числе потому, что в этом есть прямая заинтересованность государства. Как отмечает Анатолий Набока, управляющий партнер ИТ-компании WIAT, «в настоящее время предустанавливаемое на персональные устройства ПО, собирающее информацию о поведении владельца гаджета, принадлежит иностранным компаниям более чем полностью, а установка на гаджеты российского ПО призвана снизить или даже устранить отток информации о “цифровом следе” граждан в иностранные юрисдикции».

Как считает представитель компании-разработчика офисного ПО «МойОфис» Петр Щеглов, в последнее время иностранное программное обеспечение все чаще становится «проводником» санкционного давления, и никто не может дать гарантий безотказной работы тех или иных программных решений. В связи с этим России не остается иного выбора, кроме как сосредоточиться на развитии собственного ПО. При этом оно не должно быть предназначено исключительно для внутрироссийского использования. Уже сейчас российские продукты активно используются за рубежом и находят свою нишу на новых рынках. «Российские решения довольно популярны в Африке, — рассказывает Петр Щеглов. — Сейчас там настоящий технологический и демографический бум: количество пользователей интернета в ближайшие годы вырастет в несколько раз, как и количество пользователей смартфонов. К слову, “МойОфис” стал первым российским офисным решением, вышедшим на рынок континента, у нас есть соглашения с правительствами Бурунди и Демократической Республики Конго, а также договоренности о поставке миллиона образовательных лицензий “МойОфис” в учебные заведения Республики Камерун в течение десяти лет».

На разных осях

В процессе формирования списка предустанавливаемого ПО рассматривалась возможность включения в него и российской операционной системы (ОС). Но пока от этого было решено отказаться.

В случае с мобильными устройствами, где наиболее распространенные системы — Android и iOS, массовый переход на российскую ОС вряд ли возможен в обозримом будущем. Ускорить этот процесс могло бы массовое производство мобильных устройств — смартфонов и планшетов — российского производства, которого пока нет.

Что касается самой операционной системы для таких устройств, то, как напоминает глава компании «Интериум» Валерий Сидоренко, единственная российская ОС здесь — «Аврора», которая является продолжением финской Sailfish OS и предназначена для корпоративного использования. Ее активно внедряют в государственных ведомствах, но широкому кругу пользователей она неизвестна.

У операционной системы для персональных компьютеров, где сейчас фактически монополия у Windows, возможностей встать на предустановку больше — российские операционные системы есть. Наиболее известные — «Альт Линукс» и «Астра Линукс», сделанные на базе ядра операционной системы Linux. Эти ОС активно устанавливаются на ПК, используемые в государственном секторе.

Так что не исключено, что в обозримом будущем российские ОС тоже смогут попасть в список программ, обязательных к предустановке на все продаваемые в стране персональные компьютеры. Или, по крайней мере, пользователю будет предоставляться выбор между российской и зарубежной системой.

Как считает глава ГК ИВК Григорий Сизоненко, устанавливая российские программы на персональные компьютеры, работающие под операционной системой Windows, «мы создаем иллюзию технологической независимой цифровой среды, а на самом деле усугубляем свою зависимость от Microsoft и Intel, поскольку прикладное ПО предустанавливается на компьютеры с зарубежной операционной системой и процессором». По его мнению, для того чтобы обеспечить не иллюзорную, а реальную технологическую независимость, в следующую редакцию списка предустанавливаемого ПО необходимо включить российскую операционную систему, что в дальнейшем откроет перспективы выхода на массовый рынок компьютерам с российскими процессорами.

Григорий Сизоненко уверен, что российские операционные системы полностью конкурентоспособны с зарубежными и не уступают импортным по функциональности и удобству использования. Более того, у них есть большое преимущество: многоплатформенность, что позволяет потребителям строить аппаратную часть цифровой инфраструктуры на компьютерах разных архитектур. Совместимость ОС с отечественными процессорами дает организациям возможность построить технологически независимую ИТ-инфраструктуру. Особенно это важно для организаций, которые владеют критической информационной инфраструктурой: органов государственной власти, учреждений здравоохранения и транспорта, связи и банковско-финансовой сферы, предприятий ТЭК, оборонной, ракетно-космической, горнодобывающей, металлургической и химической промышленности.

Дайте срок

С критической информационной инфраструктурой, кстати, пока все не так просто. Существует проект указа президента, предписывающий владельцам критической информационной инфраструктуры к 1 января 2024 года перейти на преимущественное использование российского программного обеспечения, а до 1 января 2025-го — на российское оборудование.

Проект этого документа стал доступен широкой аудитории осенью прошлого года для общественного обсуждения. В начале 2021-го Минцифры внесло предложение сдвинуть переход на российское ПО и на оборудование на более ранние сроки — на 2023 и 2024 годы соответственно. Ускорить переход попросили разработчики программного обеспечения. В свою очередь потребители выступали против даже ранее установленных сроков. Так, в РСПП посчитали нереалистичным внедрение российского ПО с 2024 года, а оборудования — с 2025-го, указав, что переход потребует от компаний существенных затрат и что производить замену имеет смысл по мере вывода из эксплуатации имеющегося оборудования.

На прошлой неделе РБК сообщил, что глава «Газпрома» Алексей Миллер направил письмо главе правительства Михаилу Мишустину, в котором предложил убрать из проекта указа конкретные сроки. «Принятие указа в текущей редакции приведет к существенной единовременной финансовой нагрузке и рискам негативного влияния на экономические показатели “Газпрома”», — цитирует письмо Миллера РБК. По данным издания, он оценил затраты компании на переход на российское ПО и оборудование более чем в 180 млрд рублей.

Известно, что в 2012 году две мобильные компрессорные станции иностранного производства, предназначенные для использования при ремонте газопроводов, были дистанционно отключены производителем посредством спутниковой связи. И, как сказал представитель «Газпрома», по сути, они превратились в металлолом. «Газпром» после этого инициировал разработку и производство аналогичных отечественных агрегатов.