Мертвый штиль

Тема недели
Москва, 27.11.2000
«Эксперт Северо-Запад» №20 (27)
В Новгородской области политической жизни практически нет

Девять лет назад только что назначенный губернатором Новгородской области Михаил Прусак и его команда выбрали решительный курс на прогрессивные экономические преобразования при определенно авторитарной политической модели. Фактически была предпринята попытка воплощения в жизнь давней мечты "истинных" российских либералов (от Клямкина и Миграняна до Илларионова и Улюкаева) о "российском Пиночете": человеке, который смог бы взять на себя ответственность за проведение современных экономических преобразований, не заботясь при этом о настроениях сограждан.

Напомню, что, по мнению упомянутых идеологов, политическое сознание и политическая культура электората должны "автоматически" расти по мере успешного осуществления экономических преобразований и появления "среднего класса", являющегося социальной основной либеральной демократии.

Три исключения из правила

Авторитарные черты новгородской политической модели выражены весьма отчетливо: очень сильный губернатор, почти безвластная Дума (26 депутатов), и, наконец, органы местного самоуправления, функционирующие в 21-м административном районе. Новгородский авторитаризм, если сравнивать его с политической картиной в некоторых других регионах, оказывается гораздо более социально прочным и организационно монолитным.

Так, например, наблюдатели не могут вспомнить случаев конфликта между губернатором и областной Думой. Помимо устоявшейся традиции беспрекословного повиновения "хозяину региона", в данном случае сказывается и то, что областной парламент намеренно сконструирован таким образом, чтобы максимально затруднить появление в его стенах более или менее выраженной фронды. Подавляющее большинство местных депутатов работает на непостоянной основе, совмещая нормотворческую деятельность с "выполнением трудовых и служебных обязанностей по месту основной работы".

Немногочисленные оппоненты Михаила Прусака отмечают, что положительное решение любого вопроса, лоббируемого губернатором, в Думе предрешено, ибо половину ее составляют главы районов, а еще треть - руководители крупнейших новгородских предприятий, у которых также нет ни резона, ни возможностей ссориться с местной властью. Для того чтобы профилактировать случайные оппозиционные всплески депутатов, придумано еще одно правило: заседание Думы проводится в Большом зале Дома советов, в который приглашают до 400 человек гостей - представителей общественности, которая, разумеется, "единодушно одобряет" курс губернатора. "При таком количестве народа, даже если и возникнет желание, не покричишь - просто как-то неудобно становится", - признаются депутаты, не входящие в активно-прогубернаторские две трети.

Для Новгорода не характерен и вполне типичный для многих российских регионов конфликт между главой областной администрации и мэром столичного города, который зачастую претендует на кресло областного руководителя, и иногда даже его добивается. Отношения между Михаилом Прусаком и мэром Новгорода Александром Корсуновым развиваются по противоположному сценарию: Корсунов - вполне лояльный протеже Прусака, и если и помышляет о губернаторском кресле, то только после окончания карьеры своего покровителя.

И наконец, ни в одном из субъектов федерации в последние годы действующий глава исполнительной власти не получал на выборах 91,5 процентов голосов избирателей. Прусаку это удалось в сентябре 1999 года.

Цифры ясны, итог не очевиден

Комментируя столь "азиатские" итоги новгородских выборов, местные наблюдатели обращают внимание на совокупность ряда благоприятных для Прусака обстоятельств. Отмечают факт переноса выборов с декабря на сентябрь - что, мол, не позволило "раскрутиться" конкурентам. Говорят и об очевидной беспомощности этих самых конкурентов, набравших на троих лишь 4% голосов. Серьезные игроки как слева, так и справа выборы проигнорировали под разными предлогами, но по одной очевидной причине - опасаясь разгромного поражения. Очевидным является и тот факт, что Прусак имел огромный административный ресурс, помноженный на неоспоримую популярность в регионе. Немаловажно и то, что наиболее активная часть электората - пенсионеры - все последние годы почти не знала задержек по выплатам пенсий.

Но все эти факторы все равно не способны полностью объяснить феноменальный результат Прусака. Ведь почти год спустя - в октябре 2000 года - схожего итога (свыше 82% голосов) добился и переизбирающийся на второй срок куда менее "харизматичный" новгородский мэр Корсунов. Может сложиться впечатление, что новгородцам просто повезло обрести - и оценить по достоинству - почти идеальных руководителей.

Однако дело, скорее всего, в ином. Новгородцы "по инерции" голосуют за status quo, не веря в собственную способность повлиять на что-либо, да и не видя реальной альтернативы тому, кто олицетворяет существующий политический режим. Однако инерция, как известно, имеет свойство постепенно сходить на нет. На губернаторские выборы пришло всего чуть больше 50% избирателей (причем в самом Великом Новгороде явка с трудом дотянулась до 40%). Еще хуже дело обстояло на выборах новгородского мэра: определить его кандидатуру пожелали лишь 19% избирателей.

С каждым годом привычка соучаствовать в местной политике теряется даже у "продвинутого" электората - ему постоянно объясняют, что такой политики в принципе нет. По мнению популярного в Новгороде тележурналиста и основателя городского общественного телевидения Юрия Бурцева, "администрация пальцем о палец не ударила для того, чтобы хоть как-то возбудить в населении политическую активность, привлечь его к участию в городской политике".

Если не мы, то кто?

Больнее всего политическая пассивность новгородцев ударила по местным партиям. Таковые в области существуют, но даже их официально провозглашенная численность очень мала.

Самое крупное региональное отделение федеральной партии - КПРФ - по словам его руководителя Валерия Гайдыя насчитывает лишь несколько тысяч членов. Но надо заметить, что в течение нескольких последних лет их количество растет - в основном за счет "рабочей молодежи" 17-25 лет.

Местное "Единство" началось с конфуза: после того, как распространились слухи о скором вхождении в его состав губернатора Прусака, большинство чиновников бросилось записываться в его ряды. Но губернатор "медведем" так и не стал, и многие из них почувствовали себя одураченными. Как подметил пожелавший остаться неназванным сотрудник аппарата новгородского "Единства", "по партийным биографиям областных чиновников легко прослеживать политическую историю страны: многие из них состояли в членах "Выбора России" и "ПРЕС" и уж почти все - в НДР, возглавляемом мэром города Корсуновым".

Либералы в области представлены, как водится, СПС и "Яблоком". Последнее, правда, в Новгороде не имеет формальной регистрации: после внутренних дрязг большая часть организации перешла под крыло правых, а заново зарегистрироваться "яблочники" не успели. Как сообщила "Эксперту С-З" один из неформальных "яблочных" лидеров и депутат областной Думы Татьяна Чередниченко, "позиция по отношению к губернатору у нас двойственная: я не одобряю многих его действий, но понимаю их мотивы". Когда новгородское "Яблоко" оформится юридически, оно, вероятно, все же окажется в оппозиции к губернатору. Только "яблочники" говорили нам о связях Прусака с "местной мафией" и рассказывали о "походе криминала в областную власть". Ставку пока юридически не оформленные партийцы собираются делать на "сотрудничество со структурами гражданского общества - например, с новгородским женским парламентом".

В местном СПС настроения более определенные: "нам нужна местная законодательная власть" - заявляет председатель его Исполкома Елена Зайцева. "Исполнительная власть пока не нужна, поскольку в основных, концептуальных положениях мы поддерживаем действующего губернатора". Решительно настроены тут и в отношении союза с "Яблоком": "Союз у нас может быть только такой - мы примем к себе в качестве физических членов местных "яблочников" - тем более, что большинство из них уже у нас. А на федеральном уровне объединение, конечно, нужно".

В общем, партийная жизнь в Новгороде, как говорится, "пищит, но лезет". Только вот количество интересующихся ею горожан до боли невелико, а большинство новгородских политиков - выходцы еще из последнего перестроечного призыва конца 80-х - начала 90-х. Новой крови почти нет. Характерно здесь высказывание все той же Татьяны Чередниченко: "Мы участвовали во многих организациях: и Демократической партии, и блока Ивана Рыбкина, скоро собираемся на съезд социал-демократов. Почему опять мы? Кто же еще?".

Вопрос напоследок

Результаты экономических преобразований, осуществленных Михаилом Прусаком почти за десять лет пребывания на губернаторском посту, налицо. В области появились люди, зарабатывающие неплохие деньги: в большинстве своем они работают на том или ином "иностранном" предприятии.

Вот только связь между авторитарной моделью политического устройства и умеренно-прогрессивной инвестиционной политикой все же не очевидна. По крайней мере, никто из тех людей, с кем довелось пообщаться, не смог припомнить ни одного случая, когда бы принять решение о снижении налогов либо заключить соглашение с той или иной иностранной компанией губернатору помешали какие-либо политические или общественные структуры. В этом смысле

Новгородская область - как и большинство субъектов РФ - очень мало походит на Чили начала 70-х, где наличие развитой системы институтов гражданского общества, пришедших между в собой в состояние острого конфликта, позволило хунте Пиночета выступить в качестве силы, обрушившей всю свою мощь на одну из сторон.

В общественной жизни Новгородской области нет даже жалкого подобия какого-либо "гражданского конфликта". Просто потому, что там нет гражданского общества. Так что благотворность авторитарного правления в этом регионе, с точки зрения интересов его экономического развития, как минимум, проблематична.

В то же время минусы - притом чисто хозяйственные - авторитарного устройства общеизвестны. Это - тяжелые условия для развития среднего и мелкого бизнеса, то есть тех предприятий, которые, в отличие от "гигантов-фаворитов", не могут находиться под личным попечением первого лица. Это также отсутствие благоприятной среды для становления того самого "среднего класса", во имя появления которого якобы и разжигается весь авторитарный сыр-бор.

По свидетельству даже лояльных к местной власти представителей СПС, в Новгороде фактически нет независимых от администрации газет - как нет и рынка СМИ в принципе. А две самые читаемые в городе газеты принадлежат соответственно областной и городской администрациям.

Как говорит бывший областной омбудсман Татьяна Чередниченко, "проблема защиты прав человека совершенно не беспокоит губернатора - по мере возможности он держится от ее решения как можно дальше. Значительно больше времени он уделяет экономике". Последнее, разумеется, делает честь Михаилу Прусаку. Однако есть основания полагать, что если бы он, наряду с экономикой, уделял внимание также правам человека и развитию в регионе гражданско-демократических институтов, хозяйственные показатели Новгородской области могли бы оказаться еще более впечатляющими.

На первый взгляд, обвинять автократа, пусть даже прогрессивного, в отсутствии стремления к формированию на своей территории гражданских структур - все равно, что уличать военачальника в пренебрежении принципом непротивления злу насилием. Однако в действительности, как показывает жизнь, гражданское общество - даже с точки зрения авторитарной власти вещь далеко не бесполезная. Ибо у любой власти, даже самой прочной на вид, бывают в жизни трудные моменты, когда необходимо на что-то опереться, помимо самой себя. По крайней мере, если бы в Новгородской области (как, впрочем, и в остальных регионах Северо-Запада, включая Санкт-Петербург) местная власть существовала не в политическом вакууме, а в плотном окружении общественно-политических структур, возможности прямого силового давления на нее, в том числе со стороны президентского полпреда Виктора Черкесова, были бы гораздо более ограничены.

Санкт-Петербург — Великий Новгород

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №20 (27) 27 ноября 2000
    Новгородская область
    Содержание:
    Реклама