Алкогольные экзерсисы

Пятый угол
Москва, 01.12.2008
«Эксперт Северо-Запад» №47 (395)
Российские власти в очередной раз демонстрируют желание взять под контроль алкогольный рынок. Жертвой инициатив вновь окажутся добросовестные производители, а не теневики

Есть проблемы, словно предназначенные быть вечными «тренажерами» для законотворческих инициатив и административных упражнений властей. Урегулированию они практически не поддаются, зато предоставляют возможность бесконечно демонстрировать радение правительства о благе народном. К данной категории проблем относятся взаимоотношения государства и  алкогольного рынка. Российская традиция его коренной перестройки (естественно, с самыми благими намерениями) имеет глубокие исторические корни. Начало ей было положено еще Иваном IV Грозным, монополизировавшим розничную продажу крепкого спиртного и создавшим систему откупов, отдаленно напоминавших современную франшизу. Не пошло – три четверти доходов утаивалось и пролетало мимо казны. Александр I ввел жесткую государственную водочную монополию. Десятилетие спустя Николай I госмонополию на производство и продажу алкоголя отменил. А Николай II – восстановил. В промежутке руку к реформам успели приложить и Александр II, и Александр III. Вообще, редкий российский правитель не предпринимал чего-нибудь интересного в этом плане (но приз за самое оригинальное ноу-хау, несомненно, принадлежит Михаилу Горбачеву).

В последние годы в согласии с ритмом современной жизни государственные решения, меняющие жизнь производителей и продавцов алкоголя, принимаются с нарастающей скоростью. По мнению водочников, их отрасль раз в три года переживает кризис, спровоцированный очередным поворотом в политике властей. Расщепление акциза на спиртовой и алкогольный, установление квот на производство и отпуск спирта, выстраивание системы региональных акцизных складов и ее торжественный слом пять лет спустя – это лишь сокращенный перечень правительственных экзерсисов в отношении алкогольного рынка. Коронным номером реформаторов стала, несомненно, попытка построить единую систему автоматизированного учета – ЕГАИС, занявшая и отрасль, и ее государственных контролеров на два года. Последнее слабое шевеление по поводу запуска «самой совершенной системы контроля», должной обеспечить стопроцентную прозрачность рынка, было отмечено в начале 2008 года – тогда старт ЕГАИС в очередной раз был перенесен на ноябрь этого же года.

В ноябре о ЕГАИС как-то не вспомнили – не до того было. Государственная борьба за облагораживание рынка алкоголя унеслась вперед, оставив неудачный дорогостоящий проект в прошлом. Весь год бурно обсуждались новые инициативы и начинания. В январе-феврале с подачи московских, петербургских, камчатских региональных властей дискутировалась идея реанимации  прав субъектов федерации по контролю над локальными алкогольными рынками. Убедившись, что сквозь дырявую сеть ЕГАИС легко проскальзывают и опт, и розница, в результате чего теневой рынок за два года нарастил свою долю в обороте водки с 30 до 40%, местные власти предлагали вернуть к жизни региональные акцизные марки. Пошумели – забыли. К лету Госдума и уполномоченные министерства бились над вопросом, в каком звене – в производстве спирта или в розничных продажах – целесообразнее установить государственную монополию. Или сразу в обоих? По осени законодатели стали ломать голову над судьбой акцизов. 

К концу года созрели несколько решений. Одно кардинальное – о создании единого государственного управляющего органа в сфере производства и сбыта алкогольной продукции, и два  «технических» – повышение ставки акцизов на алкоголь со следующего года на 10% и установление минимальной цены на пол-литровую бутылку  водки в 85 рублей.

Первое решение, в общем-то, не вызывает вопросов. Сегодня контроль над отраслью в той или иной форме осуществляют восемь ведомств, что превышает даже число незадачливых нянек из народной пословицы. Участники отрасли заранее предвидят, что передача функций многочисленных министерств «Росалкоголю» будет сопровождаться неразберихой и периодами правового вакуума (не исключено, что в какой-то момент просто негде окажется  продлить лицензию и т.д.). Но ради пользы дела готовы потерпеть – не впервой.

 Более скептично воспринимаются акцизно-ценовые намерения властей. Само по себе определение минимальной розничной цены для водки совсем не плохо. Действительно, бутылка водки по цене 40-60 рублей на полке магазина выглядит подозрительно (себестоимость производства, акциз и НДС дают в сумме 63 рубля за поллитровку). И сообщить об этом населению, определив индикативную цену, невредно. Но государство не просто сообщает – оно фактически перекладывает на потребителя селекцию водки на «левую» и «правую», расписывается тем самым в неспособности побороть теневой рынок. 

И не поборет. Так и будут на юге страны подпольные заводы разливать неучтенную водку из ворованного спирта. Так и будут некоторые легитимные производители обучать водочные счетчики крутиться назад. («До тех пор пока проверять работу счетчиков системы ЕГАИС на заводах будут налоговые инспекторы с окладом 9 тыс. рублей, водочный рынок останется мутным», – сказал один из производителей). Просто нелегальная водка поднимется в цене, маскируясь под «законопослушную». Это значит, россияне станут больше пить самопального алкоголя, а настойка боярышника и различные стеклоочистители скоро смогут претендовать на звание национальных напитков.

 Одновременно доля легального алкоголя в общем объеме потребления в очередной раз сократится. Как залатать образующуюся дыру в бюджете? Очень просто – смотрите решение номер три. Не надо биться над повышением собираемости налогов: это трудно, а когда речь идет о таком масштабном незаконном бизнесе, как водочный, то и опасно. Достаточно просто устроить внеочередное повышение акцизов – добросовестные плательщики  заплатят за себя и за «того парня», заливающего рынок неподконтрольной водкой.

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №47 (395) 1 декабря 2008
    Ситуация в регионах
    Содержание:
    Реклама