Раскупорили Газу

22 января 2009, 00:00

В воскресенье Израиль объявил о прекращении операции «Литой свинец» в секторе Газа. По мнению израильского руководства, за три недели войны они подорвали боеспособность ХАМАС. При этом многие ставят под сомнение эффективность операции: ХАМАС уже ответил на одностороннее перемирие Израиля новыми обстрелами его территории. Международные же гуманитарные организации вменяют в вину Израилю большое число жертв среди мирного населения

Мы герметично закупорим сектор Газа — и пусть они там перегрызутся, как пауки в банке», — говорил видный израильский политик Ицхак Рабин незадолго до своей повторной победы на парламентских выборах 1992 года. Через 14 месяцев он подписал соглашение с Ясиром Арафатом. Первой территорией, которая должна была перейти под контроль будущей палестинской администрации, стала Газа.

С тех пор прошло больше 15 лет. Сектор Газа не раз пытались закупорить, даже обнесли внушительным забором, но проблемы с герметизацией остались. Узкая полоска земли вдоль Средиземного моря с населением около полутора миллионов человек могла оставаться без топлива, электроэнергии, медикаментов, но оружие и боеприпасы туда попадали исправно.

При этом не имело особого значения, кто находится у власти в Газе и кто контролирует границу сектора с Египтом. Израиль постоянно обстреливался самодельными ракетами «Кассам», причем с 2005 года — после полной эвакуации еврейских поселений с палестинской земли — обстрелы только участились. А то, что Ицхак Рабин называл «грызней пауков», летом 2007-го превратилось в гражданскую войну. Исламисты из ХАМАС, одержав победу на выборах в законодательный совет, не смогли мирно сосуществовать со светской партией ФАТХ. Они изгнали последователей Арафата из Газы на Западный берег реки Иордан.

Так у палестинцев появились два правительства: одно в Рамалле, другое в Газе — и каждое называет себя единственно законным. Одно, во главе с Абу-Мазеном и Саламом Файядом, пользуется международным признанием — и теряет влияние среди палестинцев. Другое, руководимое Исмаилом Ханией, подвергается международному бойкоту, зато получает финансовую поддержку из Ирана, гуманитарную помощь из Европы и ежедневно приобретает новых сторонников.

Укрепляя свою власть, исламисты продолжали обстреливать израильскую территорию. Ответные израильские акции — артиллерийский огонь, воздушные налеты, рейды спецназа в северные районы Газы — давали кратковременный и весьма ограниченный эффект. Все это называлось «политикой сдержанности».

По данным израильских аналитиков, еще полтора года назад руководство силовых структур страны пришло к выводу, что по-настоя­ще­му эффективное решение проблемы палестинских обстрелов возможно лишь в условиях крупной наземной операции. Особенно бурно эти планы обсуждались, пока действовало соглашение о так называемом затишье, заключенное Израилем и ХАМАС через египетских посредников сроком на шесть месяцев. «Затишье» дало жителям израильского юга долгожданную передышку, а лидеру ХАМАС Исмаилу Хании и его сторонникам — возможность серьезно пополнить арсенал и обучить личный состав восьми бригад «народной милиции».

Режим прекращения огня планировалось продлить еще на полгода, но ХАМАС, несмотря на уговоры египтян, отказался подписать новое соглашение. И через несколько дней обстрелы израильской территории возобновились.

В такой обстановке «политика сдержанности» находила все меньше поддержки в обществе. Тем более что в зоне обстрела оказались не только поселки у границ сектора Газа, но и Ашдод с его морским портом, и Беэр-Шева, и даже города, всегда считавшиеся тыловыми: Реховот, Явне, Кирьят-Гат. С обстрелами этих крупных городов ни политики, ни простые граждане мириться не захотели. И правительство дало добро на начало операции — чтобы лишить ХАМАС возможности вести ракетные обстрелы и нанести максимальный урон военной инфраструктуре движения, включая подземные туннели, по которым в сектор доставляется оружие.

С точки зрения израильских военных, операция шла «чисто», с минимальными потерями для израильской стороны. Внешнеполитический ущерб также оказался минимальным: не слишком жесткая резолюция Совбеза и безрезультатное заседание Генеральной Ассамблеи ООН, разрыв дипломатических отношений с Венесуэлой, Боливией и Мавританией. Самую высокую цену за «Литой свинец» заплатил израильский тыл — это постоянные обстрелы городов, жертвы и раненые среди гражданского населения.

Звоню другу, который живет и работает в Ашдоде.

— Как у вас сегодня?

— Утром дважды сработал сигнал тревоги, взрывов не слышал. Полчаса назад — еще два. Спустились в убежище. Вернулся, тружусь…

— А что дома?

— Дома никого. Жену с ребенком отправил на север. Так спокойней.

Летом 2006-го, когда север Израиля обстреливала «Хезболла», детей из приграничных с Ливаном районов отправляли в Ашдод. Теперь фронт и тыл поменялись местами.

Через три недели войны Израиль объявил об одностороннем прекращении огня и завершении операции. По мнению израильских военных, цель операции достигнута — военная мощь ХАМАС серьезно подорвана, хотя и не сведена к нулю. Но главное, ликвидирован ряд полевых командиров движения и глава МВД Газы. «Нам удалось найти уязвимые места ХАМАС, — рассказал накануне прекращения операции бывший министр обороны Израиля, а ныне министр национальной инфраструктуры Биньямин Бен-Элиэзер. — Ударом с воздуха был уничтожен Саид Сиям — министр внутренних дел в правительстве ХАМАС, фактический руководитель всего силового блока группировки и один из членов их руководящей “тройки”. Именно ему организация обязана своей боевой мощью. Вспомните, что в один из первых дней войны мы смогли ликвидировать и духовного вождя ХАМАС Низара Райяна. Такие потери не проходят бесследно». Кроме того, по словам Бен-Элиэзера, унич­тожено около 60 тайных туннелей, по которым из Египта в Израиль переправлялось оружие.

В то же время очевидно, что сопротивление палестинцев сломлено не полностью. ХАМАС уже на следующий день после окончания израильской операции обстрелял его территорию. Значит, производство ракет полностью не унич­тожено. Контроль над южной границей сектора Газа вновь поручен египтянам, которые на протяжении трех лет не могли предотвратить контрабанду оружия.

Израиль понес и имиджевые потери. Судя по докладам международных гуманитарных организаций, большинство из 1200 погибших и 4 тыс. раненых палестинцев — мирные жители. Целями ударов израильской армии становились школы, офисы гуманитарных организаций, жилые дома.

— Я сейчас нахожусь на востоке Газы и могу сказать, что здесь очень сильные разрушения, — рассказывал «РР» в понедельник палес­тинский правозащитник Самех Хабиб. — Многие дома повреждены или совсем разрушены, некоторые горят до сих пор. Только сегодня найдены еще более ста тел погибших. Жизнь практически парализована. Восемьсот тысяч палес­тинцев испытывают трудности с доступом к питьевой воде. Люди не ходят на работу, на рынок, дети — в школу; все сидят по домам, считают ущерб. На улицах все еще много завалов, к тому же там довольно опасно —  полно неразорвавшихся снарядов.

Так что вопрос об адекватности применения Израилем силы в секторе Газа будет обсуждаться еще долго. К тому же премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт заявил, что, если обстрелы израильской территории не прекратятся, операция в Газе будет продолжена. Да и в приграничных с палестинскими территориями израильских городах власть все еще остается в руках командования тыла, а не гражданских властей.