Заработать на жажде

Тема недели
Москва, 23.03.2015
«Эксперт Сибирь» №13-14 (447)
Директор ООО «Карачинский источник» Владимир Хританков — о том, как кризисные явления сказались на производстве известной на всю Россию минеральной воды «Карачинская», реконструкции санатория «Озеро Карачи» и о том, как вывести страну из кризиса

Минеральная вода «Карачинская» уже давно стала одним из самых узнаваемых брендов, связанных с Новосибирском, — наряду с Академгородком и справочниками 2ГИС. В начале девяностых предприятие, основанное еще в советские годы на базе одноименного источника минеральных вод, находилось в глубоком упадке. В 1996 году было принято решение реанимировать завод. «Можно сказать, что тогда у производства началась новая жизнь, несмотря на устаревшие и непригодные технологии, а также слабый коллектив, предприятие постепенно удалось реконструировать, набрать новую команду», — вспоминает директор и основной владелец ООО «Карачинский источник» Владимир Хританков. Сейчас на заводе работает более 500 человек — в основном жители Чановского района Новосибирской области.

Окончательно модернизировать завод удалось к 2004 году: в эксплуатацию были введены новые производственные корпуса, а также запущено современное высокотехнологичное оборудование — ряд автоматических линий розлива и упаковки в ПЭТ и стекло. В 2012 году компания начала производство артезианской питьевой воды «Ассоль», а в 2013 году освоила выпуск классических лимонадов и напитков на основе натурального сока. Несмотря на технические преобразования, минеральная вода, как и раньше, разливается непосредственно у источника: сегодня с конвейера выходит около 1 млн бутылок разной емкости в сутки.

Лидером рынка вода «Карачинская» стала не сразу: еще в 2010 году новосибирский бренд по объемам потребления газированной воды уступал «БонАкве» (185,4 млн литров в год, принадлежит Coca Cola) и «Ессентукам» (191,2 млн литров). Но в 2011 году, когда продажи «БонАквы» снизились на 18%, новосибирской марке удалось вырваться в лидеры, доведя объем потребления до 192,2 млн литров в год (см. таблицу на стр. 12). И с тех пор, по данным «Мосвнешинформ», новосибирский производитель уверенно сохраняет первенство.

В 2006–2007 годы «Карачинскому источнику» пришлось пережить непростой этап. Предприятие подверглось рейдерскому захвату и было едва не уничтожено. «В одном из районных центров суд выдал исполнительный лист на крупную сумму, которую компания якобы задолжала, — вспоминает Хританков. — Пока доказывали, что это липовое решение, прилетели рейдеры на вертолете и высадились на территорию предприятия, попытавшись его захватить». Параллельно против руководства предприятия предпринимались многократные попытки возбудить уголовные дела по самым разным поводам. «В законодательстве еще сохраняется много прорех, используя которые можно довести до банкротства многие предприятия, — утверждает Хританков. — Однако, по сравнению с 2004–2007 годами, когда механизм захвата использовался против нашей компании, методы стали более изощренными». Тем не менее «Карачинский источник» удалось сохранить в руках местных владельцев.

В 2011 году компания начала развивать новый вид бизнеса — санаторный. История курорта, где сочетаются лечебные свойства грязи, рапы и питьевой минеральной воды, начинается с 1880 года. Грязь озера Карачи относится к минеральным иловым сульфидным. Эти особенности обусловливают высокие лечебные свойства карачинской грязи и ставят ее в один ряд с лучшими лечебными грязями отечественных и зарубежных курортов. Санаторий «Озеро Карачи», расположенный в Чановском районе Новосибирской области, в былые времена принимал ежегодно сотни тысяч отдыхающих. В тот момент, когда санаторий перешел под руководство «Карачинского источника», он находился в плачевном состоянии: здания обветшали, и вся система требовала глубокой модернизации. В конце 2007 года реанимировать санаторный комплекс, став его собственником, попыталась казахская строительная компания «СэтЖол», выкупившая предприятие с помощью своей дочерней структуры ООО «СэтКонстракшн», зарегистрированной в Новосибирске. Несмотря на то, что санаторный бизнес был для компании непрофильным, восстановление комплекса показалось холдингу привлекательным. Как стало понятно позже, просто показалось. В 2011 году казахская компания после проведенной оценки стоимости санаторного комплекса продала его ООО «Карачинский источник».

В 2012 году началась реализация проекта масштабной реконструкции санатория. Координационный совет федеральной целевой программы «Развитие внутреннего и въездного туризма в РФ на 2011–2018 годы» принял решение включить туристско-рекреационный кластер Новосибирской области в перечень своих проектов. С 2015 года в рамках программы из федерального и регио­нального бюджета будут выделены средства на строительство транспортной и инженерной инфраструктуры, а также на обновление медицинского оборудования.

Сокращений не будет

Директор ООО «Карачинский источник» Владимир Хританков 010_expert-sibir_13_2.jpg
Директор ООО «Карачинский источник» Владимир Хританков

— Владимир Федорович, основным вашим направлением деятельности, несмотря на другие активы, продолжает оставаться производство безалкогольных напитков. Расскажите, как боретесь с кризисными явлениями и как отразилась на компании «Карачинский источник» экономическая ситуация?

— Во-первых, нам пришлось оптимизировать расходную часть. Во-вторых, планируем решить проблему замещения запасных частей для производственного оборудования с иностранных на российские, так как в связи с падением руб­ля затраты на его обслуживание значительно выросли. Сейчас все высокотехнологичное оборудование, использующееся для производства минеральной воды — импортное, и российских аналогов, к сожалению, пока что нет.

— Прогнозируете ли снижение объемов производства?

— Пока что нет, при этом считаю, что в 2015 году существенного снижения объема производства не произойдет, по крайней мере, компания ставит такую задачу. Причем это касается всех производственных позиций — и минеральной воды, и лимонадов.

— Предприятия многих отраслей сейчас идут на вынужденную меру сокращения персонала или урезание заработной платы. Как с этим обстоит дело в «Карачинском источнике»?

— К сожалению, эта тенденция сейчас наблюдается, но «Карачинский источник» пока что к этим мерам не прибегает. Надеемся, что этого удастся избежать.

— Если говорить о рентабельности бизнеса по производству безалкогольных напитков, она намного снизилась в сложившихся условиях?

— В последнее время рентабельность и так была невысокой в силу немыслимой налоговой нагрузки на промышленные предприятия. Но в текущем году из-за инфляционных процессов и сформировавшегося валютного курса издержки снова возрастут, соответственно, рентабельность снизится еще сильнее, примерно на 15–20%.

— Как складываются отношения с банками, учитывая кризисные явления?

— У компании есть заемные средства, но они относительно небольшие, кроме этого, мы намерены в ближайший месяц или два их вернуть, поскольку процент по отношению к тому периоду, когда мы оформляли кредит, значительно вырос и для нас он неприемлем. При такой высокой кредитной ставке, а сейчас для промпредприятий она составляет 17 процентов, российский бизнес развиваться не сможет.

Цветные напитки

— Минеральная вода «Карачинская» по-прежнему является лидером производства, или другие напитки компании забрали первенство?

— Лидером по объему производства по-прежнему является «Карачинская» вода, она более популярна, потому что имеет большую историю. А в целом производственная мощность завода — около миллиона разного объема бутылок напитков в сутки.

— А производство лимонадов продолжаете развивать?

— Этому направлению компания сейчас уделяет особое внимание. Сейчас выпускаем 12 наименований различных цветных напитков, все они на основе карачинской воды с добавлением натуральных соков и сиропов. В том числе три вида шорли, шесть видов лимонадов, три вида компотов для детей. Кроме того, к запуску готовится еще одна большая линейка напитков, она уже продегустирована и готовится к выпуску, но подробности я пока не готов разглашать.

— С какими проблемами сталкиваетесь при выводе новой продукции на рынок?

— Большая проблема при создании новой линейки продукции заключается в том, чтобы запустить ее в продажу через торговые сети. Сегодня продуктовые сети монополизированы, и для того, чтобы встать на полку с новым напитком, нужны серьезные вложения, это существенный сдерживающий фактор.

Ничего своего

— Где закупаете соки и сиропы для цветных напитков?

— Их нам поставляет немецкая фирма Wild.

— В связи со сложными отношениями Европы и России не возникло ли трудностей во взаимодействии с этой компанией, не возникло ли необходимости менять поставщика?

— Нет, существенных сложностей не возникло. Напротив, компания пошла нам навстречу и временно несколько снизила стоимость своей продукции для того, чтобы смягчить переходный кризисный период.

— А повлияет ли это на стоимость конечной продукции?

— Да, некоторым образом повлияет, но повышение цены будет малосущественным.

— А почему в России не закупаете это сырье?

— Мы вынуждены сотрудничать с зарубежными поставщиками, потому что в России нет достойных производителей такого сырья. При этом я думаю, что данное сотрудничество носит временный характер и в средней перспективе у нас появятся свои производители этих ингредиентов, которые будут не хуже западных.

— Многие производители пищевой продукции отмечают, что повышение цены продукции связано еще и с удорожанием упаковки. У вас в компании как с этим дело обстоит?

— Да, это имеет место быть. К примеру, у нас высокотехнологичное производительное оборудование, а российские предприятия не производят такого качества пленки, чтобы мы могли ее наклеить на бутылку на нашем оборудовании. По­этому пленку приходится покупать в Италии, и рисунок на пленку вынуждены наносить там же.

— А как же пресловутое импортозамещение? Мы замахиваемся на то, чтобы запустить этот процесс для многих высокотехнологичных изделий, а таких, казалось бы, простых производств у нас, оказывается, тоже нет. Здесь есть какая-то тенденция к перелому ситуации?

— По крайней мере, что касается производства пленки хорошего качества, потенциальные производители уже прорисовываются. Когда это произойдет — переключимся на российского производителя.

— Может быть, хотя бы сама бутылка российского производства?

— В этом производстве ситуация тоже сложная. Прежде чем изготовить бутылку, нужно купить специальный полиэтиленовый колпачок — преформу, из которого на технологической линии и получается бутылка. Но чтобы изготовить преформу, нужна специальная полиэтиленовая крошка. До сих эта крошка закупалась за рубежом, в основном — в Южной Корее, которая в свою очередь закупала сырье для нее на Сахалине, потом у себя делала крошку, а потом опять российским производителям бутылок и продавала. Это дикость, конечно. Сейчас появились российские производители крошки, хотя технологический процесс еще до конца не отлажен. Одно из этих предприятий находится под Москвой, а другое — в Татарстане. Мы будем сотрудничать с новосибирской компанией, которая будет закупать крошку, скорее всего, в Татарстане и делать преформы непосредственно в нашем регионе.

Прорваться в центр

— Экспансия уже завершена, или все еще продолжаете осваивать новые территории?

— Компания продолжает расширять присутствие. Сейчас, естественно, лучше всего компания представлена в регионах Сибири. В Новосибирске — занимаем примерно 80 процентов рынка. На Урале и в центральной части России присутствуем недостаточно. В этом году были усилены коммерческие службы компании, и перед ними была поставлена задача: воспользовавшись кризисными явлениями, увеличить там занимаемую долю рынка.

— А как кризис вам поможет?

— Многие мелкие производители не переживут кризис, поэтому нужно успеть занять их совокупную долю рынка.

— С зарубежными странами сотрудничаете?

— За границей продаемся в Казахстане, налаживаем сотрудничество с Киргизией, а также ведем переговоры с китайскими фирмами, надеемся, что они завершатся успешно.

— Если брать регионы Сибири, есть ли какая-то разница в объемах поставок? Где вашу воду пьют больше, а где меньше?

— По объему потребления Новосибирская область стоит на первом месте, на втором месте — Омская область, на третьем — Кемеровская и Томская области, Красноярский и Алтайский края. Остальные регионы Сибири примерно делят поровну объемы поставок.

— За какую долю рынка боретесь в регионах Сибири?

— Задача — занять во всех регионах Сибири до 50 процентов рынка.

— У регионов есть предпочтения потребления в зависимости от наименования продукции, возможно, где-то большей популярностью пользуются лимонады, а не вода?

— В северных регионах (Якутия, север Красноярского края) соотношение продаваемых лимонадов к минеральной воде выше, чем, к примеру, в Новосибирской области. Вероятно, это связано с тем, что там цветных напитков высокого качества не так много, а в нашем регионе рынок уже насыщен.

— Кто ваши основные конкуренты?

— Если брать сибирские регионы, то там мы конкурируем, как правило, с местными напитками, которые гораздо раньше появились на той или иной территории и, так сказать, являются «родными», как «Карачинский источник» в Новосибирской области. Например, в Красноярском крае основной конкурент — компания «Аян», которая выпускает и воду, и пиво. В Хакасии также конкурируем с этой компанией. И так в каждом регионе есть свой местный производитель, в этом сложность регио­нальной конкуренции. Но я считаю, что это хорошо, это стимулирует рынок поддерживать качество как самой продукции, так и ее товарного вида.

— В Промышленно-логистическом парке (ПЛП) компания «Аквалайф» планирует запустить производство завода безалкогольных напитков под маркой «Напитки из Черноголовки» мощностью до 10 миллионов литров в год? Завод станет прямым конкурентом «Карачинского источника» в Новосибирске?

— Об этом проекте мы слышали. Если завод, несмотря на экономические условия, все же появится, то будем конкурировать, и это, несомненно, наши прямые конкуренты. Однако объем производства заявлен небольшой.

Общий объем инвестиций в проект реконструкции санатория «Озеро Карачи» составит 1,5 млрд рублей 014_expert-sibir_13.jpg
Общий объем инвестиций в проект реконструкции санатория «Озеро Карачи» составит 1,5 млрд рублей

План действий

— Как известно, Новосибирская область взяла курс на реиндустриализацию, о котором Владимир Городецкий объявил еще прошлым летом. Учитывая изменившиеся условия, программа возрождения промышленности трансформировалась в некий антикризисный план. С чего, на ваш взгляд, нужно начинать изменения в реальном секторе экономики, чтобы максимально быстро выбраться из сложной экономической ситуации?

— Если говорить про экономику, то первое, что необходимо сделать — заморозить цены на все виды энергоносителей. Второе — для того, чтобы развивать реальный сектор, необходимо обеспечить кредитование промпредприятий под 1,5–2%. Кроме этого, так как высокотехнологичное оборудование в России практически не производят, то нужно дать возможность тем предприятиям, кто в этом нуждается, покупать валюту для оплаты покупки необходимого оборудования по старому курсу. Для этого, конечно, потребуются определенные усилия по контролю реализации этих мер. Благо, контролеров на всех уровнях у нас достаточно.

— А импортозамещение как, на ваш взгляд, можно ускорить?

— Чтобы ускорить этот процесс, необходимо уточнить список тех видов продукции, которые требуют замещения. И те предприятия, которые будут заниматься реализацией этой программы, на данный период освободить независимо от формы собственности от всех видов налогов, за исключением налогов во внебюджетные фонды.

— В программе реиндустриализации также делается акцент на реанимирование аграрного сектора, какие задачи нужно решить в этой отрасли в первую очередь?

— Это очень важный сектор экономики, в селе живет несколько десятков миллионов человек. Сегодня ситуация такова, что подавляющее большинство сел находятся в стадии деградации, население ничем не занято. Частное подворье практически сведено к нулю. Крупные животноводческие комплексы, конечно, строятся и обеспечивают определенный уровень производства сельхозпродукции, но при этом они не решают проблемы занятости населения. На мой взгляд, нужно вернуться к основам, которые заложил еще Столыпин более ста лет назад. А именно — в тех регионах, где деградация сельского хозяйства максимальная, нужно освободить физлица и компании, занимающиеся сельским хозяйством именно на этой территории, от всех видов налогов, кроме социальных. Также освободить на этих территориях от 50 процентов налогов переработчиков этой продукции. Если пойти по такому пути, то это привлечет в районы свободный частный капитал и одновременно потребуется гораздо меньше государственных вливаний. Думаю, многие предприниматели, обладающие свободными денежными средствами, заинтересуются такой деятельностью. Ведь сейчас доходит до смешного: молочная продукция в Новосибирскую область везется из европейской части страны.

— Одной из важнейших проблем является отсутствие понятного для фермера рынка сбыта продукции. Какие действия в этом вопросе следует предпринимать, как вы считаете?

— На мой взгляд, необходимо возродить систему, которая похожа на систему заготовительных контор, существовавших в советский период. Действительно, житель из деревни зачастую не знает, куда продать выращенное мясо или молоко. А торгово-закупочные конторы, назовем их так, позволят фермеру всегда понимать, кто у него купит сырье, в каком примерно объеме, и быть уверенным в том, что его купят по той цене, которая обеспечит необходимую рентабельность производства. Через эту же систему можно стимулировать рост производства сельхозпродукции, если это потребуется. И через четыре года мы забудем, что такое аргентинское мясо или перемороженное мясо из Европы и т.д.

— У меня есть некоторые сомнения в том, что само сельское население готово к активной трудовой деятельности…

— Да, это проблема. Сегодня, к сожалению, интерес к напряженной трудовой деятельности у населения снижается. Во многом это связано, как мне кажется, с системой выплаты пособий безработным. Структуру фонда занятости населения нужно в корне реформировать. Пользуясь тем, что в законодательстве существует много неувязок, можно не работать, а становиться на учет и получать соответствующие выплаты. Сегодня уже сложился контингент из пяти–шести миллионов человек, которые не работают.

— Пособие по безработице ведь мизерное, неужели вы считаете, что на эти деньги можно прожить?

— Сегодня есть определенная часть людей, которым этого достаточно, они обходятся этими средствами. Кроме этого, находясь на учете в этих фондах, они продолжают нелегально подрабатывать. Это развращает население. Если так дело пойдет, то скоро половина страны будет работать нелегально и получать пособие по безработице.

Это навскидку те первоочередные меры, которые позволили бы не просто выйти из кризиса, а стремительно выскочить из него, причем без особых потерь и при этом попутно создав необходимые условия для развития бизнеса.

В нашу пользу

— Владимир Федорович, расскажите о том, как развивается ваш санаторный бизнес, как обстоят дела в санатории «Озеро Карачи»? Уже успели прочувствовать переориентацию многих россиян на внутренний туризм в связи с экономической ситуацией?

— Да, ситуация действительно сложилась в пользу российского санаторного бизнеса. Значительный прирост обеспечили новые клиенты, которые раньше предпочитали отдыхать за границей, а теперь из-за резкого повышения стоимости доллара и евро предпочли более доступный отдых. По сравнению с прошлым годом загрузка санатория увеличилась в 2,5 раза и достигла полной заполняемости санатория — 250 мест.

— Недавно власти Алтайского края заявили, что поток клиентов в санаторном городе Белокуриха увеличился на 20–30 процентов по сравнению с предыдущим годом. А у вас в 2,5 раза… С чем связываете такой стремительный рост?

— «Озеро Карачи» — развивающееся предприятие. Некоторое время эта санаторная зона находилась в упадке, а сейчас активно возрождается. Поэтому приток новых клиентов более стремительный и скачкообразный, а экономическая ситуация этому только способствует.

— Состав клиентов санатория изменился, например, по географическому признаку?

— По большому счету, состав не изменился, но произошло некоторое перераспределение долей. Сейчас к нам едут отдыхать примерно 40 процентов клиентов из Новосибирской области, а 60 процентов — из других регионов, начиная от Санкт-Петербурга и заканчивая Магаданом. Однако недавно больше клиентов стало приезжать из северных (ЯНАО, ХМАО и др.) и восточных регионов, но при этом чуть меньше из центральных регионов. Соответственно, общее процентное соотношение по сути осталось тем же, но произошло внутреннее регио­нальное изменение.

— Какова сейчас заполняемость санатория?

— Все осенние и зимние месяцы до нового года санаторий был загружен на 100 процентов. Однако и вместимость «Озера Карачи» пока что еще небольшая (около 250 мест). Очень большой поток клиентов был в январе этого года. Загрузка в феврале и марте — около 70 процентов. А вот путевки на апрель, май и, тем более, на летние месяцы уже практически проданы.

Нелегкая ноша

— Расскажите подробнее о проекте расширения санатория, что уже удалось реализовать и какие стоят задачи на ближайшее время?

— Развитие санатория «Озеро Карачи» включено в программу развития санаторно-курортного кластера средней и западной части Новосибирской области, которое также предусматривает развитие туристического комплекса бухты Лазурная на озере Чаны. Чаны — тоже соленое озеро, только слабосоленое — в нем до 10 граммов соли, однако вода для здоровья также очень полезная. Между озером Карачи и Чаны примерно 140 километров. Непосредственно, в самом санатории «Озеро Карачи» в скором времени будет произведена реконструкция водогрязелечебницы, это важный и серьезный объект. Уже реконструировали питьевую галерею. Построили новую котельную. Заменили все инженерные сети, прежде всего, водопроводные. Сейчас выполняется теплый переход, который объединит все корпуса на площадке санатория. Построили деревянные эстакады для пирса, чтобы отдыхающим можно было проходить в центр соленого озера и там не только купаться, но и загорать. Идет реконструкция столовой и кухни, а также расширение залов для приема пищи. Эта работа будет выполнена к началу лета. Ведется реконструкция актового зала на 350 мест. В прошлом году мы выполнили на 80 процентов уличное благоустройство. Уже построен первый этаж бассейнового комплекса, в состав которого будет входить двадцатипятиметровый бассейн, бальнеоблок и аквапарковая зона с водными аттракционами. Это тоже является составной частью большого проекта расширения санатория. Часть этих работ мы хотим выполнить до осени 2015 года, поскольку в этом году курорту «Озеро Карачи» исполняется 135 лет. В ближайшее время курорт должен приобрести современный вид, в том числе предполагается, что территория поселка и сам санаторий будут оборудованы всем необходимым для людей с ограниченными физическими возможностями.

После окончания работ комплекс будет рассчитан примерно на 450–500 мест в зависимости от размещения. Время окончания реконструкции — 2018 год. Но это не значит, что работа санатория будет приостановлена, строительство и реконструкция будут вестись постепенно, без ущерба для посетителей. Уже к этому лету будет добавлено 130 мест за счет ввода новых корпусов. Задача стоит амбициозная — создать один из крупнейших санаториев не только в Новосибирской области, но и во всей Западной Сибири.

— Кто основной инвестор и какой объем средств планируется вложить в проект?

— Общая стоимость всего проекта составит около 1,5 миллиардов руб­лей. Около 575 миллионов руб­лей будет выделено из федерального бюджета, эти средства пойдут на улучшение инфраструктуры поселка «Озеро Карачи», а также на улучшение автодорожной сети. Существенная сумма будет выделена из регио­нального бюджета, но какая точно, еще неизвестно, вопрос находится в стадии уточнения. А во все остальное, что касается непосредственно самого санаторного комплекса, будут инвестировать ряд инвесторов, которые взвалили на себя эту нелегкую ношу, особенно учитывая сегодняшние экономические условия.

— Какие компании являются частными инвесторами?

— Среди основных инвесторов — ООО «Санаторий Озеро Карачи», ООО «Озеро Карачи», ООО «Карачинский источник» и ООО «Партнер» и ряд других компаний.

— В связи с экономической ситуацией объем инвестиций в проект, вероятно, увеличится?

— Да, скорее всего, расходы на проект возрастут. Инвестиционные процессы, несомненно, повлияли на финансовую составляющую проекта. Вероятно, общая стоимость проекта увеличится, но сейчас трудно сказать, насколько, потому что экономика страны находится только в начале кризисного периода.

— Владимир Федорович, как вы пришли в санаторный бизнес?

— Что касается санаторной деятельности, то намерений заниматься этим до того, как мы приняли такое решение, не было. Курорту 135 лет, зданиям, в которых располагается санаторий, по 70–80 лет, они существенно обветшали, при этом и качество постройки очень низкое. Поскольку в поселке, кроме нашего предприятия, нет больше крупных компаний, то руководство района попросило забрать под руководство всю систему курорта. Мы согласились, в конце 2011 года приступили к работе. Однако когда начали реставрировать здания, то поняли, что некоторые из них нужно просто сносить и строить заново. Мы понимали: это будет связано с большими затратами, но нам пообещали, что региональная и федеральная власть окажет поддержку в развитии курорта, насколько это будет возможно в соответствии с действующим законами.

— Не пожалели, что взялись за этот проект?

— Вначале пожалели… А сейчас, когда уже начали работы, бросать дело на полпути нельзя.

— Как вы оцениваете конкуренцию в санаторном бизнесе, и кто для курорта «Озеро Карачи» является основным конкурентом?

— Конкурентами являются все санатории, которые есть на территории России. И это хорошо, так как есть представление о том, какому уровню должен соответствовать санаторий «Озеро Карачи». Исходя из этого и была разработана программа развития курорта.

— Наверное, есть самые ближайшие конкуренты?

— Если говорить о ближайших конкурентах, то это, конечно, санатории Новосибирской и Омской областей, то есть наши соседи. Естественно, и город Белокуриха. Я снимаю шляпу перед этим курортом, и в особенности перед руководством Алтайского края, которые не допустили развала санаторно-курортной системы региона в девяностые, а, напротив, воспользовались тем, что в соседних регионах эта система рухнула. На 90 процентов в исчезновении санаторно-курортной отрасли, к примеру, в Новосибирской области, вина лежит на профсоюзных руководителях, отвечающих за санаторные комплексы региона. Сегодня в Новосибирске эта отрасль возрождается, но важно, чтобы в целом вся система санаторного лечения стала конкурентоспособной. Одна из приоритетных задач поселка Озеро Карачи — стать серьезными конкурентами для курортов Белокурихи, тем более необходимые лечебные факторы для этого есть.

— Какие это факторы?

— Сочетания таких лечебных факторов, как в поселке Озеро Карачи, больше в России нет нигде. По отдельности они, конечно, встречаются в других санаториях, а в совокупности в одном месте — больше нигде. Это лечебная грязь, раньше она являлась одной из лучших грязей на территории бывшего СССР. Рапа — соляной раствор самого озера, концентрация соли в нем достигает до 270 граммов и по солености оно сопоставимо с Мертвым озером в Израиле. Третий фактор — йодо-бромная вода, которая тоже достаточно редко встречается на территории российских санаториев. Четвертое — карачинская вода. По степени изученности она мало чем уступает водам, которые добываются на просторах Северного Кавказа. Карачинская вода изучается с 1957 года, научную группу в свое время возглавлял академик Казначеев. И пятый фактор — экология: в поселке много зелени, парковая зона составляет 42 гектара.

Объемы потребления 10 ведущих брендов упакованной воды с газом в 2008-2013 годах, млн литров
Динамика продаж пяти ведущих брендов упакованной воды с газом

У партнеров

    Реклама