Пока только план

Николай Проценко
5 апреля 2015, 19:03
  Юг

Импортозамещение, на глазах превращающееся в стержень экономической политики российского правительства, сегодня рассматривается как очередная возможность для модернизации экономики Северного Кавказа. Однако успех может быть достигнут только при создании более соответствующих местным бизнес-реалиям механизмов господдержки и целенаправленной работе государства с уже сложившимися лидерами

Главным итогом прошлого года для Северного Кавказа, безусловно, стало значительное сокращение количества терактов, а также ослабление градуса кавказофобии в российском обществе. Однако эти положительные тенденции не были подкреплены экономическими успехами. У нас ещё нет данных по финансовым результатам крупнейших компаний СКФО за 2014 год, однако, судя по начавшейся несколько месяцев назад волне банкротств ряда региональных предприятий, дела в экономике Северного Кавказа обстоят не лучшим образом. Впрочем, это было ясно ещё по результатам 2013 года, когда убедительный рост в округе показала только оборонная промышленность.

В предыдущем экономическом цикле государство на Северном Кавказе делало ставку на мегапроекты типа туристического кластера или новые крупные предприятия в промышленности и АПК. Но ещё до начала нынешнего кризиса стало очевидно, что эта ставка не сыграла — мегапроекты пришлось корректировать в сторону сокращения, переносить сроки их реализации, а то и вовсе сворачивать. Теперь же основной акцент предполагается сделать на импортозамещении, что можно рассматривать и как отказ федерального центра от прописывания СКФО каких-то специфических рецептов модернизации экономики. По словам министра по делам Северного Кавказа Льва Кузнецова, импортозамещение — это и ключевая задача правительственного антикризисного плана, и главный вызов для СКФО.

Однако региональный бизнес, с которым мы пообщались, настаивает на том, что в политике импортозамещения должны быть более чётко сформулированы приоритеты, а поддержку следует оказывать тем предприятиям Северного Кавказа, которые уже подтвердили свою эффективность.

Список без гарантий

Первоначальный список компаний СКФО, которые могут стать в авангарде импортозамещения, получив господдержку, уже сформирован. Министерство по делам Северного Кавказа совместно с субъектами СКФО отобрало 22 региональных предприятия из девяти отраслей и передало этот список Минпромторгу РФ, предложившему отраслевой формат планов по импортозамещению. Наиболее значительную долю в этом списке занимают энергетическое машиностроение (4 компании) и химпром (5 предприятий), а в региональном разрезе лидируют Ставропольский край и Кабардино-Балкария ( 8 и 6 компаний соответственно).

Но конкретное наполнение списка вызывает немало вопросов. Например, в числе 22 компаний Северного Кавказа, попавших в отраслевые планы по импортозамещению, только две — химический комбинат «Ставролен» и завод «Кавказкабель» — представлены в нашем рейтинге крупнейших компаний СКФО. Ряд лидеров экономики округа, таких как черкесский автозавод «Дервейс», ставропольский концерн «Энергомера», крупнейший российский производитель аэрозолей ГК «Арнест» и некоторые другие, в списке вообще не значатся — в отличие от ряда предприятий, которые пока никак не зарекомендовали себя на рынке.

Причём это не только компании, находящиеся на стадии запуска (например, несколько промышленных предприятий в Чечне), но даже инвестпроекты в разных стадиях реализации (например, строящийся в Кабардино-Балкарии химзавод «Этана» или завод по производству стеклопластиковых труб в Ставропольском крае на нулевом цикле строительства). В то же время в списке оказалось и несколько предприятий среднего бизнеса СКФО с высокой репутацией, например, владикавказский технологический центр «Баспик» или нальчикское ОАО «Телемеханика».

Столь пёстрый состав невольно вызывает аналогии с формированием списка инвестпроектов СКФО, претендовавших на госгарантии правительства РФ по заёмным средствам. В числе проектов, которым распоряжением правительства в октябре 2011 года были предоставлены гарантии, тоже фигурировали и реально существующие предприятия, планировавшие расширение производства, и гринфилды, в том числе откровенно «бумажные». В результате из 20 проектов, представленных в том списке, до реализации дошла где-то половина, а до стадии выпуска продукции на данный момент добрались примерно пять предприятий.

Так что пока отраслевые планы импортозамещения — это всего лишь декларация о намерениях, которая вовсе не означает, что все вошедшие в них предприятия получат поддержку. «Никакой индульгенции, автоматизма предоставления поддержки нет», — заявил, например, ещё в начале февраля глава Минэкономразвития РФ Алексей Улюкаев, комментируя сформированный его ведомством список системообразующих предприятий страны. Кстати, Северный Кавказ в этом списке представлен всего одной компанией — ЗАО «Ставропольский бройлер» (входит в группу агропредприятий «Ресурс»), и это лишний раз наводит на мысль, что округ на уровне экономического блока правительства РФ просто не видят. Единственным лоббистом СКФО в федеральном центре оказывается образованное в прошлом году Министерство по делам Северного Кавказа, но ему ещё нужно набрать аппаратный вес и накопить лоббистский потенциал.

Дилеммы приоритетов

По мнению представителей ряда известных компаний СКФО, которые давно и успешно развивают импортозамещающие производства, самое главное для государства сейчас — это разобраться с приоритетами. Поэтому вице-президент ОАО «Арнест» Владимир Гурьянов не зря напоминает о дискуссии об импортозамещении, которая состоялась в начале года между Минпромторгом и Минэкономразвития. Если первое ведомство исходило из необходимости максимально возможного обеспечения баланса потребностей в товарах отечественного производства, то второе, напротив, настаивало на том, что импортозамещение имеет смысл только в том случае, если речь идёт о замене импорта равным по качеству и цене продукту. «Таким образом, целостной концепции импортозамещения на федеральном уровне мы не видим, — констатирует г-н Гурьянов. — Возможно, Минпромторг попробует реализовать своё представление об импортозамещении явочным порядком в тех отраслях, где велика роль внеэкономических факторов, например, в оборонной промышленности, но в гражданских отраслях некоего единого концептуального представления об импортозамещении пока нет».

Список предприятий, сформированный Минкавказа по лекалам Минпромторга, действительно в большей степени ориентирован на продукцию спецназначения, чем на производство товаров народного потребления. Это позволяет рассчитывать на то, что сохранившиеся ещё с советских времён высокотехнологичные предприятия СКФО будут обеспечены гарантированными заказами и им не придётся постоянно вести борьбу за выживание. В качестве характерной иллюстрации этой борьбы можно упомянуть вошедший в список Минкавказа завод «Терекалмаз» из Кабардино-Балкарии: во время предыдущего кризиса предприятию пришлось организовать на своей территории производство консервированных овощей.

Но обратной стороной господдержки высокотехнологичных импортозамещающих предприятий может стать утрата ими независимости. Например, ещё в прошлом году госкорпорация «Ростех» начала консолидацию радиоэлектронных заводов Северной Осетии (один из них — ОАО НПО «Бином» — вошёл в список Минкавказа), однако эффективность этого начинания оценивается неоднозначно. «Что дал “Ростех”? Перспективный рынок? Перспективные технологии? Переобучение кадров? Встраивание в цепочки? Нет всего этого, — говорит генеральный директор владикавказского технологического центра “Баспик” Сослан Кулов (интервью с ним см. на с. 18). — В результате мы имеем брошенные предприятия. Я сам слышал на уровне заместителей Чемезова (Сергей Чемезов, глава госкорпорации “Ростех”. — “Эксперт ЮГ”): нам бы Москву поднять, какая там Осетия». Даже при чётко определённых отраслевых приоритетах импортозамещения необходимо ещё и правильно отобрать те проекты, которые эффективно воспользуются господдержкой.

АПК в ручном режиме

Несмотря на то, что основной акцент в импортозамещении планируется сделать на несырьевых, в том числе высокотехнологичных товарах, не следует забывать и о сельском хозяйстве, которое в СКФО также далеко не в полной мере реализует свой потенциал. «Сегодня в общероссийском объёме производства этих продуктов (питания. — “Эксперт ЮГ”) доля Северного Кавказа колеблется от 6 до 14 процентов. Этого мало», — напомнил в прошлом ноябре премьер-министр Дмитрий Медведев на заседании правительственной комиссии по социально-экономическому развитию СКФО.

Уже через несколько дней после этого совещания произошла резкая девальвация рубля, которая дала аграриям серьёзный стимул для роста. «Из-за девальвации рубля, отсутствия импорта и высокой инфляции сейчас грех жаловаться, — говорит Ахмед Канаматов, генеральный директор холдинга “Меркурий-Агро” из Карачаево-Черкесии. — До резкого падения курса рубля импортное замороженное мясо в полутушах стоило два евро за килограмм, включая доставку до Москвы, то есть по старому курсу это 90 рублей, а по сегодняшнему — порядка 140. 140 рублей — это цена отечественного мяса, но свежего, а не замороженного. Поэтому появляется возможность увеличивать производство за счёт выпадающего импорта».

Но эффект от девальвации в значительной мере сводится на нет снижением покупательной способности населения, а также высокой долей валютной составляющей в себестоимости продукции АПК. Вместе с падением курса рубля сразу резко подорожали удобрения, комплектующие и запчасти, корма, семена, и далеко не всему этому можно найти отечественные аналоги. Хотя там, где они есть, выгода действительно получается очень внушительная. Например, по словам Ахмеда Канаматова, при использовании отечественных семян вместо импортных разница в цене составляет более чем пятикратная, а по урожайности наши семена уступают не более чем на 10%. Однако пока таких примеров немного.

Уже традиционными стали и проблемы с выплатой аграриям субсидий и дотаций. «О рентабельности мы забыли, нам бы выжить, — говорит руководитель животноводческой компании “Мастер-Прайм. Берёзка” из Северной Осетии Лариса Бекузарова. — Нам не предоставили дотации на молоко за четвёртый квартал прошлого года, а в третьем квартале были гроши. Мы по-прежнему не видим осмысленной политики поддержки отрасли, только слышим речи с высоких трибун».

Характерно, что проблемы с субсидиями для АПК признают сами власти. В конце марта на совещании в правительстве Ставропольского прозвучала такая цифра: только 18% сельхозпроизводителей получили реальные деньги, несмотря на то, что средства так называемой несвязанной поддержки были переданы муниципалитетам в полном объёме.

Но, пожалуй, главной проблемой аграриев Северного Кавказа является то, что все сравнительно значимые проекты в отрасли реализуются исключительно в режиме «ручного управления», причём самые большие риски связаны с главным фактором производства — землёй. «Мы на протяжении нескольких лет не можем получить от республики каких-то полторы тысячи гектаров земли для расширения нашего проекта, — сетует Лариса Бекузарова. — Нам пришлось выходить напрямую на министерство по делам Северного Кавказа, и сам Лев Кузнецов при журналистах сказал: я буду добиваться, чтобы помощь вам была оказана».

Это лишь одна история, демонстрирующая, насколько сложно аграриям Северного Кавказа «достучаться» до властей, и здесь опять возникает вопрос приоритетов. «Нынешний кризис  залить деньгами не получится, — констатирует один из наших собеседников в отрасли. — У нас критически не хватает собственных технологий, и чтобы двигаться дальше, нужно по всем отраслям определиться с направлениями точечной поддержки, а не так, как сейчас это происходит в АПК — через субсидирование процентной ставки. Значительная часть субсидий достаётся неэффективным хозяйствам: кто-то не доводит проекты до конца, кто-то получает не тот результат, который планировался, а в результате деньги уходят в дыру. Господдержку нельзя размазывать тонким слоем по всем направлениям».

Виртуальная конференция: Как вы считаете, может ли нынешний кризис оказать на бизнес СКФО стимулирующее воздействие? Есть ли уже примеры того, что компании округа демонстрируют признаки ускорения? 

 konferenciya1.jpg

Виктор Кузьменко, управляющий филиалом ОАО «Банк ВТБ» в Ставрополе:

— Если говорить о бизнесе наших заёмщиков, то мы отмечаем, что для ряда региональных компаний сложившиеся экономические условия открывают новые возможности для развития. В первую очередь это касается предприятий, которые получили шанс занять освобождающиеся рыночные ниши в рамках программы импортозамещения. К примеру, крупный региональный производитель минеральных и питьевых вод, компания «Старый Источник», в первом квартале года показал двадцатипроцентный рост выручки по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, существенно выросла рентабельность их деятельности. В этом году банк ВТБ акцентирует внимание на финансировании именно таких компаний.

 konferenciya3.jpg

Вячеслав Битаров, генеральный директор группы компаний «Пивоваренный Дом “Бавария”» (Владикавказ):

— В 2008 году нас поразил кризис банковской системы. А в настоящее время события развивались из политического кризиса, который и привёл к затруднительному положению в экономике государства. В определённом смысле сложившаяся ситуация положительно сказывается на деятельности нашего предприятия. Это в особенности касается проектов сельскохозяйственного направления. Западные компании, которые присутствуют на российском рынке семеноводства, из-за введённых ограничений вынуждены искать партнёров среди отечественных компаний, чтобы заниматься здесь первичным семеноводством, а не завозить первичный семенной материал из-за рубежа. Это позволяет нам сегодня заключать договоры на производство первичных семян с крупными и авторитетными игроками картофельного рынка. А это означает не просто получение заказа и соответственно работу — это прежде всего опыт взаимодействия, который позволит нам в дальнейшем расширять и совершенствовать своё производство.

 konferenciya2.jpg

Сулайман Решиев, д.э.н., заведующий отделом экономики и права ИГИ Академии наук Чеченской Республики:

— В период мирового финансового кризиса 2008–2009 годов наша республика смогла восстановить и развить базовые отрасли экономики в основном благодаря федеральной целевой программе «Социально-экономическое развитие Чеченской Республики на 2008–2012 годы». Благодаря своевременно принятым мерам в республике начали работать современные высокотехнологичные производства среднего бизнеса, среди которых ООО «Лидер-А» (производство и переработка сельхозпродукции), ООО «Чеченские минеральные воды» (производство и розлив минеральной воды и безалкогольных напитков), ОАО «Чеченавиа» (авиоперевозчик), ОАО «Чеченавто» (сборка легковых автомобилей), ООО «Грозный-Сити» (девелоперская компания), ООО «Ведучи» (туристический кластер) и другие. Сегодня эти предприятия активно участвуют в решении задачи импортозамещения на внутреннем потребительском рынке региона.

Сергей Юнг, директор обувной фабрики «Обувь России» в Черкесске:

— На мой взгляд, более активно будет расти сфера туризма: уже заметен наплыв большего числа туристов, чем в предшествующие годы. Если говорить о других отраслях, более сложных, требующих создания новых производств с долгими сроками окупаемости, то здесь ситуация несколько иная. Структурные изменения и появление новых высокотехнологичных предприятий прежде всего связаны с доступностью длинных и недорогих кредитных ресурсов. Это сейчас крайне важно, так как стоимость оборудования и технологий значительно возросла, потребность и объём оборотных средств увеличились на фоне общего спада потребления. Однако в нынешней ситуации для ряда компаний, особенно для среднего бизнеса, ограничен доступ к кредитным ресурсам даже на пополнение оборотных средств, не говоря уже о финансировании производственных проектов. Поэтому разработка и внедрение инструментов, которые позволят инвесторам привлечь средства на развитие новых проектов в округе, для региональных властей — ключевая задача.