Призрак глобализма

Вера Холмогорова
24 мая 2007, 14:24

Российские политики и американские профессоры обсудили перспективы глобализации. Получилось, что глобализация должна быть справедливой, Россия -- сильной, а демократия – суверенной.

Международная конференция «Глобализация, структурные изменения и роль государственных образований» прошла вчера в московском «Президент-отеле». Организаторами мероприятия с одной стороны выступил Институт общественного проектирования, с другой – Школа государственного управления имени Дж. Ф. Кеннеди при Гарвардском университете. Состав участников оказался крайне представительным – депутаты Госдумы, члены Общественной палаты, профессоры МГИМО, шебутные и веселые активисты молодежных движений и даже один замглавы администрации президента.

Несмотря на изнуряющую жару за окном, дискуссия получилась живой, а главное -- крайне дружеской. Российские консерваторы быстро нашли общий язык с американскими либералами, последние не стеснялись в резких выражениях относительно политики Джорджа Буша и обещали – будет людям счастье, взаимное понимание и уважение между государствами и никакого однополярного мира.

Открывая конференцию, директор ИНОПа, главный редактор журнала «Эксперт» Валерий Фадеев отметил, что мы не впервые сталкиваемся с процессами глобализации, более того, наша страна в свое время сама выступила создателем идеи подобного надгосударственного образования – III Интернационала. Однако разочарование в этих идеях неизбежно оборачивалось катастрофой, и не приведет ли нынешняя глобализация к новым серьезным потрясениям?

С первого же доклада американского профессора Дэвида Кинга, заместителя директора Института политики Школы Кеннеди, стало понятно, что не приведет -- если будет осуществляться справедливо, с учетом особенностей развития каждой страны. Уделив достаточное внимание отношениям своих сограждан с государством и даже дополнив речь небольшим музыкальным сопровождением -- для иллюстрации глубокого индивидуализма американцев он спел английский гимн «Боже, храни королеву» и американский «Господь наш король», -- Кинг подчеркнул, что господствующий сейчас в США подход к внешней и внутренней политике слишком самонадеянный и недальновидный. Новому поколению американских политиков еще только предстоит это понять -- будущее должно основываться на взаимопонимании и взаимоуважении государств. Штаты – действительно огромная, мощная страна, однако это вовсе не означает того, что у них есть право вмешиваться в дела всего мира и навязывать свою волю.

Мысль профессора, но уже с учетом особенностей нашей страны, продолжил депутат Владимир Плигин. Глобализация – это объективный процесс, «ее нельзя победить или от нее уклониться – можно, с одной стороны, искать способы минимизации от столкновения с ней, с другой – извлекать возможные выгоды, -- сообщил он. -- Именно такой должна быть наша позиция при оценке влияния глобализации на Россию».

 pic_text1 Фото: Митя Алешковский
Фото: Митя Алешковский

Парламентарий подчеркнул, что многие, рассуждая о мировой интеграции, рассматривают суверенное государство как «жертвенное животное», мол, надо стереть все границы, и наступит мир и благоденствие, однако «если эту жертву принести, проблем будет только больше». Глобализация не должна быть «инструментом создания единого центра управления», наоборот -- мировой плюрализм, «признание разнозначными политических и социальных ценностей друг друга» -- вот что даст, с одной стороны, возможность минимизировать угрозы, с другой -- использовать те огромные возможности, которые дает сильным государствам глобализация. Не нужно разрушать государства, наоборот, надо вести диалог, «нам есть что обсуждать», резюмировал Плигин.

Присутствующим тем временем не давал покоя факт наличия в зале замглавы администрации президента Суркова. С докладом он не выступал, слушал, и молодежь активно о чем-то перешептывалась, глядя на него. Обстановку несколько разогрел представитель СПС Борис Надеждин.

-- Я вот очень люблю и Россию, и суверенную демократию. Но может ли сильное в мире государство не представлять из себя авторитарный режим? – вопрос был обращен к Плигину, однако Надеждин быстро сообразил: -- Если Владислав Юрьевич в конце скажет, тоже будет отлично.

По лицу Суркова скользнула улыбка, молодежь зашепталась еще сильнее.

-- Концепция суверенной демократии – это прежде всего концепция демократии, -- произнес он. – Сильное государство – это самоуправление свободных людей,  в этом и заключается основной смысл суверенной демократии. Поэтому мой ответ – да, безусловно, да, но с учетом национальных традиций.

-- Любая демократия нуждается в новом понимании местных патриотов, -- вдруг присоединился к замглавы профессор Кинг. – Российская демократия и российские институты должны определить свой путь в истории, поэтому когда американцы читают вам лекции о демократии, можно немного приглушить громкость.

-- Замечу, что сказал это не заместитель руководителя администрации президента, а гарвардский профессор, -- не без ехидства заметил Фадеев. Зал явно был в восторге от такого поворота дискуссии. Пришли поговорить с американцами о глобализации, а получилось, что о суверенной демократии, впрочем, ведь никакой нормальной глобализации без нее и быть не может -- это становилось практически очевидным.

Вскоре, так и не выступив, Владислав Сурков решил покинуть зал. Целая толпа журналистов и молодежи хлынула за ним к выходу, перекрикивая друг друга, стараясь задать каждый свой вопрос и найти поддержку. «Я люблю суверенную демократию», -- сияли на их груди кругленькие значки.

-- Владислав Юрьевич, я комиссар движения «Наши», что мне делать, меня в моем вузе считают наймитом, говорят, что я за деньги продался, -- кричал ему вслед какой-то паренек в красно-белой рубашке.

 pic_text2 Фото: Митя Алешковский
Фото: Митя Алешковский

Уже в фойе «Президент-отеля», отвечая на вопросы журналистов, Сурков заметил, что «вообще не понимает антиглобализма». «Глобализация должна проходить по справедливым правилам, но она неизбежна», -- сообщил чиновник. Причем с этими «справедливыми правилами» согласятся «после некоторых размышлений» и Соединенные Штаты -- демократический вариант глобализации реален, но на пути к нему много кризисов. Что же касается России в этих процессах, то «чтобы в долгосрочной перспективе быть успешной страной, нужны сегодняшние действия -- борьба за экономические интересы и политическое влияние».

Политики и ученые тем временем продолжили обсуждение глобализации, без жарких споров и явных противоречий. Телеведущий Феликс Разумовский, например, отметил, что глобализация только тогда начинает представлять угрозу, когда она из технической сферы переходит в идеологическую. Глобализация угрожает нашей культуре, и «нужно поставить вопрос о возрождении русского мира». Валерий Фадеев на это возразил, что, говоря о культуре, не стоит чересчур предаваться охранительскому пафосу: «Мы должны превращать нашу культуру в материю, не охранять ее, а наоборот, предлагать ее миру даже с некоторой агрессией». А политолог Вячеслав Никонов предложил поразмышлять, какие институты могли бы поддерживать мировой порядок и каким мог бы быть «объединенный мир».

Многие докладчики упрекали либеральных американских профессоров в излишней благостности их теорий: США не нужна такая глобализация, которую мы предлагаем, мы к ним с мировым плюрализмом, а они к нам с комплексами ПРО и претензиями, кто разогнал «Марш несогласных».

Партийная молодежь, любящая поорать что-нибудь про «подлиз Кондолизы», старалась держать себя  в руках и даже задавать умные вопросы.

-- А мы не только изучаем канонические тексты, но и сами пишем нечто подобное «Манифесту коммунистической партии», -- гордо заявил какой-то юноша в ответ на похвалы американского профессора-антрополога в адрес марксизма.

-- Быть может, вы все-таки будете писать что-то попроще, а то больно проблем было много после коммунистического манифеста? -- спросил Фадеев.