Вялые отношения

Екатерина Шохина
4 июня 2009, 21:51

Первый день форума показал, что подвижки в международном сотрудничестве не так велики, как хотелось бы. По заявлению зарубежных чиновников и бизнесменов, инвестировать в Россию им по-прежнему мешает не кризис, а непредсказуемость и неуверенность в будущем.

Первый день работы XIII Международного экономического форума был посвящен обсуждению международных экономических отношений с Европой, Америкой и арабским миром.

Как справедливо отметил глава РСПП Александр Шохин, интерес участников форума как с российской, так и с зарубежной стороны к теме международного сотрудничества был огромен. Просторные залы, где проходили заседания, с трудом вместили всех участников и слушателей. В то же время никаких конкретных стратегий и решений принято не было. Как шутливо отметил министр образования и науки Андрей Фурсенко, «стабильность отношений у нас на очень хорошем уровне – каждый год я слышу одно и то же. Трактовать это можно двояко – то ли у нас так все хорошо, что и менять нечего, то ли мы уже не верим, что можно что-то изменить». Отсутствие серьезного прогресса в международных отношениях отметили и другие участники форума.

«У меня такое ощущение, что сложился набор вечных вопросов, которые мы обсуждаем. Их два: вступление России в ВТО, а также подписание нового соглашения о сотрудничестве РФ и ЕС. Появилось ощущение какой-то безнадежности. Слова о том, что в текущем году нам удастся завершить переговоры по ВТО, мы слышим уже с 2002 года», – отметил глава госкорпорации «Роснано» Анатолий Чубайс. По его словам, в этом году отмечается 16-я годовщина переговоров России по вступлению в ВТО. «17-й „юбилей” нам не нужен. Иначе переговоры превращаются в бесконечность», – считает Чубайс.

Как заявил заместитель главы МИД РФ, спецпредставитель президента РФ по Ближнему Востоку Александр Салтанов, имеющиеся возможности не реализуются даже на три четверти. «Идей много, они обсуждаются, но на практике результатов не видно», – констатировал он, напомнив, что весь объем экономических связей между Россией и арабским миром составляет всего около 8 млрд долларов. «Эта цифра сравнительно небольшая», – заметил он.

Российская сторона ждет от международного сотрудничества доступа к деньгам, инвестициям, технологиям и зарубежным активам. В то же время иностранцы больше нацелены на продвижение своих товаров на российский рынок, но не отказываются и от полноценного сотрудничества.

Так, комиссар Евросоюза по торговле Кэтрин Эштон отметила, что кризис вынуждает государства помогать бизнесу, но главное, чтоб эта помощь не носила характера жесткого протекционизма – не создавала барьеров в торговле. Она отметила, что России и ЕС выгодно сотрудничать в экономическом плане, чтобы достойно выдержать конкуренцию с возникающими на фоне кризиса новыми экономиками, например Китаем.

Что же касается инвестиций в Россию, то они возможны и интересны европейцам даже в кризис, но сдерживает их недостаточное доверие, неуверенность предпринимателей в будущем в России.

Российские бизнесмены в ответ посетовали на протекционизм европейских стран. Владелец группы «Ренова» Виктор Вексельберг обрушился с критикой на политику западных банков, которые предоставляют заемщикам из России кредиты под худшие условия, чем для нероссиян. Но дело тут не только в действиях банкиров, речь идет о своеобразной форме протекционизма, причем на государственном уровне, считает бизнесмен. «Если российский заемщик приходит в западный банк, он получит условия хуже, чем зарубежный. Несмотря на то что у него вполне может быть лучшая кредитная история. Это тоже форма протекционизма, и теперь государства не смогут говорить, что не имеют к этому отношения, учитывая их резко возросшую роль в банковской системе», – заявил предприниматель. Протекционизм чувствуется и в доступе россиян на европейские рынки. «Российские компании вынуждают продавать в Финляндии электричество в восемь раз дороже, чем его продают местные операторы», – посетовал Вексельберг.

Он также покритиковал ЕС за медленное движение в переговорах по сотрудничеству с Россией. «Европа все-таки буксует в достижении тех договоренностей, которые, безусловно, являются выгодными. Темпы и скорость, которыми мы двигаемся, отодвигают нас от перехода на новый качественный уровень», – сказал он.

Но если экономическое сотрудничество между Россией и ЕС все же продвигается, в первую очередь благодаря инициативе бизнеса, то сотрудничество с США пока недостаточно ощутимо. По мнению Виктора Вексельберга, отчасти этому способствуют и прохладные политические отношения двух стран.

В то же время президент американской торговой палаты в России Эндрю Сомерс, так же как и Эштон, сообщил, что инвестиции в российскую экономику со стороны США увеличились бы, если бы Россия стала более транспарентной и предсказуемой.

Фурсенко добавил, что одним из ограничений для прихода американского капитала и американских компаний в Россию является неготовность российского персонала к реализации задач, стоящих перед бизнесом. Еще одной проблемой министр считает серьезные ограничения по готовности к инновациям, причем не технологическим, а организационным и некоторым иным. Не в полной мере, как отметил министр, реализуется «обмен людьми, идеями, капиталами». «Это связано не с недоработками законов в России, а потому что они не в полной мере воспринимаются и используются нашими партнерами», – считает Фурсенко.

В то же время, по его словам, есть и положительные примеры, которые показывают, что «если есть желание и готовность, то и законодательства хватает, и экономические проблемы не такие сложные». Например, в России успешно работает компания Intel. Главное – это психологические барьеры, резюмировал министр.

Представители американского бизнеса в лице Intel выразили свою готовность углублять сотрудничество с Россией – обмениваться венчурным капиталом и инновациями.

Таким образом, в ходе разговора в очередной раз были перечислены факторы, мешающие международному сотрудничеству. И все они не новы. Вопрос о том, будут ли в результате выработаны какие-то совместные конкретные решения, остался открытым. Между тем, отметил декан факультета мировой экономики и мировой политики ВШЭ Сергей Караганов, сегодня как никогда нужно приложить все усилия к максимальному улучшению международных отношений, поскольку «после кризиса начнется война за инвестиции по всему миру и привлечь их будет еще сложнее, чем сейчас».