Куда Россия вышла из рецессии

Анна Королева
корреспондент Expert.ru
16 марта 2021, 12:21

Экономисты ВШЭ пришли к выводу об окончании в России экономического кризиса, указывая на рост ВВП и инвестиций и прогнозируя «некоторую индустриализацию», а также еще ряд тенденций. Аналитики соглашаются, опасаясь при этом, отказ даже от тех нещедрых мер господдержки, которая предоставлялась в 2020-м году, способен поставить под сомнение перспективы экономического роста

Коллаж: Тамара Ларина

Удачная гипотеза

«Гипотеза» о том, что «кризис уже завершился», выдвинута в очередном исследовании «Комментарии о государстве и бизнесе» Центра развития НИУ ВШЭ, опубликованном 15 марта (авторы Валерий Миронов и Алексей Кузнецов). Рост и ВВП, и инвестиций наблюдался уже в третьем и четвертом кварталах 2020 года, отмечают экономисты, ссылаясь на оценки НИУ ВШЭ, согласно которым ВВП вырос квартал к кварталу на 4,2 и 1,7%, а инвестиции в основной капитал — на 1,2 и 0,4%

«Рост основных макропоказателей в течение двух кварталов подряд в конце 2020 года формально позволяет говорить об окончании рецессии в России уже к началу 2021 года», — говорится в докладе.

Там также отмечают краткость и небольшую глубину спада инвестиций: -1,4% к 2019 году и спад на продолжении двух кварталов, что выгодно отличает нынешний (или уже минувший?) кризис от таковых в 2008–2009 и в 2014–2015 годах. Отмечено, что преобладающие в экономике России крупные предприятия реализуют и крупные инвестиционные проекты, которые «просто не успели отреагировать на ухудшение экономической конъюнктуры». Есть и другое объяснение: эффект низкой базы, поскольку «еще до пандемии в России имело место существенное замедление инвестиционного процесса».

Укрупненный отраслевой анализ в основном позволяет увидеть, кто и как пережил кризис.

Таблица. Инвестиции в основной капитал в 2020 г. в разрезе основных (укрупненных) видов экономической деятельности

Отмечены также ожидаемо хорошие показатели у фармацевтики (прирост инвестиций составил 83% к 2019 году) и здравоохранения. В секторе АПК, при общем снижении динамики, инвестиции в производство пищевых продуктов выросли (+6,8%). При этом российский агропромышленный комплекс «на фоне ослабления рубля и возникновения в 2020 году дефицита продовольствия в ряде стран мира» усилил внешнюю экспансию, констатируют авторы (хотя, заметим, и получил за это «по шапке» от начальства, увидевшего в экспорте причину роста цен на продукты в магазинах).

Интересен прогноз о хороших перспективах тех сегментов экономики, «которые будут трансформироваться на фоне весьма вероятной в ближайшие годы серьезной перестройки глобальных цепочек стоимости». Подробно это не расшифровывается, делается лишь (в целом характерный для этой экономической школы) вывод о том, что «в условиях роста неопределенности... инвестиции в фундаментальные и поисковые исследования и связанные с ними инвестиции в высшее образование и здравоохранение являются наиболее беспроигрышными долгосрочными (на 10 лет и более) вложениями для развития страны».

Одновременно исследователи обратили внимание и на тренд на реиндустриализацию. «Усиливающийся решоринг» (репатриация производства), говорится в докладе. Они прогнозируют переход от инвестиций в крупные производства к «более распределенному производству», которое опирается на компактную физическую и цифровую инфраструктуру. Оговаривается также, что эти тренды не означают отказа «от ускоренного развития сферы услуг» (как соответствующей более сложным потребностям и способной поглотить больше рабочей силы, чем сектора с быстрым ростом производительности труда).

Интересное объяснение дано небольшим объемам прямой бюджетной помощи субъектам хозяйства в РФ на фоне пандемии. Это смягчение Центробанком кредитных требований заемщикам и банкам, а также поддержка им рынка ценных бумаг. Отмечается, что в силу этого «в 2020 г. не произошло падения суммарного объема источников инвестиций», за исключением ПИИ, которые, впрочем, упали во всем мире. Отмечено также, что в минувшем году «в России наблюдался максимальный прирост объема выпущенных долгосрочных облигаций нефинансовым сектором экономики, который превысил 1,5 трлн руб. и был выше уровня 2016–2017 гг.».

Отмечая скупой характер поддержки МСБ (напрямую — «всего более 104 млрд руб., то есть около 2% от совокупного объема инвестиций в сфере малого бизнеса и неформальной деятельности в 2020 г.»), авторы доклада считают это если и оправданным теми или иными причинами, то все же недостаточным на будущее.

«Основными ограничениями для экономического роста, а значит, и инвестиций, судя по опросам предприятий Росстатом, остаются неопределенность экономической ситуации, слабый внутренний спрос и высокий уровень налогообложения», — говорится в докладе. Там также прогнозируется, что «серьезного оживления инвестиционной активности (5% в год и более) можно ожидать не ранее 2022 года» — при продолжении восстановления экономики и отсутствии третьей волны пандемии,

Рецепт относительного успеха может оказаться формулой яда

Технически рецессия определяется тогда, когда ВВП страны оказывается на нулевом или отрицательном уровне в течение двух кварталов подряд, как это было в прошлом году на фоне пандемии, напоминает аналитик УК Альфа-Капитал Денис Бадьянов. Причем этот процесс отмечался не только в России, но и в других странах, где падение ВВП было рекордным за десятки лет. Например, ВВП США в первом и втором кварталах рухнул на двузначные цифры, побив рекорд Великой депрессии 1929 года. В России такого резкого сокращения ВВП не произошло, что означает более высокую степень устойчивости отечественной экономики к потрясениям за счет снижения зависимости от импорта, стабильности национальной валюты и низкого уровня инфляции, полагает аналитик.

То, что ВШЭ регистрирует рост ВВП в течение последних месяцев — это статистическое отражение реальных процессов, когда восстанавливаются отрасли и потребительский спрос в стране. Поэтому, уверен Денис Бадьянов, основываясь на цифрах, можно действительно говорить о завершении рецессии в экономике России. В дальнейшем, по мере снятия ограничений для секторов, вакцинации населения и других процессов можно ожидать, что рост ВВП будет набирать обороты. По разным прогнозам (включая МВФ и Всемирный банк), по итогам этого года прирост ВВП России может составить 3-3,1%, что окажется выше среднемировых показателей.

В 2020 Россия вместе со всем миром пережила полноценный экономический кризис, вызванный внесистемным эпидемиологическим фактором, констатирует преподаватель кафедры финансовых дисциплин Высшей школы управления финансами Анатолий Гожий. Особенности организации нашего общества (как фундаментальные экономические, так и социальные), позволили, преодолеть последствия пандемии быстрее и эффективнее большинства развитых стран, говорит он.

По словам аналитика, преобладание крупного производства, незначительная доля малого и среднего бизнеса, а также слабая краткосрочная зависимость экономики от потребительского рынка, позволили максимально использовать возможности вертикального институционального регулирования хозяйственных процессов. В условиях недостаточной развитости рыночных механизмов, системы избирательных (она же адресная) мер поддержки, оказалось вполне достаточно для преодолению кризиса и для локального выхода из рецессии уже в первой половине текущего года.

Следует признать, говорит Анатолий Гожий, что в целом сочетание рыночных и административных методов регулирования оказалось адекватно экономическим реалиям России. Однако, следует учитывать, что достаточно быстрый выход из рецессии, отнюдь не гарантирует дальнейшего поступательного движения российской экономики и не исключает рисков возвращения к низким темпам роста. Следует принять во внимание, что негативные факторы, накопленные в период кризиса, сохраняются и в восстанавливающейся хозяйственной структуре.

Экономия на социальных расходах, что во многом предопределило эффективность правительственных мер, может уже в ближайшей перспективе привести к полноценному кризису спроса. Сворачивание же мер поддержки малого и среднего бизнеса и увеличение налогового бремени, в совокупности с переходом к нейтральной (она же по сути жесткая) денежно-кредитной политики, способны снизить инвестиционную активность. Все это, уверен эксперт, повышает риски обратного сползания в рецессию и требует продолжения мер активного стимулирования экономики и поддержки потребительской активности населения.