Заслуженный отдых

Сергей Мостовщиков
16 октября 2000, 00:00

Довольно интересные впечатления Ельцина Б. Н.

В продажу поступила новая книжка Бориса Ельцина, выпущенная на русском языке московским издательством "АСТ". Это увесистая, напечатанная на хорошей бумаге книжка объемом 428 страниц. Называется "Президентский марафон. Размышления, воспоминания, впечатления". Стоит 200 рублей.

В самом начале прошлой недели, когда книжку завезли в крупные московские магазины, происходило какое-то безумие. Купить ее, несмотря на цену, было нереально. "Марафон" смели с прилавков, в магазине "Библио-Глобус" желающих записывали в специальную тетрадку, как на покупку мебельной стенки "Ольховка" в голодные годы. Отдел распространения издательства "АСТ" превратился в штаб обороны Москвы. Звонили рядовые граждане и крупные начальники, говорили: ну дайте ж книжку почитать-то.

Крайнее любопытство к очередному, третьему по счету, произведению писателя вызвано, надо думать, не популярностью жанра дневников известных людей, не болезненной тягой российского общества к откровениям политической элиты и даже не каким-то особенным интересом к противоречивой личности автора. Просто работа над книжкой, что называется, была проделана большая. Каждому человеку в России пришлось слишком много потрудиться, слишком много пережить, а кое-кому так просто свихнуться или помереть, чтоб у Бориса Николаевича Ельцина получилась эта вот книжка. Все отдали ей по восемь лет своей жизни. Конечно, теперь любопытно взглянуть - что там такое?

Ну и что там такое? Как сказать? В общем, не Библия, нет. Однако ж и не набор заклинаний для сеансов черной магии. Книжка устроена просто, и главное - беззлобно. Крупный комфортный шрифт, много фотографий. Повествование ведется от первого лица в простой хронологической последовательности. Грамотным русским языком довольно искренне рассказывается о жизни сильного, сомневающегося и не очень здорового человека, прожитой с момента его последних выборов на ответственную работу до выхода на пенсию.

Незатейливую композицию, выбранную писателем, многие могут воспроизвести по памяти, даже не тратя 200 рублей. Убийственно низкий рейтинг автора накануне выборов - непростое решение баллотироваться - приход в политику дочки Тани - победа - операция на сердце - конфликт с подозрительными генералами Коржаковым, Лебедем и проч. - свежий ветер перемен в исполнении Чубайса и другой демократической молодежи - воспаление легких - Черномырдин - Кириенко в очках - экономический кризис - хитрован Примаков - голозадый Скуратов - отставка Примакова - Лужков, паршивец, в кепке - Чечня, наша общая боль - последний саммит в Стамбуле - партия "Единство" - единственно возможный Путин - прощальное новогоднее обращение к трудящимся. Плюс к этому, конечно, встречи с друзьями Рю, Колем, Биллом, Жаком и Шираком, Косово, наша общая боль, и немного СНГ. Все.

Особенных сенсаций, собственно, три. Слова "я никогда не любил и не люблю Бориса Абрамовича", признание в том, что Чубайс - большевик, и рецепт ухи, приготовляемой в Завидово (десять сортов рыб варятся в ведре, перед подачей на стол в уху окунается раскаленная головешка, очень вкусно). Следует, конечно, отметить еще и новую лексику, появившуюся у автора после выхода на пенсию: Ленина Ельцин называет мумией, а также свободно пользуется по ходу повествования словами "капитализм", "Чак Берри" и "Связьинвест".

В остальном все - детали, порою очень даже интересные. Что вот все говорят Семья, а это просто семья, что вот дочка Таня, она хороший, искренний человек, он любит ее. Что вот все издеваются, что он-де дирижировал оркестром в Германии, а он просто сорвался, и ему тоже было сначала стыдно, а потом - нет. Что вот ходил он с английской королевой в театр и смотрел на ее корону, а в этой короне что-то есть такое, что он объяснить не может, но история потом рассудит. Что это очень тяжело - решать судьбы людей, терять друзей, казавшихся надежными, что легко награждать и трудно миловать. Что вот все винят его, что он денег украл много, а он-то не украл ничего.

Как относиться к этому? Да черт его знает. Скорее хорошо, чем безжалостно. Вряд ли Борис Николаевич Ельцин рассчитывал перевернуть своей новой книжкой мир. Он написал не учебник жизни, а скорее учебник астрономии. Задумывая свой труд, автор, наверное, хотел простыми словами объяснить людям, как непрост механизм государственной власти в России, как холоден и мрачен наш политический небосклон. Всем нам, смотрящим на звезды, следует знать, что бытие в небесных сферах сопряжено с одиночеством, нравственными страданиями, ошибками и непониманием народа. Как пишет Борис Николаевич, с почти детской верой людей во всесилие власти, которая на самом деле может далеко не все.

В этой части размышлений автора, собственно, и кроется самый обидный парадокс. За восемь последних лет многие у нас тут немножко подросли и отчасти догадываются, что власть на самом деле может еще гораздо меньше, чем думает Борис Николаевич. Что же касаемо трудностей управления, то тут вообще никаких объяснений не нужно. Даже для починки унитаза от человека требуется определенное гражданское мужество, что уж говорить о руководстве страной. Главный вопрос-то в другом: какой именно страной так драматично, так искренне и так неординарно руководил все эти годы автор книги, Борис Николаевич Ельцин? Той, в которой мы живем, или той, о которой он пишет?

Вообще в процессе чтения книжки иногда кажется, что автор и сам пытается разобраться, что это за Россия такая, где она, чем живет, чего хочет, кто ее изменит к лучшему, как именно и надо ли это вообще. Но он так и не приходит ни к какому окончательному заключению. Он, наоборот, уходит от нас, оставив свое знаменитое новогоднее обращение с искренней просьбой простить его, если что не так. Уходит куда-то туда, на окраины своей страны, загадочной и непостижимой, где ждут его встречи с бывшими соратниками, одиночество, казенные обеды, мебель хозуправления, пожизненная охрана, телевизор, охотничьи ружья, напольные весы и стакан кефира на ночь. До свидания, Борис Николаевич! Надеемся, мы помогли вам в работе над вашей книгой. Будьте и вы здоровы и счастливы. Нам же теперь некогда. Нам надо приступать к работе над следующими воспоминаниями, размышлениями и впечатлениями. У нас тут теперь новый автор.