"ЦентрКредит" - банк для малого бизнеса

28 апреля 2003, 00:00

На вопросы "Эксперта" отвечает председатель правления банка "ЦентрКредит" Владислав Ли

- На какую клиентуру ориентируется ваш банк?

- Мы в стратегическом плане определили свою целевую группу - это предприятия малого и среднего бизнеса, а также физические лица, имеющие возможность делать достаточно большие вклады. Честно говоря, это, конечно, довольно размытое позиционирование на рынке, но на самом деле ситуация сложилась простая.

Мы примерно пятый банк в Казахстане по размерам активов. Наш потенциал определяется возможностью выдавать в одни руки кредиты размером до десяти миллионов долларов. Сегодня для нас недоступны крупнейшие предприятия, потому что у них кредитные потребности исчисляются десятками миллионов долларов, а мы не можем себе позволить такой риск. Поэтому на данном этапе наши приоритеты лежат в сфере малого и среднего бизнеса. Но любой средний банк мечтает вырасти до обслуживания крупных компаний.

А чтобы прорваться наверх, да и просто для того, чтобы сохранять возможность выдавать по десять миллионов долларов в одни руки, нужно иметь хороший запас ликвидности. Сейчас первоочередная задача, которая стоит перед каждым казахским банком, - это, конечно, увеличение собственного капитала. Казахстан ведь страна не очень большая с точки зрения емкости рынка, и здесь немного инвесторов, которые могли бы поучаствовать в капитале банков. На фондовый рынок тоже надеяться не приходится - практика показывает, что фондовый рынок хорошо развивается только в больших масштабах. Поэтому у нас этот механизм пока не очень хорошо работает.

К счастью, в Казахстане реформа финансового сектора началась достаточно давно, и за последние годы мы вырастили ряд своих национальных инвесторов. В первую очередь в лице пенсионных фондов, которые сегодня являются одним из важнейших инструментов капитализации всего финансового рынка Казахстана.

- То есть выходит, что толчком для роста банковского бизнеса стала пенсионная реформа?

- Это не так, потому что именно банки стояли у истоков рождения пенсионных фондов: все крупные пенсионные фонды в свое время были учреждены банками. Например, есть пенсионный фонд Народного банка, он самый большой после Государственного пенсионного фонда. Банк "ТуранАлем" владеет двумя пенсионными фондами, Казкоммерцбанк тоже участвовал в создании крупного пенсионного фонда. Мы в прошлом году создали свой пенсионный фонд "Капитал", в котором имеем сегодня достаточно большую долю. И это взаимноинтегрированный процесс, потому что и у пенсионных фондов существует проблема капитализации: они должны обладать достаточно большим капиталом. И эту капитализацию им обеспечивают в первую очередь банки. А потом уже банки начинают использовать, не в прямую, конечно, средства пенсионных фондов для дальнейшей собственной капитализации. Поэтому сегодня банки и пенсионные фонды - это две опоры, на которых держится весь финансовый рынок Казахстана.

Кроме того, в прошлом году Казахстан от рейтингового агентства Moody`s получил инвестиционный рейтинг, и это делает казахские банки привлекательными для зарубежных источников финансирования. Прежде всего тех, которые заинтересованы в институциональном развитии финансового сектора - ЕБРР, Международная финансовая корпорация. Кроме того, некоторые иностранные банки уже выражают желание быть акционерами казахских банков.

- А не боитесь потерять независимость национальной банковской системы?

- Конечно, есть такие опасения. Когда в начале девяностых годов формировалось банковское законодательство, там были установлены прямые запреты иностранным банкам приобретать более двадцати пяти процентов акций банков Казахстана. Кризис девяносто восьмого года тоже показал, что процесс интернационализации капитала - вещь достаточно щекотливая. Надо стараться находить баланс интересов и компромиссов.

- У вас, как я понимаю, ситуация еще сложнее, чем в России, поскольку Центробанк не участвует в капитализации коммерческих банков.

- Я уверен, что не может провести банковскую реформу орган, который занимается коммерческим банкингом. Поэтому, как нам кажется, это правильно, что Национальный банк перестал кредитовать коммерческий банковский сектор. Конечно, у каждого может быть свое мнение, но хотя бы с точки зрения банковского надзора это безусловно правильное решение. И у нас сейчас достаточно сильный банковский надзор и эффективное банковское регулирование, которые позволяют добиваться хорошей устойчивости банковской системы.

- Поскольку вы ориентируетесь на малый и средний бизнес, для вас особую проблему должна представлять конкуренция с Народным банком, который раньше был Сбербанком.

- Что касается розничного кредитования, то здесь ситуация достаточно гибкая и доминирующей позиции у Народного банка нет. Острее всего мы конкурируем с Народным банком на рынке индивидуальных депозитов физических лиц. Несколько лет назад Народный банк контролировал восемьдесят процентов этого рынка, двадцать процентов приходилось на все остальные банки. Сегодня ведущие банки - так называемая большая тройка - контролируют больше половины рынка, процентов шестьдесят. То есть произошел колоссальный переток депозитов физических лиц. Народный банк продолжает доминировать за счет своей большой филиальной сети, но это одновременно и его серьезная проблема. Потому что на сегодняшний день в Народном работает около восьми тысяч сотрудников, а у каждого из двух других банков "большой тройки" численность сотрудников примерно втрое меньше при сопоставимых объемах активов. В результате и размеры прибыли у Народного банка гораздо ниже. Поэтому "Народный" сейчас находится в поиске новой стратегии развития: в прошлом году он был приватизирован и там должны произойти большие изменения.

- А если он в результате этих перемен станет эффективнее раза в два?

- Это, конечно, будет для нас проблемой. Но пока мы достаточно эффективно конкурируем с Народным банком: с девяносто восьмого года объемы депозитов населения у нас выросли примерно втрое. Мы видим здесь колоссальный потенциал, и если сейчас мы занимаем шесть и две десятых процента рынка депозитов физических лиц, то к концу две тысячи четвертого года хотим добиться доли в девять процентов.