Концерт для Масхадова и Басаева

Шамсудин Мамаев
21 февраля 2005, 00:00

Полевые командиры и европейские правозащитники отказались играть в масхадовские игры

Когда 2 февраля на удуговском сайте "Кавказ-Центр" появилась первая информация о том, что Шамиль Басаев и Аслан Масхадов в одностороннем порядке объявили о прекращении боевых действий в Чечне и России до 22 февраля этого года, Региональный оперативный штаб по управлению контртеррористической операцией на Северном Кавказе (РОШ) прокомментировал это инициативу весьма лаконично: "Правоохранительным органам доподлинно известно, что все ссылки на лидеров бандитского подполья являются вымышленными, а тексты самих заявлений - плодом фантазии Мовлади Удугова". Однако на этом сей странный сюжет не завершился. Через некоторое время на другом, уже закаевском, сайте сепаратистов появился еще один "приказ" Аслана Масхадова: "Никакого перемирия после того, что произошло с отважными борцами за свободу Шамилем Басаевым и Доку Умаровым, быть не может". Чуть позже этот "приказ" был снят и объявлен работой хакеров ФСБ. Происходило все это на фоне столь же сенсационных заявлений зампредседателя Службы госбезопасности Абхазии Юрия Ашубы и чеченского президента Алу Алханова о возможной гибели Шамиля Басаева (и Доку Умарова, третьей после Масхадова и Басаева фигуры в иерархии боевиков), а также скандала в связи с трансляцией по одному из частных телеканалов Великобритании басаевского интервью.

Причем, по слухам, смерть Басаева и Умарова произошла буквально день в день с подписанием Масхадовым приказа о перемирии, что намекало на некую разборку в стане боевиков и подразумевало возможность реального прорыва в урегулировании чеченского конфликта. Что, соответственно, ставило Москву в весьма щекотливое положение - на мирную инициативу Масхадова, казалось бы, необходимо было как-то реагировать. Однако в Кремле реагировать как раз и не стали, и затеянная (вероятно, не только Удуговым) игра во многом потеряла свой смысл.

Впрочем, 7 февраля она была свернута самим Удуговым. Параллельно с появлением политического обращения Масхадова к Москве и мировому сообществу и его интервью газете "Коммерсант" удуговский "Кавказ-Центр" показал четырехминутную видеозапись живого Шамиля Басаева с автоматом на груди. Басаев заявил, что исполняет приказ "президента Масхадова" о временном прекращении боевых действий, но тут же уточнил, что сама война будет продолжаться до тех пор, пока российские войска не покинут страну и чеченское государство не станет суверенным и независимым. И это на фоне масхадовского заявления о переговорах без всяких условий. Судя по всему, Басаев понимал, что этим интервью он наносит смертельный удар по масхадовской игре - согласно его собственным словам, он не хотел записывать это интервью, но его "фактически заставили это сделать". В результате даже распространенная на следующий день новость от Бориса Березовского о наличии у чеченцев портативной, хотя пока еще неисправной, атомной бомбы ничего изменить не смогла - Кремль так и не отреагировал на инициативу Масхадова ни единым словом.

Кто мог заставить Басаева

Нетрудно догадаться, что "заставить" амира Шуры заявить, что война будет продолжаться до победного конца, могли только полевые командиры его собственной ваххабитской Маджлисул Шуры. А то, что произошло в эти дни в соседнем Дагестане, наглядно демонстрирует, как работает механизм подобного "принуждения".

Уже на второй день перемирия в Махачкале террористами из исламского джамаата Дагестана "Шариат" был расстрелян замминистра внутренних дел республики Омар Магомедов. Этот джамаат возглавляет Руслан Макашарипов, бывший личный переводчик Шамиля Басаева. Теракт этот был чрезвычайно громким, и ему пришлось объясняться. Вот это объяснение, вывешенное 5 февраля на сайте "Кавказ-Центр": "Шура Исламского Джамаата Дагестана 'Шариат' разъясняет: в данном приказе речь идет о приостановлении наступательных боевых действий в одностороннем порядке только на территории Чечни и России. О приостановлении боевых действий на территории Дагестана приказа не поступало. В связи с этим Исламский Джамаат 'Шариат' будет продолжать боевые действия до поступления соответствующего приказа от главнокомандующего Масхадова". Как видно из этого "объяснения", Руслан Макашарипов фактически отказался выполнять приказ своего "верховного главнокомандующего" и, дав понять, что будет продолжать войну до победного конца, поставил Басаева в то самое "деликатное" положение, которое, скорее всего, и принудило его выступить с роликом 7 февраля. Действительно, по ваххабитским понятиям мир с "неверными" недопустим в принципе - допустимо только временное перемирие, худна. Именно это и пришлось сказать Басаеву публично. Более того, и временный мир весьма не просто обеспечить даже Басаеву. Полевые командиры, чтобы сохранить свою власть и авторитет, а также иметь возможность рекрутировать новых бойцов, должны действовать.

Игра, в которой участвовали Масхадов и Басаев, - провокация, нацеленная на то, чтобы вынудить руководство России на неосторожные и неадекватные шаги. Пойти на переговоры или отвергнуть протянутую Масхадовым руку - все равно российские власти оказываются в крайне сомнительном положении. Но у боевиков свои игры и свои задачи - куда менее масштабные, зато куда более насущные: они должны постоянно заявлять о себе по всему Кавказу, показывая свою силу, дерзость и жестокость. Это их единственный шанс закрепиться в соседних с Чечней регионах и стать там реальной силой. Прекратить боевые действия в Чечне, откуда боевиков и без того, по сути дела, выдавили, - это вполне выполнимо. Но ни Басаев, ни Масхадов не могут заставить того же Макашарипова прекратить террор в Дагестане хотя бы на время худны.

Постбесланская маргинализация Ичкерии

Впрочем, спектакль с масхадовскими мирными предложениями был разыгран не столько перед российскими зрителями, сколько перед западными. Однако и здесь режиссеров этой постановки ожидала неудача.

Двадцать восьмого января подкомиссия Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) по правам человека выступила с небывало жесткой критикой в адрес РФ, большей частью касающейся ситуации в Чечне. Она "решительным образом" осудила "недавнее похищение родственников Аслана Масхадова, совершенное сотрудниками силовых структур, подконтрольных Рамзану Кадырову", а также выразила глубокую озабоченность "сообщениями о пытках, изнасилованиях и убийствах, совершаемых силами, подконтрольными Рамзану Кадырову". Подкомиссия возмущена присвоением ему звания Героя России и требует принять "незамедлительные меры с целью проведения расследования и призвать лиц, виновных в этих нарушениях, к судебной ответственности". Однако на следующий день бюро ПАСЕ отказалось вынести на рассмотрение очередной сессии ассамблеи чеченский вопрос. Как утверждает российская сторона, бюро рассмотрело заявление "Недавние нарушения прав человека в Чеченской Республике" и сочло, что выводы, сделанные в нем, недостаточно обоснованны и базируются на непроверенных фактах. "В связи с этим мы считаем, что вопрос снят", - сказал представитель российской делегации.

Тем не менее буквально на следующий день власти Чечни публично признали, что родственники Масхадова пропали в декабре, и возбудили семь уголовных дел по фактам их похищения. Через неделю один из них, 35-летний Мовлади Агуев, женатый на племяннице Масхадова, был найден в ножай-юртовском СИЗО. Утверждается, что он был задержан по подозрению в пособничестве незаконным вооруженным формированиям. Его назвали своим пособником два боевика, которых Агуев подвозил на машине из села Гирзель в село Мескеты. По словам представителей местных властей, ареста никто не скрывал и близкие регулярно навещали задержанного в СИЗО. То есть Россия показала, что даже несмотря на то, что "вопрос снят", она готова прислушиваться к мнению правозащитников.

Девятнадцатого января, за десять дней до заявления ПАСЕ, комитет министров Совета Европы принял специальную резолюцию по Чечне, в которой приветствовал готовность "соответствующих властей Российской Федерации, особенно президента Чеченской Республики Алу Алханова, работать в более тесном контакте с комиссаром Совета Европы по правам человека". Обратим внимание, что в резолюции комитета министров законным президентом Чечни недвусмысленно называется Алу Алханов. Что касается Аслана Масхадова, то он даже в резолюциях ПАСЕ упоминается исключительно как "пострадавший", но не как возможный участник переговоров по улучшению ситуации с правами человека в Чечне. После Беслана общественное мнение в Европе сильно изменилось. И европейские правозащитники теперь исходят из того, что если Алу Алханов способен приструнить Рамзана Кадырова, то Аслан Масхадов не способен и не желает приструнить Шамиля Басаева.

Только наши правозащитники со всем этим категорически не согласны. Как известно, инициативу организации переговоров между Москвой и Масхадовым после бесланских событий взял на себя Комитет солдатских матерей России. Дважды - в ноябре прошлого года в Бельгии и в январе этого года в Финляндии - представители комитета и Масхадова пытались встретиться "для выработки совместного плана чеченского урегулирования". И дважды эти встречи срывались. В частности, правительство Финляндии отказалось гарантировать неприкосновенность масхадовского полпреда Ахмада Закаева в случае его приезда. Не нашли солдатские матери поддержки и в ПАСЕ. Когда Андреас Гросс, недавний докладчик ПАСЕ по Чечне и яростный критик российской политики, вел в Хельсинки переговоры об организации "московского круглого стола" по Чечне, он просто проигнорировал инициативу солдатских матерей. Последней попыткой реализовать план переговоров Комитета солдатских матерей и Масхадова предпринял генсек так называемой Международной группы парламентариев по проблемам Чечни Альгирдас Ендрюкайтис. Он обратился к председателям ПАСЕ, Европарламента и ОБСЕ с требованием отстранения Гросса от организации международной конференции по Чечне ("господин Гросс готов выполнить только процедуру безоговорочной капитуляции чеченских сил сопротивления", в то время как "коллаборационистскую власть возглавляет чеченец, имеющий звание Героя Российской Федерации, известный исключительно жестоким обращением с жителями"). В подобных резолюциях подразумевается, что законным президентом Чечни является Масхадов, а главным источником террора выступают российские оккупационные власти. Однако после бесланской трагедии подобный wishfull thinking потерял всякую политическую цену. Так что все усилия "солдатских матерей" ни к чему не привели - заседание "круглого стола" с участием делегации Европарламента и представителями международных правозащитных организаций пройдет в Москве и, разумеется, безо всякого Масхадова или его представителей.