Смерть супергероя

Антон Долин
9 марта 2009, 00:00

На экраны вышли «Хранители» Зака Снайдера — знаменитый эсхатологический кинокомикс о суперменах-неудачниках

Посреди уютной лондонской Лейстер-сквер, где проходят важнейшие кинопремьеры британской столицы, столпотворение. Многочисленные фанаты с утра занимают места у ограждения, чтобы подписать плакат или сфотографировать… кого, голливудскую звезду? Вроде на броских плакатах нет ни одной знаменитой фамилии, ни одного знакомого лица — сплошные маски. И те странные: Бэтмен, да не тот, Супермен, но с каким-то незаметным вывихом. Из-за чего ажиотаж? Параллельный мир, одним словом.

Простому человеку сразу не понять, отчего англичане или американцы штурмуют стены кинозала, в котором показывают «Хранителей» и почему все западные рецензенты добавляют к заголовку фильма эпитет «долгожданные». Нет, дело не в громком имени молодого, но уже прославленного режиссера Зака Снайдера, чьи «Рассвет мертвецов» и «300 спартанцев» установили в массовом кино новые стандарты аудиовизуального совершенства. Просто новая его картина — экранизация «графического романа», напечатанного в 1986 году и ставшего вехой жанра, первым комиксом для взрослых, деконструирующим привычный миф о супергерое. «Хранители» — единственный комикс, попавший в сотню лучших романов века по версии Time Magazine и удостоенный престижной премии «Хьюго». Мировую премьеру не случайно решили проводить в Лондоне. У британцев к «Хранителям» особый интерес: ведь этот роман в картинках создали два их соотечественника, писатель Алан Мур и художник Дэйв Гиббонс. Если первый, навеки разочарованный кинематографом после неудачных экранизаций его книг — «Лига выдающихся джентльменов», «Из ада», «V как вендетта», — отказался иметь с фильмом что-либо общее и вовсе не стал его смотреть, то второй одобрил картину, назвав ее максимально точной киноверсией своей работы.

 pic_text1

Параллельный мир — именно в нем разворачивается действие «Хранителей». Америка, в которой правит вечный Никсон, Уотергейта не было вовсе, а война во Вьетнаме закончилась в рекордные сроки победой США. Неудивительно, ведь на их стороне выступали супергерои, в числе которых был человек-бог Доктор Манхэттен, синий, лысый и абсолютно голый, способный усилием воли уничтожить армию противника или перенестись в другую галактику. Остальные Хранители — не более чем люди, переодетые в цветастые комбинезоны и плащи: доброхоты, решившие творить самосуд над преступниками, а ныне объявленные вне закона. Теперь их убивают по одному — и это лишь начало грядущего Апокалипсиса. СССР захватил Афганистан и готовится нанести ядерный удар по Штатам. Социологи установили на всеобщую потеху Часы Судного дня, на циферблате — без пяти минут Конец Света. И во всем этом прямо и косвенно повинны те, кто взял на себя смелость вершить суд над грешным человечеством: те самые Хранители. «Конечно, поначалу я сделал вид, что готов выполнить функцию тупого исполнителя студийного заказа, — признается Зак Снайдер. — Потом, когда уже вышли “300 спартанцев”, их колоссальный успех помог мне овладеть ситуацией и сделать по-настоящему бескомпромиссное кино. Это очень личный проект для меня: я читал комикс Алана Мура еще в середине 1980-х, и все, от картинок до звучащих за кадром песен, — тот пласт культуры, на котором я вырос».

Героев так много, что они едва умещаются в один фильм, а все вместе складываются в грандиозный сеанс массового психо-анализа — зачем и кому нужны супермены?

Снайдер пошел еще дальше, чем авторы революционных прошлогодних картин о супергероях — «Железного человека» и «Темного рыцаря». Стильный, мрачный, сложный, радикальный фильм, в котором больше от классического нуара, чем от комикса, — не чуждая намеренному китчу, но от этого не менее глубокая киноверсия удивительной книги. Кажется, если бы на этот раз Алан Мур смилостивился и пошел взглянуть на «Хранителей», то остался бы доволен. Для молодых безвестных актеров, которых Снайдер сознательно взял на главные роли, эта картина — самая серьезная в карьере. Джеки Эрл Хэйли, сыгравший Роршаха — следователя-психопата, скрывающего уродливое лицо под пятнистой маской, — после просмотра готового фильма под сильнейшим впечатлением: «Все персонажи не просто реалистичны — они гиперреалистичны. Но дело не в эстетике, а в окружающей нас реальности. Холодная война — страшная штука, шутить тут не над чем. И ковбой только что заседал в Белом доме. А стрелки на Часах Судного дня опять приближаются к полуночи».

В немалой степени эстетика «Хранителей» опирается на резкий и жесткий стиль комикса, но оживить плоские картинки смог бы не каждый. Войти в комикс — труднейшая задача, полагает Карла Гуджино, сыгравшая Шелкового Призрака, одну из супергероинь 1940-х: «Персонажей — гигантское количество. Мы все встретились на экране лишь однажды, когда снимали фотографию на память — ту самую, которая фигурирует в фильме. Я опасалась, что не смогу удержаться от смеха, но декорации были настолько потрясающими и при этом правдоподобными, что я моментально ощутила себя героиней комикса. И неловкость тут же прошла. На площадку пришел Дэйв Гиббонс и буквально схватился за голову: “Боже, мои рисунки ожили!”».

 pic_text2

Героев так много, что они едва умещаются в один фильм, а все вместе складываются в грандиозный сеанс массового психоанализа — зачем и кому нужны супермены, какие цели они преследуют, почему в жизни они всегда не такие, как на страницах комикса? Например, супергероем может стать тот, кто помогает наводить порядок и удерживать вертикаль власти, как жестокий и циничный Комедиант с вечной сигарой в зубах. «Мне больше всего понравились сцены с драками. Они позволяли на время забыть, что мой персонаж — невероятная сволочь, — признается мачо Джеффри Дин Морган, сыгравший Комедианта. — Он только и делает, что насилует или убивает. Мучить людей, да еще и с улыбкой, довольно сложно, даже если все это понарошку. Однако Комедиант — монстр с человеческим лицом; несмотря ни на что, эта гадина мне симпатична». Антипод воина-мясника — бизнесмен и политик Озимандиас, он же магнат Эдриан Вейдт: супермен-андрогин, использующий выгодный медиаимидж для обогащения. «Конечно, приятно играть умнейшего человека на Земле, — ухмыляется молодой актер-британец Мэтью Гуди, знакомый многим по “Матч-Пойнту” Вуди Аллена. — Надеваешь комбинезон и сразу входишь в образ. Просто умнеешь на глазах… Так я себя ощущал, пока не пришел мой младший брат и не расстроил меня: “Я тут почитал форумы в интернете — поклонники комикса уверены, что ты все испортишь”. В эту минуту я почувствовал себя не таким уж умным».

Труднее всех пришлось Билли Крадапу, совершенно неузнаваемому в имидже синего мессии Доктора Манхэттена: «На меня надели специальную пижаму, из которой потом спецы по визуальным эффектам вылепили мое атлетическое тело. Все равно было трудно почувствовать себя богом на Земле. Трансцендентная медитация не помогала. Помогала водка. И старый добрый метод актерской мотивации — я перечитывал сценарий, вживался в персонажа… Иногда получалось». Доктор Манхэттен способен спасти соотечественников от Армагеддона — но, будучи сверхчеловеком, убедился в бессмысленности жизни на Земле. Одни супергерои бесчеловечны, другие, напротив, слишком уязвимы и слабы: Ночной Филин, по специализации орнитолог, с трудом борется с импотенцией. Лекарство одно — надеть маску и плащ: тогда все получится.

 pic_text3

Да, супергерои — это еще и воплощение всех возможных комплексов, начиная с сексуальных. Это и привлекло Патрика Уилсона, отменного артиста, представшего в неожиданном амплуа «недо-Бэтмена» Ночного Филина: «Мне невероятно повезло! По большому счету, если и сниматься в фильме о супергероях, то в каком еще? Наша эротическая сцена — нечто невиданное. Впервые я сам смотрел ее с женой и несколько волновался, как она воспримет увиденное. Но она была в восторге: никогда и никто раньше не смел показать, как супергерой бежит с утра в туалет или трахается с любимой женщиной. До сих пор дальше поцелуя в кадре дело не заходило». Уилсону вторит партнерша, Малин Акерман: «А я смотрела с папой, по понятным причинам волновалась. Во время сеанса он молчал, а потом сказал: “Деточка, это лучший фильм, который я видел в жизни!” Кстати, эротическая сцена в нашей картине вышла еще и невероятно смешной».

Юмор и трэшевые штампы, философские и социальные парадоксы — все это помножено на неслыханные спецэффекты. «Хранители» — пожалуй, не конец света, но революция жанра. Кстати, о конце: хеппи-энда, разумеется, не будет. И это прекрасно. Если супергерои таковы, какими мы видим их здесь, им давно пора умереть.

Лондон-Москва