Оттолкнуться от прошлого и пойти вперед

Политика
Москва, 12.04.2010
«Эксперт» №14 (700)
Встреча премьер-министров России и Польши Владимира Путина и Дональда Туска в Катыни показывает, как стремительно могут меняться к лучшему, казалось бы, устойчиво плохие отношения двух соседних стран. Этот опыт может стать моделью для разрешения других историко-психологических проблем в отношениях стран Восточной Европы

Есть что-то неуловимо общее в русском и польском дипломатическом протоколе, общее, связанное с традициями средневековых «великих посольств», с их многолюдностью, пышностью, некоторой бестолковостью, но при этом с обостренным вниманием к символическим деталям. Польская делегация, сопровождавшая премьера Дональда Туска в Катыни, как раз всем этим и отличалась.

Из машин и автобусов высыпали несколько польских министров, депутаты, священнослужители, руководители ведущих СМИ, не говоря уже о таких знаковых фигурах, как первые некоммунистические руководители Польши — Тадеуш Мазовецкий и Лех Валенса, а также кинорежиссер Анджей Вайда, чей фильм «Катынь» несколькими днями ранее был показан по каналу «Культура».

Встреча Владимира Путина и Дональда Туска в Смоленске стала тем переломом в отношениях России и Польши, который делает возможным совершенно иной сценарий взаимодействия этих стран в европейских делах.

Механизм исторического примирения

Параллельное становление государственной и внешнеполитической идентичности России и Польши, стран, которые в XX веке примерили на себя все мундиры сколько-нибудь заметных идеологий и режимов, не могло идти без активного, а зачастую и агрессивного мифотворчества. Тем более что мифотворчество это опиралось на традиционно некритичное в обеих странах отношение к собственной истории, равно как и на действительно трагические, страшные страницы — среди которых была и Катынь.

Попытки выйти из тупика исторических предубеждений, предпринятые на излете эпохи социализма и в начале 1990-х годов, в силу ряда причин оказались незавершенными. Незавершенность эта проистекала из высокой динамики и нестабильности тогдашней жизни, что не способствовало закреплению в общественном сознании самых, казалось бы, правильных шагов. Действительно, кто за чередой бурных будней, связанных с распадом политических режимов и государств, помнит, что ровно двадцать лет назад, 13 апреля 1990 года, Михаил Горбачев передал Войцеху Ярузельскому поименные списки польских военных, приговоренных к расстрелу? Только историки. Кто помнит, что еще в 1992 году Борис Ельцин отдал все основные документы, изобличающие Сталина и его сподвижников в совершении этого преступления? Опять только историки. Каждодневная жизнь была столь стремительной, а Россия и Польша решали столь разные и независимые друг от друга задачи, что в общественной памяти все это не отразилось.

Наверное, именно во внешнем контексте состоит принципиальное отличие российско-польского исторического диалога от польско-немецкого или франко-немецкого, которые начинались на фоне относительно спокойных 1960–1970-х годов.

Наши страны за последние два года приложили системные усилия к преодолению сложных проблем историко-психологического свойства. И большую роль в этом сыграла российско-польская Группа по сложным вопросам (см. «Оставить историю историкам»).

Политическое решение о формальном изменении статуса, а фактически о создании заново Группы по сложным вопросам, вытекающим из истории российско-польск

У партнеров

    «Эксперт»
    №14 (700) 12 апреля 2010
    Инновации и социальный уклад
    Содержание:
    Не стать слепыми муравьями

    Инновации — это не узкий круг ученых, которые продолжат дело советской науки. Страна в целом должна суметь своими руками и мозгами выстроить современный социально-экономический уклад

    На улице Правды
    Реклама