Богоугодные и богопротивные

Культура
Москва, 17.09.2012
«Эксперт» №37 (819)

Фото: Архив пресс-службы

С настойчивостью, достойной лучшего применения, уже года три все режиссеры подряд снимают фильмы об Апокалипсисе, кто во что горазд. Декабрь 2012-го на носу, надо успеть до исполнения пророчества майя — или до того момента, когда пророчество потеряет свою силу, не исполнившись. Венецианский фестиваль открыл новый тренд: кино о религии и Боге. Буквально каждый второй конкурсант занимался осмыслением религиозных ценностей на нынешнем историческом витке. Не удивительно, что тремя победителями оказались картины, каждая из которых представляет собой своеобразный диалог человека с Создателем.

Европейская модель: Ульрих Зайдль

«Рай. Вера» — фильм, получивший спецприз жюри и ставший одним из самых обсуждаемых на фестивале: католические фундаменталисты даже намеревались подать в суд на автора за сцену мастурбации распятием, но, видимо, этого не сделали. Однако и без надуманного скандала эта картина —важнейшее событие года и едва ли не самый значительный фильм в карьере Ульриха Зайдля. Австрийского экс-документалиста одни клеймят как мизантропа, другие превозносят как гуманиста, а третьи поражаются тому, как ему удается совместить гуманизм с мизантропией, не теряя при этом ни язвительного чувства юмора, ни любви к своим исключительно несовершенным персонажам.

Новый фильм Зайдля — вторая часть триптиха «Рай», рассказывающего о трех женщинах из одной семьи, мечтающих найти любовь и счастье. Первый том, «Рай. Любовь», показывали и освистывали (незаслуженно) в Каннах, потом эта радикальная лента о сексуальном туризме выходила в российский прокат. «Рай. Вера» — рассказ о родной сестре героини «Любви». Если та, корпулентная одинокая тетушка, отправлялась в Кению в поисках плотских удовольствий, то эта, чопорная медсестра, тоже берет отпуск на работе — но остается в родной Вене, чтобы на две недели полностью посвятить себя миссионерской деятельности. Она ярая католичка: по вечерам участвует в групповых молебнах во имя возвращения Австрии в лоно истинной веры, а дни проводит, стучась в двери к незнакомцам (в основном с трудом понимающим по-немецки иммигрантам) со статуэткой Богоматери под мышкой и призывает их покаяться вместе с ней, вознеся молитву.

В первой половине картины эта просветленная дама, виртуозно сыгранная любимой актрисой Зайдля Марией Хоффштатер («Собачья жара», «Импорт/экспорт»), заставляет зрителя смеяться и ужасаться. Она бичует себя перед распятием, распевает в полном одиночестве гимны под аккомпанемент старенького синтезатора, а потом, нацепив вериги, ползает на коленях по своей огромной квартире; бросается в глаза комический контраст комфортного жилища с лачугами турок, албанцев и украинцев, в гости к которым она ходит со своей Мадонной. Кажется, это портрет-наблюдение за современными верующими, и только. Как бы не так: вскоре в квартире святоши поселяются двое чужаков, соседская кошка и муж, давным-давно ушедший из дома, а теперь вернувшийся. С кошкой удается справиться, заперев ее в гараже, с мужчиной чуть сложнее. Своенравный мусульманин,

У партнеров

    «Эксперт»
    №37 (819) 17 сентября 2012
    Кремль и элита
    Содержание:
    Субъективное ощущение кризиса

    История Геннадия Гудкова, обсуждение запрета на владение недвижимостью и счетами за рубежом для чиновников и депутатов, слухи о требовании Владимира Путина к богатейшим людям страны вернуть все капиталы на родину в течение года — все это меняет прежний порядок в отношениях верховной власти и элиты. Дело за тем, чтобы построить новый порядок

    Потребление
    Реклама