Саммит на коленях

Геворг Мирзаян
доцент Департамента медиабизнеса и массовых коммуникаций Финансового Университета при правительстве РФ
11 июня 2018, 00:00

На саммите в Сингапуре 12 июня Ким Чен Ын переиграет Трампа. Если, конечно, встреча все-таки состоится

Северокорейская делегация предложила оплатить свое пребывание в сингапурском отеле Capella, где должна состояться встреча лидеров США и КНДР, третьей стороне

Намеченный на 12 июня американо-северокорейский саммит в Сингапуре станет, безусловно, важнейшим дипломатическим событием этого года. И, возможно, стартом важнейшего дипломатического процесса во всей Восточной Азии за последние полвека — то есть со времен нормализации отношений между США и КНР. При том, конечно, условии, что саммит состоится.

На момент сдачи этого номера в печать никаких новостей об отмене не было, однако специфика мероприятия такова, что решение может быть принято в течение считанных часов. Как уже было, например, в июне, когда Дональд Трамп написал Ким Чен Ыну хамское письмо и заявил, что из-за «оскорбительной риторики» Пхеньяна саммита не будет. И то, что он потом передумал, не означает, что он не передумает снова.

Впрочем, колебания Трампа понять можно. Да, саммит исторический. Да, по его итогам риски войны на Корейском полуострове могут быть сведены к минимуму, а ответственное за это лицо может вполне претендовать на Нобелевскую премию мира. Однако этим лицом будет не Трамп, и не только потому, что шведские академики (как и большинство европейцев) Трампа терпеть не могут. А потому, что на этом саммите именно Америка играет роль буйного, а Ким, как ни странно, стал фактически посланцем всего цивилизованного мира, задача которого —привнести стабильность на Корейский полуостров.

Новое лицо

Такая метаморфоза произошла потому, что Дональд Трамп недооценил соперника. Попытка применить его излюбленную бизнес-стратегию (сначала наехать, а потом разговаривать не на равных, а с позиции силы) столкнулась с восточным принципом «ветки сакуры», активно используемой в дзюдо. Ким использовал силу США для дискредитации самих Соединенных Штатов среди их же союзников.

Политика максимального давления ставила северокорейского лидера перед выбором: либо сделка на американских условиях (то есть полный отказ от ядерного оружия), либо война. Киму не нужен второй вариант, но он ни при каких обстоятельствах не выберет первый. Поэтому у КНДР оставался лишь одна стратегия поведения: отказываясь от американской сделки и демонстрируя готовность к войне, делать все возможное для того, чтобы Трамп не смог принять решение о ее начале. Именно этим Ким и занимался все последнее время. Например, через нормализацию отношений с Югом, после которой президент Мун Джэин стал чуть ли не его союзником. И не только Мун — по данным опросов, почти 80% южнокорейцев сейчас как минимум «доверяют» северокорейскому лидеру. Кроме того, Ким заручился поддержкой Китая: в ходе двух своих визитов в Поднебесную он, по всей видимости, сумел восстановить отношения с Пекином, подпорченные в предыдущие годы во многом из-за северокорейской неучтивости.

В итоге Ким стал позиционироваться как миротворец. «За последние месяцы имидж лидера КНДР Ким Чен Ына претерпел одну из самых впечатляющих трансформаций за всю современную историю дипломатии», — признает The New York Times. Мировые СМИ обсуждают уже не его ядерные боеголовки, а стремление к модернизации, открытости миру, экономическим реформам и нормализации отношений с Югом. Собственно, Ким активно трафит таким настроениям. Так, по данным японских и южнокорейских СМИ, северокорейский лидер отправил в отставку трех высокопоставленных генералов. Говорят, что они «мыслили слишком закостенело».

Речь, конечно, не идет о том, что эти военные собирались устроить в стране переворот, — даже с учетом тех смелых реформ, которые проводит Ким-младший, в Северной Корее это невозможно. Все, кто мог это сделать, были успешно зачищены Кимом в первые годы его правления. Отставка генералов нужна ему исключительно для усиления своей переговорной позиции. Он демонстрирует США и Южной Корее, что: а) полностью контролирует ситуацию в стране и б) готов к гибким решениям как по поводу мирного договора, так и в вопросе ракетно-ядерной программы. Именно демонстрирует — появление множества публикаций о подготовке к ядерным уступкам выгодны Киму, поскольку снижают градус напряжения перед саммитом. На самом деле, конечно же, ни на какой отказ от ядерного оружия он не пойдет. Это залог безопасности — как его личной, так и всей страны. Киму от саммита нужен прежде всего сам саммит. Фотосессия с Трампом повысит его дипломатический статус и хотя бы частично снизит возможности США мешать развитию отношений КНДР с Южной Кореей. Какие-то долгосрочные соглашения с Америкой Киму не так уж нужны — ситуация с иранской ядерной сделкой показала цену этих соглашений.

Ким Чен Ын не собирается отказываться от ядерного оружия, но готов вести переговоры на эту тему с Дональдом Трампом до бесконечности 56-02.jpg ТАСС
Ким Чен Ын не собирается отказываться от ядерного оружия, но готов вести переговоры на эту тему с Дональдом Трампом до бесконечности
ТАСС

Акела не может промахнуться

Перед США же стояли гораздо более сложные задачи. Да, Америка на саммит согласилась. Владимир Путин назвал это согласие «очень мужественным и зрелым решением». Однако российский президент, конечно, излишне вежлив. Белый дом согласился на встречу не потому, что ее хотел, а потому, что у него не оставалось выбора. И саммит этот для Трампа не столько важный и полезный, сколько рискованный. Причем на кону стоит не столько мир на Корейском полуострове, сколько карьера Трампа.

Успешное проведение саммита, в понимании сотрудников Белого дома, подразумевала принятый по итогам мероприятия документ, в котором была бы четко или хотя бы условно прописана «дорожная карта» по денуклеаризации КНДР. И этот документ должен был быть согласован еще до проведения саммита. Несмотря на слова госсекретаря США Майка Помпео, что Ким лично говорил ему о готовности отказаться от ядерного оружия, ничего согласовано не было — а значит, Трамп рисковал уехать из КНДР с пустыми руками. После чего он попал бы под шквал критики дома за «бесплатную легитимацию северокорейского режима». Более того, проваленный саммит с Кореей продемонстрировал бы слабость всего концепта силовой внешней политики Дональда Трампа. А Акела не может промахнуться — особенно сейчас, когда свободная европейская стая взбунтовалась на саммите G7. В преддверие выборов в Конгресс такой промах может ослабить позиции президента и его людей в вашингтонских коридорах власти и помочь сторонникам импичмента.

В этой ситуации Трамп не нашел ничего лучшего, как попытаться сорвать саммит. Именно этим объясняется его хамское письмо. Оказавшись под давлением, американский президент отменил свое решение (ведь инициатор отмены саммита становится его могильщиком и виновным в последующим обострении ситуации на полуострове), однако попытки срыва не прекратились. Правда, на этот раз американский президент поступает умнее — он пытается заставить отказаться от проведения саммита Кима.

Так, советник американского президента Рудольф Джулиани разразился новыми провокациями в адрес северокорейского лидера. По словам господина Джулиани, «Ким просил о встрече на коленях, и эта та поза, которую он должен занимать». Конечно, в Госдепе тут же открестились от заявления Джулиани. «Я знаю Руди, и он не говорит от лица администрации в этом вопросе», — заявил Майк Помпео. Однако поверить, что у одного из самых опытных и трезвых американских политиков вдруг случился крик души, непросто.

Нечестивые союзники

Впрочем, Трамп уже перестал недооценивать Кима и понимает, что хитрый северокорейский лидер на такие провокации может и не купиться. Поэтому американский президент реализует план Б. Ведь если невозможно достичь цели, но хочется победить, то для этого цель нужно поменять. Трамп уже провернул такую операцию в Сирии (где он ничтоже сумняшеся сменил цель со свержения Башара Асада на победу над запрещенной в России ИГ) и сейчас пытается повторить ее с КНДР.

Если раньше США выступали за «полное, необратимое и верифицируемое разоружение» как повестку любых переговоров с КНДР, то сейчас Трамп уже отыгрывает назад. Он говорит, что стороны, возможно, и не подпишут никаких обязывающих соглашений 12 июня, а лишь «начнут процесс». Беспроигрышный вариант — процесс (какой-нибудь) начнется по итогам любых переговоров, даже без задокументированных целей. Отыгрыш, конечно, так себе, однако определенную защиту Трампу по итогам саммита он обеспечит.

По сути, американскому лидеру уже нужно думать о том, как выигрывать после саммита — в том самом процессе, который начнется. Трампу нужно максимально связать Кима различными обязательствами, для чего ему необходимы союзники. И главным союзником тут будет не Япония (она саботирует переговоры) и не Китай (тот попросит в ответ не давить на него торговыми пошлинами, на что Трамп пойти не может — избиратели не поймут), а Россия.

Да, из всех стран — участниц процесса переговоров Москва ведет себя тише всего. Она публично продемонстрировала флаг лишь недавно — во время визита Сергея Лаврова в Пхеньян, где он обсуждал с Кимом будущие переговоры. Однако на Западе уверены, что тише не значит меньше. «Закулисные возможности России влиять на процесс не стоит недооценивать, — говорит директор азиатских исследований американского Совета по международным отношениям Элизабет Экономи. По ее словам, Владимир Путин «исполняет роль закулисного переговорщика, спойлера и нечестивого союзника», поэтому его не нужно отстранять от переговоров по ядерному вопросу. И кем будет Путин — спойлером, посредником или союзником, будет зависеть от дальнейшей политики Трампа на российском направлении. В любом случае выставленная Москвой цена этой помощи будет значительно ниже, чем та, что выкатят китайцы.