«Многие люди хотят честно работать, но им не дают»

Русский бизнес
Москва, 02.07.2018
«Эксперт» №27 (1081)
Новый глава Бурятии Алексей Цыденов на посту всего несколько месяцев, поэтому неудобные вопросы ему задавать трудно. Но лесной теме он уделяет много внимания. По крайней мере, после затянувшегося интервью я вышел от него в два часа ночи. Радует, что в беседе глава республики продемонстрировал полное, практически экспертное, владение узкоспециализированной темой

ТАСС

— Смотрите, вот свежак, — показываю я Алексею Самбуевичу фотографии нелегальных порубок леса, отснятые сегодня. — А вот пепелища. В Турунтаево, пока к свалке едешь, все в таком апокалиптическом виде. И никто ничего не делает.

— Вот начал делать, и зашумели.

— Зачем полиция так бесцеремонно разогнала народ на митинге против вырубки леса?

— У нас были выборы в Народный хурал. Осознанно разогнали народ. Жесткость была осознанная. Это была проба пера тех, кто использовал тему защиты лесов исключительно в своих политических целях. Поэтому надо было сразу жестко это пресечь, чтобы не создавать прецедентов. У нас 21 район, 33 округа. В каждом районе есть свалка. Все пойдут на площадь. Причем с самим районом — не с теми, кто на площадь вышел, а с самим районом — устроили совещание, объяснили, что к чему. Они говорят: хорошо, мы все поняли. Люди, которых подняли ложной информацией, успокоились.

Теперь про лес. У нас плановая годовая лесосека — десять миллионов кубов. Мы реально добываем три. Больше не добываем, потому что основная порода — лиственница, она никому не нужна. В Бурятии 1400 предприятий, у которых в видах деятельности указана «добыча леса». Реально работает 800. Но если взять количество работающих людей и разделить на количество предприятий, то получается один человек в одном предприятии. На одного оформляют, все остальные работают вчерную, без зарплаты, понятно, что никаких налогов, они ничем не защищены. Покалечился — бревном придавило, пилой поломало — все, он дома, никто за него не отвечает. Полный бардак.

Цена леса. Среднегодовая, по отчетам налоговой: Забайкальский край — 128 долларов за кубометр, Иркутск — 132 доллара, у нас — 63 доллара. У нас есть два крупных легальных заготовителя, у которых средняя цена за 200 долларов, покупатели — Китай и Япония. Если их убрать, то средняя цена вообще 37 долларов за куб. Сплошной черный нал. 1800 рублей официально проходит по документам, все остальное — кеш. Лес уходит в Китай. Какие последствия? То, что у предприятия легальная выручка на 1800, а минимальная себестоимость куба 5500 рублей. Китайский бизнес в плюсе, а мы… Надо наводить прядок в этой сфере.

И еще. У нас 90 процентов предприятий порубочные остатки не убирают. Мы сейчас своих лесников увольняем, сажаем их за взятки. Еще проблема то, как выдают деляны по заявкам. У нас есть прецеденты — по два года выдают. А в принципе за неделю можно получить. Сейчас мы все поменяем. Ппорубочные остатки не вывозят, опилки не сжигают. В одном Баргузине 60 тысяч кубов опилок было. В одном поселке!

— Как только жара, это все вспыхивает.

— Да, мы и горим. Первая проблема — пожароопасность, а второе — они мешают восстановлению леса. Есть естественное лесовосстановление. Спилили, убрали, оно само потом вырастает. Это работает. У нас хорошо растет. Пахотные земли, если три года никто не заходит, там вот такие сосенки уже. Но для этого должен быть участок расчищен. Еще есть проблема в пересортице. Прежде всего растут березы и другие подобные. Если мы хотим

У партнеров

    «Эксперт»
    №27 (1081) 2 июля 2018
    Кто вырубает наши леса
    Содержание:
    Цены на нефть: новые правила игры?

    Многие хотят управлять глобальным нефтяным рынком, иные пытаются, но пока ни у кого не получилось устойчивое управление в сколько-нибудь долгосрочном режиме. Однако в последние два года появились признаки рациональности поведения основных акторов рынка. Есть шансы, что новое соглашение ОПЕК+ достигнет своих целей

    Наука и технологии
    Потребление
    Реклама