Ловись, рыбка, большая и маленькая

Используя особые природные условия и быстрорастущий рыночный спрос, Карелия может сделать форелеводство одной из ключевых отраслей региональной экономики

Товарное форелеводство называют бизнесом не просто прибыльным, а суперприбыльным. Оно демонстрирует самую высокую в продовольственном секторе экономики рентабельность – до 30-35%. При умеренной цене выхода на рынок (порядка 15 млн рублей) бизнес привлекает короткими сроками окупаемости (около трех лет). О таких условиях, кажется, можно только мечтать. Но бум аквакультуры налицо лишь в Карелии, на которую приходится 70% российского производства форели. Впрочем, регион не исчерпал пока и половины своего потенциала расширения отрасли.

В согласии с природой

Современные технологии позволяют выращивать на севере хоть бананы, хоть страусов – вопрос сводится к цене. Понятно, что карельские бананы не смогут конкурировать по себестоимости с эквадорскими. Но есть продукт, который только в Карелии получается высшего качества и по низкой цене.

По словам специалистов, в республике сложились идеальные природные условия для выращивания форели. Множество озер, изрезанная береговая линия, удобные шхеры и заводи, закрытые от волн и ветров, нулевая минерализация воды, отсутствие техногенных загрязнений. Но главное – температура воды, оптимальная для нагуливания рыбной массы. Если вода немного теплее, как в Ленинградской области, в ней понижается уровень кислорода, а с ним и рыбий аппетит. Если немного холоднее, как в Мурманской, у форели замедляются обменные процессы. Именно в Карелии подходящий для этой рыбы температурный режим держится самое большое количество дней в году.

Карелия владеет также научной методикой садкового выращивания «царской рыбы», которую разработали и апробировали ученые Северного научно-исследовательского института рыбного хозяйства еще в 1970-х годах. Но товарное производство форели начало развиваться только в середине прошлого десятилетия. Темпы впечатляющие – за последние 11 лет производство выросло в десять раз.

Пестрый состав

В регионе действуют 30 форелеводческих хозяйств. Еще 27 предприятий находятся в стадии строительства. Структура отрасли довольно пестрая. Есть крупные рыбозаводы с петербургским, московским и даже иностранным капиталом. К примеру, отраслевой лидер компания «Кивач», производящая пятую часть карельской форели, была создана с привлечением грузинских инвестиций.

Бок о бок с серьезными производителями вполне успешно трудятся небольшие семейные ЧП. Многие из них начали бизнес, имея в качестве первоначального капитала только свое трудолюбие и руки. Например, форелевод Геннадий Гутыро из кондопожского поселка Тулгуба 12 лет назад поднял со дна озера затонувшую баржу, подремонтировал и начал на этой «базе» разводить форель. Сегодня Гутыро – вполне успешный предприниматель, способный за счет собственных средств, без привлечения банковских кредитов, расширять производство. К слову, занимаются разведением форели Валаамский и Палеостровский монастыри, но не на продажу, а для своих нужд.

Типичный, «усредненный» представитель карельского форелеводства – компания «Форель Суоярви». Хозяйство это новое, существует три года. Несколько лет назад петрозаводский предприниматель Виктор Прокшин с товарищами присмотрели участок реки в Суоярвском районе, образующий своеобразное проточное озеро, и поняли, что для разведения «царской рыбы» лучше места не придумаешь. Получили все необходимые разрешения, проложили дорогу, построили пирс, склады, домик для персонала, расставили садки. Рабочих долго искать не пришлось: общая для России проблема сельской безработицы в Карелии особенно остра. Головная контора фирмы находится в Петрозаводске, специалисты работают вахтовым методом. Рабочие – из ближнего суоярвского поселка Лоймола. Заработки неплохие, люди довольны.

Сейчас в хозяйстве 28 садков. Мальков закупили за границей – пятиграммовых, подешевле, для трехлетнего цикла выращивания, а также более дорогих 125-граммовых рыбешек, которые уже через два года выросли до трех килограммов и приобрели наилучший товарный вид. Минувшей осенью в «Форель Суоярви» получили первую выручку. Первый покупатель приехал из Санкт-Петербурга, забрал товар «самовывозом». Потом пошли заказы из ресторанов, розничной сети. «Форель Суоярви» начала обрастать постоянными клиентами.

Замедленный рост

Проблем со сбытом готовой продукции у карельских форелеводов нет. Покупатели из Москвы и Санкт-Петербурга буквально охотятся за их товаром, подгоняют фуры прямо к садкам и забирают весь урожай, давая производителю выгодную цену. При себестоимости производства на уровне 80-90 рублей за килограмм отпускная цена может составлять 100-160 рублей (в зависимости от размера, сезона вылова рыбы и рыночной конъюнктуры). Места на просторах Карелии тоже пока достаточно. По оценке экспертов, потенциально на озерах может разместиться вдвое больше рыбоводческих хозяйств. Пока совершенно не освоены Белое море и северные районы, где условия для аквакультуры тоже вполне благоприятные.

Тем не менее развитие форелеводства отстает от роста потребностей рынка – спрос на Северо-Западе примерно вчетверо превышает предложение. По мнению предпринимателей, одна из причин замедленного развития отрасли – административные барьеры. Как сказал в одном из интервью директор компании «Кивач» Александр Разбитной, «в Швеции минимальные сроки согласования документов, которые необходимы для открытия новых форелеводческих хозяйств, составляют в среднем полгода, в Финляндии – до года, в Норвегии – до полутора лет. В Карелии на это уходит три года». По его словам, особо трудоемким делом является оформление документов о землеотводах – оно может затягиваться на срок до девяти месяцев. Большая доля вины в таких проволочках лежит на муниципальных образованиях и администрациях местного самоуправления.

Впрочем, вице-премьер республиканского правительства Владимир Собинский, курирующий сельское хозяйство, не согласен с этим обвинением в адрес администрации. «Я не видел ни одного форелевода, который три года провел бы в согласованиях. За три года у нас не только строится хозяйство, но и окупается. Один инвестор пожаловался в Минсельхоз республики, что потратил на хождения по инстанциям пять месяцев. Будем разбираться, почему это произошло», – сказал Собинский корреспонденту «Эксперта С-З». Так или иначе, очевидно, что появление системы «единого окна», о необходимости которой не первый год говорят форелеводы, значительно оживило бы процессы в отрасли. Другой тормоз – первоначальный капитал. Если столичных и иностранных инвесторов, вероятно, отпугивает необходимость долго бродить по кругу чиновников, то для предпринимателей Карелии, не относящейся к числу самых денежных регионов, полтора десятка миллионов рублей зачастую представляются суммой неподъемной.

Федеральные власти лишь недавно обратили внимание на проблемы отечественной аквакультуры, которая безнадежно отстала от мировой тенденции. В мире количество искусственно выращенной рыбы за 15 лет увеличилось в 15 раз – до 55 млн тонн. В нашей стране, для сравнения, выращивается порядка 120 тыс. тонн рыбы и морепродуктов. Правда, в середине 2006 года появилась надежда, что разрыв постепенно начнет сокращаться, – вице-премьер российского правительства Дмитрий Медведев поручил Минсельхозу РФ проработать вопрос о включении предприятий аквакультуры в приоритетный национальный проект «Развитие АПК». В рамках этого проекта планируется расширить доступность долгосрочных кредитных ресурсов на строительство, реконструкцию, модернизацию объектов, на приобретение племенного материала рыб, техники и оборудования для предприятий аквакультуры через субсидирование процентной ставки в размере двух третей ставки рефинансирования Банка России по кредитам коммерческих банков на срок от пяти до восьми лет. Говорят, в том, что принято это решение, есть заслуга Владимира Собинского, который буквально «вытоптал» по кабинетам московских чиновников преференции для рыбоводов.

К чести Карелии, надо сказать, что это единственный регион, где форелеводство уже давно приравняли к сельскому хозяйству. «Ежегодный лимит средств на льготное кредитование рыбоводческих хозяйств – 2,2 млн рублей. Эту сумму возмещает федеральный бюджет. Кроме того, из республиканской казны выделяется около 100 тыс. рублей для частичного возмещения затрат на приобретение техники и оборудования. Кстати, ни одно распределение бюджетных средств не обходится без участия Ассоциации форелеводов Карелии. Ассоциация ведет постоянный мониторинг рыбоводческих хозяйств и решает, кто наиболее нуждается в помощи», – рассказывает Собинский.

В Карелии действует программа развития рыбного хозяйства, которая определила в качестве одного из главных направлений создание аквакультуры во внутренних водоемах. В республике был создан Фонд поддержки рыбной отрасли, который занимается льготным кредитованием (под треть банковской ставки) форелеводческих хозяйств в период их становления.

Подводные камни

Впрочем, своими ли, заемными ли средствами решится рискнуть далеко не каждый. Форелеводство – бизнес с сюрпризами. «Если никогда им не занимался, лучше не начинать», – считает Николай Федоров, в прошлом ученый-биолог, а ныне главный рыбовод ООО «Форель Суоярви».

По его словам, на результаты производства рыбы влияет множество факторов, а потому риски очень велики. Рыба может заболеть, и на хозяйство наложат карантин, вплоть до ликвидации рыбозавода. Рыбу может придавить льдом, как случилось в одном из хозяйств Карелии, где погибло все стадо. В этом году рыбоводам добавила волнений аномально теплая зима. Уровень воды в озерах поднялся настолько, что возник риск смешения озерных вод с болотистыми. А болотные микроорганизмы крайне нежелательны для здоровья рыб. «Пришлось подкорректировать рацион кормления для повышения иммунитета и, как говорится, ждать у озера погоды. Наше хозяйство зиму пережило благополучно, а в некоторых стадо сократилось на 30-40%», – рассказывает Николай Федоров.

В Финляндии и Норвегии в случае болезни или мора рыбьего стада государство частично возмещает фермеру ущерб. Россия к этому придет еще не скоро. По причине высоких рисков большинство форелеводов (за исключением самых сильных компаний) не стремятся к экстенсивному ведению хозяйства. Считается, что оптимальный алгоритм – выход на объем 500-700 тонн рыбы в год, а затем развитие переработки, которая увеличивает прибыль в два-три раза при тех же рисках. По этому пути пошел карельский «Кивач». Сделав ставку на развитие производства полного цикла (от мальков до переработки и реализации рыбной продукции), компания быстро стала флагманом. Кстати, в прошлом году в число акционеров «Кивача» вошел Европейский банк реконструкции и развития, который вложит средства в дальнейшее развитие компании.

Непаханое поле

Добавляет проблем и затрат рыбоводам отсутствие отечественной индустрии производства кормов и посадочного материала. Карельские форелеводы закупают корм и мальков на 7 млн евро в год. Деньги в основном уходят в Финляндию. «Кто на это поле первый ступит, обогатится», – считает руководитель республиканского Комитета по рыболовству Александр Климов.

 pic_text1

Российские корма, в принципе, выпускаются несколькими комбинатами, но они сильно проигрывают финским в качестве. Дело в том, что по своей природе форель является хищником и добывает пропитание в полутораметровом поверхностном слое воды. Корма российского производства преимущественно гранулированные. Попав в воду, они камнем идут на дно, и рыба просто не успевает их поймать во время кормления. Несмотря на сравнительную дешевизну, покупать их невыгодно: в мешках до 20% трухи. Не удовлетворяет рыбоводов также качественный состав российского продукта: по мнению экспертов, неудачными кормами можно загубить не только садковую рыбу, но и экосистему озера.

Ориентировочная стоимость завода по производству кормов (3-4 млн долларов) долгое время казалась карельскому бизнесу неподъемной. Сегодня к «непаханому полю» подступаются первые смельчаки. Как рассказал Владимир Собинский, недавно были завершены переговоры между Кондопожским комбинатом хлебопродуктов (владелец – компания «Разгуляй зерно») и финским предприятием RehuRaisio OY (подразделение концерна Raisio, производящего около 60% финских кормов для аквакультуры). Предполагается, что через полтора года за счет совместных инвестиций в Кондопоге будет открыт цех по производству высококачественных кормов. Кстати, первоначально финны намеревались создавать производство в Ленинградской области, но сочли, что целесообразнее сделать это в Карелии, хотя бы из-за близости к основным потребителям.

Рослая особь

Отдельная проблема – с мальками. Закупка посадочного материала в Финляндии и Норвегии нежелательна не только из-за достаточно высокой стоимости товара и транспортных расходов. Карельские рыбоводы оказываются «завязаны» на иностранных поставщиков, что приносит в их бизнес дополнительные риски. В прошлом году, например, из-за массовой болезни рыб в Финляндии на большинство хозяйств был наложен карантин, поставки мальков резко сократились.

Промышленное производство посадочного материала в Карелии пока не поставлено на широкую ногу, но по иной причине, чем производство кормов. Это не столько дорогостоящий, сколько технологически сложный процесс. Чтобы вырастить качественных мальков, необходимо закупить специальное оборудование, обеспечить им строгий световой и температурный режим, безупречный рацион. Нарушение любого из условий ведет к неудаче. Одному карельскому фермеру удалось получить полноценных на первый взгляд мальков, но выросли из них малорослые горбатые особи. Выяснилось, что фермер слегка перекормил их витамином D, который необходим рыбе, но при малейшей передозировке вызывает раннее окостенение.

Впрочем, и здесь есть позитивные сдвиги. «Кивач» заявил о намерении расширить выращивание мальков на полученные от ЕБРР средства, чтобы освободить Карелию от поставок посадочного материала из Финляндии и других северных стран. Кроме того, есть планы построить специализированный завод близ поселка Пиндуши Медвежьегорского района. Инвесторами, предположительно, выступят финские и петербургские бизнесмены, а также местные форелеводы. По приблизительным оценкам, переход на отечественные корма и посадочный материал снизит себестоимость карельской форели процентов на десять.

Петрозаводск

Цена вопроса

Финансовые вложения в организацию форелеводческого хозяйства годовой мощностью в 100 тонн рыбы:

– оформление документов, проведение экспертиз – около 1 млн рублей;

– создание инфраструктуры (дорога, электричество, хозпостройки) – 5-6 млн рублей;

– закупка посадочного материала – 3 млн рублей;

– закупка кормов – 5 млн рублей;

– текущие расходы (зарплата, ГСМ и т.д.) – 1 млн рублей;

– машина-«живорыбка» б/у – 2 млн рублей.

Итого – 15-18 млн рублей.

Источник: соб. инф.