Звезды и тернии

Москва, 03.03.2008
«Эксперт Северо-Запад» №9 (357)
«Одним из чудес нашей жизни оказывается непредсказуемость того, откуда вдруг обрушится беда», – считает Борис Фирсов, первый ректор Европейского университета в Санкт-Петербурге

B Северной столице произошло неординарное событие – негосударственный вуз, Европейский университет в Санкт-Петербурге (ЕУСПб), созданный 15 лет назад, зарекомендовавший себя и в мировом, и в российском научном сообществе, был закрыт по соображениям пожарной безопасности. Точнее, согласно решению Дзержинского районного суда в ЕУСПб приостановлен учебный процесс – аудитории опечатаны. На период до 1 июля университет намеревался арендовать у Института экономики и финансов часть помещений для продолжения учебного процесса, но в минувший вторник случилась очередная напасть – ЕУСПб получил распоряжение Комитета по науке и высшей школе правительства Санкт-Петербурга о приостановлении действия лицензии.

Среди версий о происшедшем есть политическая (ЕУСПб проводил независимые исследования электорального поведения в регионах, что вызывало раздражение у ряда политиков), есть и имущественная (якобы кто-то претендует на арендуемый вузом Малый мраморный дворец, являющийся памятником архитектуры). Официальная версия – противопожарная – практически не обсуждается и, по мнению многих, это лишь прикрытие, так как при желании противопожарная служба МЧС может закрыть едва ли не любой вуз страны. Кроме того, помимо МЧС проверкой ЕУСПб параллельно занимались еще две структуры – городской Комитет по науке и высшей школе и Федеральная регистрационная служба, которая в числе прочего контролирует деятельность некоммерческих организаций. Своим мнением о происходящем делится первый ректор ЕУСПб известный социолог Борис Фирсов.

Lucidum intervallum

– Если бы вас попросили озаглавить статью или интервью о Европейском университете, как вы бы их назвали? «Прощание»? «Надежда»?

– Не знаю. Судьба – индивидуальная или коллективная – обязательно связана с событиями, которые в любой момент могут поставить индивида или коллектив в очень трудное положение. Всегда есть остановки, помехи, вмешательства, недоразумения. Я не хочу сказать, что они необходимы. Они неизбежны. Порой у нас в обществе наступает то, что в психоаналитике называется lucidum intervallum, период просветления. Все в это время коллективно радостно вздыхают, и начинается стремительное движение вперед. А потом этот период заканчивается из-за смены политического лидера, еще из-за каких-то обстоятельств. Начинается совсем другая часть жизни. Все погружается если не во мрак, то в близкое к этому состояние. Но мы преодолеваем и этот период и движемся дальше. Вся моя жизнь, как и многих людей моего поколения, состояла из смены периодов lucidum intervallum и относительного мрака. Я то попадал в атмосферу, позволявшую двигаться вперед, то испытывал последствия того, что этот период заканчивается и предстоит неожиданное и никому не нужное преодоление препятствий.

С января 1992 года, когда возникла идея создания ЕУСПб, и до настоящего времени жизнь университета складывалась исключительно благополучно. Конечно, были трудности. Например, процесс создания ЕУСПб с момента, когда идея была озвучена мэром Петербурга Анатолием Cобчаком, до дня государственной регистрации занял три года. Проект был сложный. Но после госрегистрации с самой первой программы жизнь наша протекала, повторюсь, исключительно благополучно! А я вот не верю, что жизнь может проходить в состоянии непрерывного безоблачного счастья. Даже когда пишешь диссертацию, нужно исходить из простого и злого правила, что не может все проходить гладко. В противном случае ты потеряешь чувство бдительности, сопротивление материала и получишь отрицательный отзыв оппонента или даже организационную неувязку.

– Вы считаете, что происходящее с университетом – всего только организационная неувязка? Или это связано с какими-то более серьезными вещами?

– Радикально изменилась ситуация в стране. Административное право, система административного правоприменения очень быстро встали над нами. Мы попадаем в зубчатые колеса, в шестеренки этой системы. Конфликта с пожарной охраной могло и не быть. Здание мы берегли. Мы чрезвычайно много сделали для того, чтобы привести его в порядок. А после старых хозяев, Института охраны труда, этот особняк приводить в порядок надо было долго. Достаточно сказать, что в актовом зале была высоковольтная лаборатория по испытанию на прочность производственной одежды. Для Малого мраморного дворца это недопустимо. Для прежних хозяев это было просто помещение – пространство, где они могли разворачивать свою деятельность. А для каждого из нас сакральное отношение к этому зданию является нормой.

Как вы знаете, в прошлом году в стране было немало бедствий, связанных с пожарами, с гибелью людей. Противопожарная система попала под огонь критики и, как следствие, пошла в бой за наведение порядка. Ну а чья рука толкнула пожарников в нашу сторону, мне сказать трудно.

Вся эта административная система получила совершенно неограниченные права для выполнения своих функций. Что означает остановить деятельность университета? Ведь возникают непредвиденные трудности с выплатой зарплаты, стипендий аспирантам, нарушается ритм образования. Я задаю себе вопрос: неужели надо таким образом добиваться устранения какого-то недостатка, вмешиваться в довольно сложную ткань организма, который налаживали в течение нескольких лет?

Чудо подлинного образования состоит в невозможности предсказать, где обозначится новый гений. Одним из чудес нашей жизни в России оказывается непредсказуемость того, откуда вдруг обрушится беда, придет ли она от депутата Государственной думы или предстанет в облике пожарного инспектора.

Идеи и аналоги

  Фото: Александр Крупнов
Фото: Александр Крупнов

– Для чего был создан Европейский университет?

– Когда наступили новые времена, возникла потребность не только в новом поколении политиков, но и в новом поколении образовательной и научной элиты, свободной от недостатков прошлого, которая могла бы взять на себя ответственность за судьбы российской науки и образования. Прежде всего в гуманитарной и социальной областях, поскольку гуманитарные и социальные науки были недостаточно эффективны, не опирались на фундамент мирового знания. Их нормальное развитие, по сути дела, было сорвано. Наладить нормальное функционирование социальных и гуманитарных наук – это и было главной целью создания ЕУСПб.

Мы обратили внимание, что есть одно звено, которое может оказаться эффективным, – это аспирантура. В то время аспирантура находилась в загнанном состоянии. Аспиранты просто писали диссертации, но их никто не учил. Был некий прагматический процесс, в основном связанный с укреплением будущего служебного положения, ускорением карьеры, получением чинов, но не знаний. Я сейчас говорю про гуманитарные науки. Тогда и было решено создать своего рода аспирантский колледж.

Для всех нас это был совершенно уникальный проект. В моей жизни и в жизни нынешнего ректора Николая Вахтина не было раньше подобного шанса сделать что-то свое. Мы были не в вакууме, нам помогали. Здание предоставила мэрия Санкт-Петербурга, деньги дали различные фонды. Но зато мы могли, не ограничивая себя ничем, предлагать самые разные идеи, воплощать их и отвечать за результат. Университет был создан свободными людьми. Если бы не было свободы, ничего бы не получилось. Был бы какой-нибудь убогий институт повышения квалификации. А свободные и раскованные люди достигли состояния, в котором могли едва ли не ежедневно фонтанировать идеями. Этих идей в последнее десятилетие прошлого века было наговорено столько, что их хватило еще и на первое десятилетие нынешнего.

– Что это за идеи?

– Во-первых, обучающий модуль в аспирантуре, чего не было в стране никогда. Вторая идея – источник кадров. Мы понимали, что не должны переманивать профессуру из вузов, это неэтично. Мы пригласили преподавать сотрудников Академии наук, которые существовали автономно от системы высшего образования, но знали не меньше, чем преподаватели высшей школы. И академические сотрудники, высококлассные специалисты пришли преподавать в наш университет.

На каком-то витке стало понятно, что мы не можем работать только лишь на Санкт-Петербург. Мы должны иметь особые отношения с регионами. И это движение оказалось востребовано. Еще одна идея состояла в том, что надо учить и иностранных студентов. Было решено создать программу российских исследований для иностранцев. В этом учебном году отмечается десятилетие этой программы. Мы ежегодно принимаем до 20 студентов из ведущих стран Западной Европы и Америки.

В какой-то момент мы поняли, что период донорства и поддержки со стороны западных фондов должен рано или поздно кончиться. Никакой фонд не создает университеты на вечные времена. Он оказывает первую помощь, поддерживает некоторое время, а потом говорит, мол, извините, ребята, живите сами. Поэтому университет выступил одним из инициаторов создания целевого капитала – эндаумент-фонда. Эндаумент ЕУСПб уже зарегистрирован, взнос сделан российскими спонсорами. Это первый эндаумент в нашем городе и второй в России.

Санкт-Петербург

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №9 (357) 3 марта 2008
    Инновационная система
    Содержание:
    Сухим грибницам дождь не поможет

    В Петербурге стартовала программа по превращению города в мировой инновационный центр. При всей ее масштабности новые инновационные предприятия вряд ли начнут расти как грибы после дождя

    Реклама