Не нужно преувеличивать

Михаил Иоффе: «Процесс укрупнения банковского рынка должен иметь разумные пределы, но на данном этапе я вижу только положительные его стороны. А разговоры о том, что рынок рискует потерять рыночную составляющую, носят скорее популистский характер»

Фото: архив «Эксперта С-З»
Михаил Иоффе

Вице-президент Банка ВТБ24, управляющий Санкт-Петербургским филиалом ВТБ24 Михаил Иоффе не склонен рассматривать ряд трендов банковского рынка, беспокоящих многих его участников, как однозначно негативные. Отчасти его оптимизм можно связать с тем, что ВТБ24 – один из крупнейших банков России, он менее подвержен рыночным ударам. С другой стороны, на лидеров возлагается и большая ответственность. О том, почему банки чаще всего обвиняют в пренебрежении малым бизнесом и почему в кошельках петербуржцев сегодня не менее трех кредитных карт, Михаил Иоффе рассказал «Эксперту С-З».

– Как вы оцениваете развитие потребительского кредитования в первом полугодии?

– Наблюдается довольно стремительный рост. Поясню на примере нашего банка: если в первом полугодии 2010-го количество заключенных кредитных договоров ВТБ24 в Петербурге и Ленинградской области составляло 55 тыс., то сейчас оно превышает 77 тыс., при этом если в первом квартале прошлого года мы выдали кредитов наличными на 1,4 млрд рублей, то по итогам первого квартала нынешнего года этот показатель увеличился до 2,6 млрд рублей. Модель поведения населения опять становится потребительски ориентированной, как в 2005-2007 годах. Прежде всего это связано с оздоровлением экономической ситуации. Хотя в сегменте POS-кредитования сверхбурного роста не происходит – люди стали более взвешенно подходить к тратам и совершать меньше импульсивных покупок. Так что данный сегмент рынка, в отличие от докризисных лет, демонстрирует динамику, сопоставимую с ростом рынка кредитов, которые оформляются в отделениях банков. Драйверами же рынка выступают ипотечное кредитование и кредиты наличными.

Рост связан и с тем, что ставки по ряду розничных продуктов практически вернулись к докризисным значениям или приближаются к ним. В ипотеке, потребительском кредитовании, автокредитовании процентные ставки достаточно разумные. К тому же банки отменяют комиссии, а это ведет к удешевлению реальной эффективной ставки по кредитам.

Мнимый демпинг

– В корпоративном сегменте представители коммерческих банков сетуют на демпинг по ставкам со стороны кредитных организаций с госучастием. Насколько велика разница по ставкам в рознице?

– На мой взгляд, разговоры о демпинге носят скорее декларативный характер – создается некий тренд, который принято обсуждать публично. В реальности борьба за клиентов идет и по цене, и по качеству, но акцент уже сдвигается в сторону конкуренции в сфере сервиса.

Конечно, в кризисный период ряд банков, в том числе ВТБ, получили финансовую помощь государства. Сделано это было для того, чтобы кровеносная система российской банковской системы не остановилась, и в результате банковские структуры, получившие поддержку из бюджета, не замораживали кредитование полностью, как коммерческие организации. Но деньги, полученные в кризис, в основном уже возвращены государству, а основным источником фондирования для ВТБ24 остаются средства физических лиц. Поэтому говорить о неравных конкурентных условиях в части привлечения ресурсов я бы не стал. В ответ на разговоры о демпинге могу сказать, что нам, например, мало понятны сегодняшние депозитные ставки ряда коммерческих структур, достигающие 10% годовых. Возникает логичный вопрос: под какие проценты они тогда кредитуют?

Демпинга ни в рознице, ни в корпоративном сегменте со стороны госбанков, как принято их называть, я не вижу. Весь прошлый год ставки на рынке снижались и уже откатились к докризисному уровню, так что дальнейшая ценовая конкуренция как основной вектор борьбы за клиента в ближайшей перспективе вряд ли возможна.

– Тем не менее тон по кредитным ставкам задают не частные участники рынка…

– Логично, что основной тренд диктует лидер рынка – Сбербанк. Его ставки – один из индикаторов для рынка, а остальные игроки вольны решать, ориентироваться на него или нет. Понятно, что если в среднем по рынку ставки будут расти, то и лидеры станут подстраиваться под тренд, а не продолжать снижение. Кроме того, для всех таким же индикатором служит и ставка рефинансирования, устанавливаемая Центробанком. В конечном счете средний уровень стоимости диктуется рынком и спросом.

– Каковы ваши прогнозы по изменению розничных кредитных ставок во втором полугодии?

– Думаю, резких колебаний не будет. По крайней мере если не произойдет каких-то коллапсов в мировой экономике. Возможны некоторые изменения в сторону увеличения, вызванные инфляцией и курсом ЦБ в отношении ставки рефинансирования, но они не выйдут за пределы 1%.

Кто в ответе за малых

– В этом году заметно меняются стратегии банков – многие стремятся усилить свои позиции в тех сегментах, где ранее проводили сдержанную политику. Например, Сбербанк активно продвигает кредитование малого бизнеса. Кредиты для малого и среднего бизнеса (МСБ) всегда были одним из основных бизнесов для ВТБ24, теперь конкуренция на этом рынке станет более жесткой?

– Сбербанк всегда кредитовал малый бизнес – на этом поле он уже не первый год является нашим основным конкурентом. Другой вопрос в том, что, вполне вероятно, теперь он намерен немного изменить подходы и активнее продвигать себя в данном сегменте рынка. Кардинально расстановка игроков вряд ли изменится. При этом наш банк намерен сделать ставку на изменение подхода к работе в данном сегменте – вместо тех или иных продуктов будем предлагать клиентские решения, учитывающие особенности бизнеса конкретной компании. Кроме того, если ранее ВТБ24 в рамках работы с МСБ обслуживал предприятия с годовым оборотом до 90 млн рублей, а все, что выше, было в компетенции Банка ВТБ, то теперь наш лимит увеличен и уже очень скоро мы начнем предлагать услуги компаниям, чей годовой оборот составляет от 90 до 300 млн рублей.

– Почему увеличен порог выручки, неужели сегмент малых предприятий уже недостаточно емок для вас?

– Напротив, отмечается восстановление спроса со стороны малых компаний, несмотря на то что этот бизнес – один из наиболее пострадавших в кризис. По опыту ВТБ24 мы видим, что растут и количество заявок от предпринимателей, и объемы кредитов. Просто бизнес Банка ВТБ растет и предоставление нам возможности работы с той категорией новых клиентов, для обслуживания которой у нас вполне достаточно опыта и ресурсов, – это логичный путь диверсификации клиентской базы.

– Многие банки заявляют, что готовы работать с любой категорией клиентов из сегмента МСБ. Однако нередко предприниматели либо сталкиваются с невозможностью получить кредит объемом менее 1 млн рублей, либо не в состоянии выполнить довольно жесткие требования банков к обеспечению…

– Подход банков к предпринимателям меняется. И мы, и многие другие организации, оперативно реагирующие на изменение ситуации на рынке, готовы работать с любым клиентом. Минимальный размер кредита юридическому лицу для развития бизнеса у нас составляет 850 тыс. рублей. Думаю, со мной все согласятся: развитие даже небольшого бизнеса в Санкт-Петербурге вряд ли потребует меньших инвестиций. В отношении развития и закупки оборудования ситуация аналогичная. Если же предпринимателю нужна меньшая сумма, он может получить кредит как физическое лицо и требования к нему будут другие. Для таких заемщиков у нас есть кредитный продукт «Коммерсант», в рамках которого можно получить кредит от 100 тыс. до 3 млн рублей без залога и поручителей.

Нужно все же понимать, что определение «малый бизнес» достаточно обширное. И есть категория предпринимателей, которые пока не готовы к потреблению кредитных ресурсов. Например, в собственности у человека один торговый киоск и он планирует ставить второй, но отчетливо не представляет, зачем ему это нужно. Велика вероятность, что в таком случае он не всегда понимает, на каких условиях можно взять кредит и что эти деньги нужно будет возвращать, да еще с процентами. Низкий уровень финансовой грамотности населения в России все еще остается проблемой, и одна из задач банковской системы – его повышение.

– Жесткие требования к залогам не являются препятствием для развития кредитования МСБ?

– Существуют разные кредитные продукты, и не все они предполагают наличие залога. Есть и беззалоговые ссуды, и финансирование под товары в обороте. Разумеется, в случае крупных сумм банк требует залог, но заоблачных требований нет: чаще всего это имущество, которое предприниматель реально готов предложить. Мы – не компания по продаже залогового имущества, хотя сейчас у ВТБ24 есть «витрина залогового имущества». Но это – урожай кризиса. Наша цель – не изъять имущество у предпринимателя, а профинансировать его бизнес, чтобы он рос и развивался в ВТБ24.

– Если банки настолько лояльны к МСБ, то почему предприниматели все еще неохотно берут кредиты, да и в целом развитие этого сегмента в России весьма сдержанное?

– Лейтмотив всех дискуссий о малом бизнесе в нашей стране – заинтересованность в нем и государства, и экономики, и банков. Тем не менее этот предпринимательский слой – один из самых незащищенных в стране. Но банки, являясь последней инстанцией в цепочке, почему-то становятся основной мишенью для обвинений в равнодушии к МСБ. Мы готовы кредитовать предпринимателей, консультировать их по финансовым вопросам, но, к сожалению, не можем решить целый ряд проблем, касающихся малого бизнеса, которые находятся в законодательной, налоговой и других сферах.

Свободнее не станет

– Вы неоднократно подчеркивали, что ВТБ24 ориентируется на клиентский сегмент «средний и выше». Каких потребителей вы к этой категории относите?

– Наша основная аудитория – люди с ежемесячным доходом от 50 до 500 тыс. рублей. При этом средний размер потребительских кредитов, выдаваемых ВТБ24, колеблется в диапазоне от 200 до 300 тыс. рублей. Продолжаем развивать и премиальный сегмент, ведь, несмотря на то что данная аудитория достаточно сложная, она весьма привлекательна с точки зрения доходности и возможностей предложения комплексного обслуживания и перекрестных продаж.

– Можно ли ожидать ослабления конкуренции на этом рынке в связи с тем, что в Санкт-Петербурге с него уходит банк HSBC, а BSGV, тоже активно работавший в данном направлении, присоединился к Росбанку?

– Вряд ли уход HSBC заметно повлияет на рынок. Этот банк был представлен в Петербурге только одним отделением, и его аудитория скорее относится к самому верхнему уровню премиума: рассматривать клиента, не располагающего 1 млн долларов на счете, там вряд ли бы стали, и обслуживание его ведется скорее в зарубежных подразделениях HSBC. На мой взгляд, перераспределения клиентской базы в премиум-сегменте не произойдет – лидеры здесь остались прежние и конкуренция сохранится на том же уровне. Уход ряда западных банков с рынка не сильно повлияет на расстановку сил. Свернули бизнес те кредитные организации, которые не успели развиться до кризиса, а значит, сформировать значимые для рынка портфели им также вряд ли удалось.

– В этом году вновь активизировались организации, продвигающие высокорисковые розничные кредиты, – в точках продаж, в интернете, посредством рассылки карт почтой. Например, банк «ТКС» заявляет о серьезных планах в ритейле. Вы рассматриваете таких игроков в качестве конкурентов?

– Рынок в целом относится к подобным стратегиям с опаской. Все помнят, как на первоначальном этапе распространения таких продуктов потребители в силу низкой информированности пользовались подобными карточными продуктами. В итоге они получили непосильные проценты, а банки – поток неплатежей. Я слышал об амбициозных планах наших коллег и не исключаю, что они могут реализоваться. Но есть планы, а есть реальные лидеры розничного рынка, демонстрирующие рост портфелей при сохранении их качества. Я не считаю, что мы играем на одном конкурентном поле с ТКС и другими банками с аналогичным позиционированием. Если привести в качестве примера Петербург, то здесь около 2,5 млн человек, которых можно причислить к потенциальным потребителям кредитных карт. При этом только у Сбербанка выпущено 2 млн карт, у нас – 900 тыс. Соответственно, у качественных заемщиков есть как минимум по три карты ведущих банков и они понимают, на каких условиях им могут предложить кредитную карту банки, с которыми они уже работают, и сколько для них это будет стоить.

– А что происходит с просрочкой в рознице, каков ее процент в вашем портфеле?

– Ситуация нормализовалась – на данный момент в нашем портфеле доля просроченных кредитов приблизилась к 2,6%, думаю, на этом уровне она и останется. В кризис у нас было сформировано подразделение по работе с просроченной задолженностью. Мы понимаем, что некоторый процент таких долгов не вернем никогда, поэтому производим их списание, часть долгов очень низкого качества отдаем коллекторам, остальными занимаются сотрудники банка. Сейчас работа с такими долгами ведется в нормальном режиме и роста этого показателя мы не ожидаем. Отмечу, что ситуация с проблемными кредитами в Санкт-Петербурге даже в кризис была лучше, чем во многих других регионах страны. Заемщики Северной столицы продемонстрировали очень хорошую платежную дисциплину.

– В ипотеке аналогичный тренд?

– Да, здесь тоже постепенно снижается объем «плохих» долгов. Причем, по нашим наблюдениям, в кризис ситуация с просроченной задолженностью в этом сегменте была менее острой и более понятной, чем в других видах кредитования. Клиенты могут уклоняться от выплат по кредиту наличными, в случае нехватки средств перераспределить предназначенные для выплаты деньги на другие нужды, попросить банк реструктурировать ссуду. К жилью люди относятся с высокой степенью ответственности, большинство старались так или иначе обслуживать долг, несмотря на трудности. Основная масса неплатежей в кризис пришлась на инвестиционные квартиры – те, что приобретались для сдачи в аренду или перепродажи.

Время для спокойствия

– Если по ставкам конкурировать в этом году станет сложно, то какие инструменты привлечения клиентов будут актуальны для банков в ритейле?

– Основная борьба развернется в сферах завоевания лояльности существующих клиентов, создания специализированных предложений для разных, все более мелких клиентских сегментов и повышения значимости дистанционных каналов.

Ужесточится конкуренция в интернет-банкинге. Мы, например, осенью этого года намерены запустить специальные предложения по мобильному банкингу на базе платформ iPhone и Android, а в 1012-м существенно изменить функционал нашей системы интернет-банкинга «Телебанк». Продолжаем инвестировать и в развитие сети офисов, и в модернизацию ИT-платформы банка. Другие банки начали аналогичную активность только в конце прошлого года, так что в этом году на банковском рынке, безусловно, произойдет определенный всплеск инвестиционной активности.

– Насколько вы планируете увеличить кредитный портфель в этом году?

– Наш филиал по итогам 2011 года намерен выдать ипотечных кредитов на 5 млрд рублей, кредитов наличными – на 14 млрд и преодолеть планку в 80 млрд рублей привлеченных средств. Мы ставим перед собой задачу увеличить в течение года объем своего бизнеса в Петербурге как минимум на 30%.Что касается прогнозов по рынку в целом, то, по нашим оценкам, ключевые сегменты рынка банковских услуг (тот же рынок ипотечного кредитования) вырастут минимум на 20%.

– Банковский рынок продолжает укрупняться. Некоторые видят в этом определенную угрозу для конкурентной составляющей банковской системы…

– Я угрозы не вижу. Мы наблюдаем не какое-то глобальное укрупнение, в результате которого на рынке останется два игрока. Если посмотреть на ТОП-20 банков страны, то они продолжают работать и довольно жестко конкурировать между собой. Ни один из них не представляет собой угрозы как потенциальный монополист.

Конечно, количество небольших игроков сократится, но нужно ли их много в наших реалиях – это спорный вопрос. Да, можно посмотреть на Швейцарию, где даже в небольшой деревушке может быть два отделения региональных банков. Но там система регулирования и контроля за финансовым рынком вырабатывалась столетиями, у нас же она только формируется. И с учетом наших территорий и, повторюсь, все еще недостаточной финансовой грамотности населения нам не нужно 10 тыс. мелких банков. Многие из них могут представлять угрозу прежде всего для клиентов. Конечно, и у этого процесса должен быть разумный предел, но на данном этапе я вижу только его положительные стороны. А разговоры о том, что рынок рискует потерять рыночную составляющую, носят скорее популистский характер.

– Каковы основные вызовы для банковского сектора в этом году?

– Надеюсь, что в этом году у нас вызовов не будет. И банки смогут в спокойном режиме развиваться, наращивать портфели, инвестировать в инфраструктуру и разработку новых продуктов. Пока к этому есть все предпосылки, главное – спокойно пережить август-сентябрь.  

Санкт-Петербург