Генетика и нечто сверхъестественное

Спорт
Москва, 22.03.2012
«Русский репортер» №11 (240)
На прошлом чемпионате мира 24-летняя Татьяна Чернова завоевала золотую медаль в семиборье, опередив свою главную конкурентку англичанку Джессику Эннис. В Лондоне Татьяне предстоит вновь встретиться с обиженной соперницей, чтобы доказать: произошедшее не было случайностью

Фото: Юрий Иващенко для «РР»

Татьяна, заниматься семиборьем — это в семь раз сложнее, чем каким-то одним видом, или в семь раз проще?

Каждым видом непросто заниматься. Но так как семиборье включает практически все легкоатлетические дисциплины, то здесь надо уметь больше. Ты делаешь все: помимо барьерного бега или прыжков в длину надо еще и на выносливость бежать. Какой-нибудь длинновичке-девочке скажи пробежать 800 метров — она в жизни не встанет на эту дистанцию! Но в моем случае, занимаясь семью видами, надо быть на высоте во всех. Девушки-многоборки могут даже успешно выступать в отдельных видах. Каролина Клюфт, олимпийская чемпионка, чемпионка Европы и мира в многоборье, завоевала бронзу в прыжках в длину на чемпионате мира. Кстати, это происходит довольно часто.

На первенстве мира вы боролись с яв-ной фавориткой Джессикой Эннис. Когда почувствовали, что можете ее победить?

Поверила намного раньше, еще до приезда на чемпионат. Хотя до этого выступления ни разу у меня не получалось сделать все так, как я хотела. Набрать во всех видах все личные рекорды очень сложно. Но я постаралась хотя бы приблизиться. А потом смогла внутренне перестроиться, просто поменяла образ мыслей. Поняла, что могу добиться многого. Просто поверила в себя. Если действительно что-то хочешь, то у тебя, несмотря на какие-то трудности, испытания, появится шанс реализовать себя. Еще до чемпионата мира на других соревнованиях я проиграла Джессике около ста пятидесяти баллов, заняла второе место. Было очень досадно. Но я не опустила нос — на­оборот, захотела выступать, соревноваться, реализовать себя, потому что у меня было много неиспользованного потенциала. А потом в Чехии, в Кладно, я практически во всех видах установила личные рекорды. И тогда я поняла, что да, действительно все возможно. Сумма была высокой, до Эннис, наверное, семи очков не хватило, мы практически одинаково с ней набрали. Но я после Кладно видела и все свои резервы, где над чем можно поработать. Я не считала ее непобедимой.

Получается, что победа — она в голове.

Думаю, да. Потому что человек, наверное, периодически мешает себе своими мыс­лями, страхами какими-то, переживани­ями, сомнениями — он только отдаляет себя от тех целей, которые наметил. А когда ты уверен и смел, трезво оцениваешь все события, то вообще нет предела совершенству.

У вас есть свой способ привести нервы в порядок на стадионе?

Закрываю глаза. Еще меня хорошо музыка отвлекает. Но на основные соревнования в сектор проносить с собой плейер нельзя. Поэтому просто ложусь, смотрю вниз или вверх. Я не замечаю, что вокруг происходит, кто как прыгает, куда бежит. Я сосредоточена на каком-то виде и на себе: вот сейчас накоп­лю сил между попытками, выйду и сделаю, что я должна и на что способна.

А вам не кажется, что для многоборья надо обладать определенным характером? Ведь для него нужно заниматься многим, но более поверхностно. А один вид спорта, если им заниматься постоянно, может и надоесть.

Конечно, семиборье должно подойти чело­веку по характеру, мне действительно было бы скучно делать что-то одно. Постоянно приходить на тренировку и изучать один и тот же вид — я даже не представляю, как это будет. Когда люди идут заниматься многоборьем, они знают, на что идут, что это нелегко — придется несколько раз в неделю тренироваться, очень много видов придется освоить. Многоборье вообще отличается от остальной легкой атлетики. Например, у нас свой календарь, свои старты. Нас редко приглашают на старты «Бриллиантовой лиги».

Значит, в семиборье слишком мало соревнований?

За год у нас проходит примерно шесть соревнований. Из них можно выделить три основных старта, на которые приезжают практически все многоборцы: Гетцис (Австрия), Таланс (Франция) и один из крупных турниров, таких как чемпионат мира, чемпионат Европы или Олимпиада. То есть три старта в году делают все многоборцы, редко когда кто-то успевает выступить на четырех или пяти. Многоборные турниры в Гетцисе и Талансе проходят очень интересно, собирают полные стадионы — люди берут с собой покрывала, одеяла и семьями приходят отдыхать, как на пикнике, заполняя весь стадион. Тут же кафетерий: в Австрии жарят вкусные сосиски, а в Талансе люди могут пойти в бар — это же винный город. То есть все получают удовольствие, кто от соревнований, а кто от отдыха.

Получается, что многоборье — приви­легированный вид спорта. В теннисе вон у спортсменов 15–25 турниров в год.

Я была бы не против выступать чаще. Но не получается, потому что это тяжело. То, что делают в многоборье, может не каждый, это очень и очень сложно. Бывает, когда заканчиваешь последний вид, несколько дней после этого не можешь в себя прийти. Потом, постепенно, в перерывах между соревнованиями снова набираешь форму, чтобы выдать максимальный результат за два дня следующих соревнований. Такая система, такой вид спорта.

Как проходит ваш тренировочный процесс в течение года?

Я тренируюсь пять раз в неделю, выходные дни — среда и воскресенье. Каждый день по две тренировки. Утром на улице, на стадионе, благо погода позволяет. Бегаю, делаю технические виды. Выбираю один из семи. В течение недели надо проработать каждый, так что два раза в неделю приходится делать в один день два вида. Вечером у меня силовая тренировка в зале: штанга, упражнения.

А есть четкий регламент — в какой день какой вид?

Иногда это зависит просто от желания. Бывает, утром просыпаюсь и понимаю, что хочу заняться не тем видом, который запланирован. Тогда мы с тренером меняем программу под мой настрой.

Подготовка к серьезным стартам чем-то отличается от обычного режима?

Да, отличается. Сбавляется нагрузка, зато больше внимания уделяется нормативам. Засекаем время, замеряем прыжки. То есть контроль такой же, как и во время соревнований.

Семейный подряд

В Краснодаре чемпионка мира живет вместе с родителями и братом. «Мама, папа, я — спортивная семья» — это про них. Мама Татьяны — олимпийская чемпионка, легкоатлетка, в 1980 году в Москве выиграла эстафету 4 х 400 м и сейчас по-прежнему занимается спортом, но только уже как чиновник: Людмила Александровна руководит департаментом по физической культуре и спорту Краснодарского края. Папа Татьяны, Сергей Чернов, тоже всю жизнь профессионально занимается спортом: в молодости — десятиборьем, после перешел на тренерскую работу. Дочь тоже в числе его подопечных. Сергей Александрович высокий и спортивный, Татьяна во многом на него похожа.  Пока дочь разминается на дорожке, отец рассказывает, как ему удалось вырастить чемпионку.

Когда Татьяна начала заниматься семиборьем, как вы к этому относились: если ей в радость, то пусть занимается, или вы были нацелены на какой-то результат?

Это вы очень правильно сказали: чтобы ей было в радость. С самого детства она ходила с нами на стадион. Просто играла в песочке, бегала за бабочками. Никто ее не заставлял что-то делать. Потом как-то взяла мячик, кинула, потом куда-то прыгнула, то есть у нее появился какой-то свой интерес. А способностями она была одарена, и в конечном счете получилось то, что получилось. В душе мы, конечно, хотели, чтобы она пошла по нашим стопам, но не было такого: «Ты будешь только спортсменкой-многоборкой». Человека не заставишь делать то, чего он не хочет.

Юным спортсменам обычно не удается полноценно учиться в школе, приходится выбирать спорт...

У нас мама строгая в плане учебы. Поначалу так и шло, Таня хорошо училась. Но когда пошел спорт, когда у нее уже начались успехи, она еще была в 10-м, в 11-м классе. Несмотря на двойную нагрузку, она могла бы закончить с золотой медалью. К сожалению, некоторые учителя пошли на принцип: раз не ходишь на уроки, пять мы тебе не поставим. И это было обидно. Вместо школьной золотой медали Таня в том же году завоевала другую — на юношеском чемпионате мира, установив высшее мировое достижение.

Для нее вы больше папа или тренер?

Даже не знаю. Я ее очень сильно люблю как дочку. Но когда мы пересекаем границу стадиона — тут папы уже нет. Я вообще ни­кому поблажек не даю, у меня нет любим­чиков. Здесь работа, тут надо или делать или не делать. Ну а дома другое дело.

Можете наорать, выйти из себя?

Сейчас нет. По молодости, наверное, было такое. Сейчас у меня характер стал более умеренный. Но в то же время я не могу смотреть, когда люди ленятся, отвлекаются — я их сразу на место ставлю. Но это агрессивно-умерен­ное воздействие полезно для дела.

Как Татьяна на это реагирует?

Она — нормально. У нее такой характер, она по жизни сглаживает конфликтные ситуации. И поэтому, если кто-то на нее кричит, она, наверное, понимает, почему кричат. Но такое бывало очень редко.

Вы сейчас готовитесь к Лондону. Ставите себе какие-то конкретные задачи?

Все идет по накатанной. Тут главное — не навредить. Таня начала показывать высокие результаты в раннем возрасте. Но чем это чревато? Болячками. Ты все время находишься на высоком уровне, а организм еще неокрепший. Хотя мы не форсировали ее подготовку, но куда ты денешься — это семиборье, тренировки, все равно напряжение. И у нее все время где-то что-то болело, болело, болело. Сейчас она уже окрепла, сформировалась и физически и морально. За это время, естественно, у нее появилось немало наработок: она много умеет, много знает, опыт огромный. Поэтому сейчас надо просто прийти к Олимпиаде здоровой, сильной и показать все, что она может, а может она очень многое.

Прелести жизни

Мы разговариваем с Татьяной в манеже Кубанского государственного университета физической культуры, спорта и туризма. Идут занятия. Рядом студенты наматывают километры по дорожкам, прыгают в длину, играют в баскетбол, опоздавших тренеры заставляют пробежать штрафной круг по стадиону. Чернова, студентка университета, тоже занимается в этом манеже. Вот только на дорожке она сильно выделяется среди других спортсменов: высокая красивая блондинка тренируется сосредоточенно и уверенно. В отличие от остальных студентов, экзамен ей придется сдавать в августе — в Лондоне. После тренировки мы решаем продолжить беседу в каком-нибудь тихом кафе. На улице Татьяну ждет BMW Х3 — подарок за олимпийскую медаль.

Правительство России подарило вам машину, а местные власти как-то отметили вашу победу?

У меня есть квартира, которую подарил губернатор Ткачев. Однокомнатная, недалеко от родительского дома. Но пока я живу с ними, потому что очень много времени провожу на сборах и нет смысла отселяться. Они мне помогают, готовят, когда я много тренируюсь, массаж даже делают, когда нужно. Плюс это очень большая поддержка. Ну и третье, наверное, самое главное: если бы рядом был близкий человек, родной, любимый, то можно было бы с ним вместе жить, я бы ему гото­вила, стирала, гладила, но пока я такого не нашла. Поэтому вот езжу по всему миру, занимаюсь спортом и живу с родителями в Краснодаре.

Вы думаете, что сможете бросить карьеру ради семьи? Станете домохозяйкой?

Вообще мне это нравится — заниматься домом. Иногда, когда я полна сил, проснусь — и сразу замечаю, где что-то не так лежит, и начинаю везде наводить чистоту — мне это столько радости приносит! И готовить люблю. Мое любимое блюдо — плов. Меня папа научил, он очень хорошо готовит. Мы часто в Азию ездим — в Ташкент, в Самарканд, напробовались там таких нереально вкусных блюд, что грех было не научиться делать их самой!

Вам не приходится следить за фигурой — хватает нагрузок?

Конечно слежу! Я всегда ела все подряд и не следила никогда ни за весом, ни за чем — все всегда было в порядке. Но в какой-то момент, когда я подрастала, что-то пошло не так. Наверное, у каждого человека происходят какие-то изменения: ешь все то же самое, а оно по чуть-чуть, по чуть-чуть — и откладывается. Поэтому тренер, который является и диетологом, меня какое-то время ограничивал, даже диеты заставлял соблюдать. В общем, всеми силами пытался меня заставить привести себя в порядок, привить любовь к своему телу, к правильному питанию. Потому что, по сути, питаться правильно и быть стройной — это не так сложно. Многие люди, наверное, из-за недостатка времени и лени не соблюдают простейшие принципы здорового питания.

Вот вы — чемпионка мира, а чем занимается ваш брат?

Ему сейчас двадцать, учится в Кубанском государственном университете на управлении. То есть он теперь ближе к маминому пути. У него хорошо получается, он способный в учебе. Кроме того, он тоже занимается спортом, но еще не созрел для серьезных соревнований. Ему кажется, что отец уделяет ему мало внимания на тренировках, и поэтому тренируется не у нас, а в Волгограде, у известного тренера, который подготовил много хороших многоборцев и многоборок. Там ему прививают любовь к спорту, к порядку, к дисциплине. Мы решили, что если ему так хочется, пусть ездит. Он сам должен выбрать свой путь! Может быть, потом сам захочет вернуться, нас попросит — и мы ему обязательно поможем во всем.

Тренироваться с родителями, мне кажется, непросто.

Ну да. Помню по детству: когда только начинала заниматься легкой атлетикой, у нас с папой было много разногласий — где-то я начинала спорить, где-то он начинал спорить, что-то доказывали друг другу. Но по крайней мере он меня ни разу не выгонял с тренировки. А бывало и по-другому. Я знаю девочек, которые тренировались у него раньше. И много случаев было, когда кто-то начинал качать права, настаивать на своем. Он сразу говорил: кто из нас тренер, ты или я? Если я тренер, тогда слушайся меня, если тебе что-то не нравится, иди вон со стадиона и занимайся чем хочешь!

Вот вы приходите домой после конфликта на тренировке. Что делала мама — мирила вас?

Она поговорит со мной, поговорит с папой, потом соберет нас вместе. Мы в принципе стараемся не выносить то, что происходит на тренировке, со стадиона, потому что это неправильно. Разногласия же происходят по какой-то причине, может быть, чисто технической. К примеру, я, когда росла, не понимала, как какой-то вид делается или движение, и начинала спорить с отцом, доказывать свою правоту. А он считал совсем по-другому. И вот мы, вместо того чтобы изучать движения, выясняли, кто из нас прав. Но это же не повод для ссоры. Это обычная жизненная ситуация. Мы тогда в общественном транспорте ездили — и пока дойдем от стадиона до остановки, уже и забудем обо всех разногласиях.

Вы себя внутренне на какой возраст ощущаете?

На двадцать лет, наверное, по состоянию тела и души, но не по развитию.

Обычно спортсмены взрослеют раньше своих сверстников.

Я уже знаю намного больше своих сверстников, умею больше, видела больше. Мне хочется все время чем-то заниматься. Знаю, что многим людям моего возраста уже все неинтересно. Любят сидеть дома и бездельничать. Многие даже и в работе не смогли себя найти.

Олимпийского золота мало

На чемпионате мира в Тэгу вы обыграли фаворитку-англичанку. Не боитесь, что теперь она захочет отомстить вам на домашней Олимпиаде в Лондоне?

Смена лидера рано или поздно обязательно происходит. Раньше была Каролина Клюфт, потом Джессика Эннис. Борьба идет всегда. Многим девушкам хочется победить, и это прибавляет азарта всем остальным. Конечно, Джессике хочется остаться на коне и всегда завоевывать высокие награды. Но и я пришла не из ниоткуда. У меня есть достижения в юношеских соревнованиях, бронзовая медаль Олимпиады в Пекине, теперь и золото чемпионата мира.  Я тренируюсь, чтобы завоевывать медали, и готова показывать высокие результаты!

Каролина Клюфт была, конечно, настоящей звездой.

Да, я ею восхищалась, фактически росла на ее выступлениях. Она уже завоевывала награды и успешно делала старт за стартом, а я в это время следила в интернете за ее выступлениями и думала: «О, как это здорово — такие высокие результаты и такая сумма очков! Как я хотела бы набирать столько же!» Но есть еще одна спортсменка из семиборья, которой я восхищаюсь. Это Джекки Джойнер-Керси, которая установила мировой рекорд в семиборье, показала феноменальные, фантастические результаты, выиграв на Олимпиаде в Сеуле сразу две золотые медали — в многоборье и в прыжках в длину — с нереальным результатом. Конечно, хочется приблизиться к ней и к таким высоким достижениям.

То есть высшая ступень в карьере спортс­мена — это не просто олимпийское золото? Надо сделать еще нечто особенное, что выделит тебя из среды других чемпионов?

Это, наверное, самая вершина спортивной карьеры. Например, Елена Исинбаева не только выиграла Олимпийские игры, но еще и установила на них мировой рекорд. Одно дело — установить его где-то там, на другом старте, на «Бриллиантовой лиге» или каком-то чемпионате. А вот так, как она, когда за тебя болеет весь стадион, миллионы телезрителей, и ты еще устанавливаешь мировой рекорд — наверное, это максимум!

Какие вообще отношения в сборной России? Вы болеете за другие дисциплины?

У нас такая дружная единая семья. Может быть, выходя на дорожку, мы не остаемся друзьями, но и врагами нас тоже не назвать — просто во время соревнования выясняется, кто сильнее. Когда же мы пробежали, то всегда друг друга поздравляем, радуемся личным рекордам друг друга или высоким достижениям. В Тэгу мы жили с девчатами в одном корпусе. И сначала Ольга Кучеренко завоевала серебро, потом я принесла золото, потом Анна Чичерова тоже с медалью закончила. И когда кто-то из наших выступал, мы собирались перед телевизором большой компанией и пытались хоть какую-то энергию передать этому человеку. А когда спортсмен возвращался с медалью, радостный, то всем, кто еще только готовился выступать, тоже хотелось подержаться за нее, чтобы пропитаться успехом и силой победы!

Вы серьезно относитесь к своим достижениям? Помните наизусть все результаты?

Я веду спортивный дневник. Просто для себя. Чтобы помнить, когда какие результаты показывала на тренировках. Открыла, посмот­рела — есть к чему стремиться. Где-то, может быть, форму еще не набрала. Сравниваешь, смотришь. Начинаются основные старты — и в дневнике пустая неделя. Записываю потом, но не все могу вспомнить до секунды. Приходится залезать в интернет и смотреть точно, что там и как я делала. А дневник потом может понадобиться. Например, если я тренировать захочу.

Так вы уже определились, по какому пути пойдете после завершения спортивной карьеры: как мама — в чиновники или как папа — в тренеры?

Мне очень нравится спортивная политическая деятельность. Особенно если бы я что-то могла сделать для страны, для спорта, для молодежи, для детей! А тренировать — это целое искусство. Помимо знаний нужен еще и опыт! У моего папы есть группа — я всем помогаю. Если кто-то обратился ко мне за советом или я вижу, что человек хочет чему-то научиться, но не знает, как это сделать, я обязательно подойду к нему, подскажу что-нибудь.

Сейчас в федерации есть спортсмены, например Юрий Борзаковский, которые, являясь функционерами, продолжают выступать. Как вы к этому относитесь?

Только положительно. Я знаю, что такие люди очень многого достигли в спорте и на высоком счету не только у федерации, но и у всех людей, которые за них болели. Они могут внести что-то новое, интересное, помочь в решении вопросов спорта в нашей стране.

И что, их вклад заметен?

Знаю, например, что Елена Исинбаева попросила денег на реконструкцию манежа в Волгограде. В нем всегда было очень хо­лодно тренироваться, но они переделали его полностью, и теперь там очень комфортно. Спортсмены с удовольствием ходят на тренировки.

А вам не кажется, что такое ручное управление не принесет ничего хорошего? По идее, ведь это задача чиновника — сделать так, чтобы вся система работала и всюду было хорошо и тепло.

Это очень сложно сделать в нашей стране, потому что нет достаточного количества знающих людей. Слышала недавно историю: тренер Марии Абакумовой Синицын десять лет не был в родном городе и вот съездил туда в этом году, посмотрел, что там и как, что изменилось. Приехал и говорит, что сейчас у спортивной власти там какой-то актер, то есть человек абсолютно ничего в спорте не понимающий. И там не то что лучше не стало, а только хуже. Вот реальный пример, когда спортом руководит некомпетентный человек.

Как же можно изменить ситуацию?

Это длительный процесс. И если мы хотим расти, чтобы что-то у нас менялось, то, во-первых, желательно приглашать на работу спортсменов, способных управлять, руководить, помогать и подсказывать. Во-вторых, нужно хотя бы прислушиваться к мнению специалистов, к мнению знающих людей. То есть постоянно собирать тренеров, спортсменов и выслушивать, что им надо. Все же хотят результатов, но мало кто знает, что нужно для того, чтобы этот результат легче было достичь. Правда, мы все равно, несмотря ни на что, добиваемся успеха!

Вы сейчас довольны и федерацией, и государством?

Последние годы и в России, и в Красно­дарском крае делается много для спорта. Реконструируются стадионы, кисловодская база становится современной, в Сочи идет замена покрытия. Только в Краснодарском крае 18 стадионов за два года получили лучшее покрытие и оборудование. Меня мой край обеспечивает: у меня здесь манеж хороший, стадион, на котором я могу тренироваться, возле дома — лучше не придумаешь. Я фактически живу в Краснодаре как на сборах. Плюс климатические условия. Плюс постоянная поддержка. И потом, в Краснодаре меня приглашают на все мероприятия — это приятно, радует, что могу что-то сделать и для своего города. Я и детские мероприятия посещаю, потому что хочу, чтобы дети занимались каким-то правильным делом, которое укрепит в них здоровый дух.

Похоже, у вас уже сейчас много идей, как улучшить ситуацию в спорте. Ваша дипломная работа будет об этом?

Нет, там будет затронута тема семиборья — о том, какие должны быть характеристики у девушек, которые занимаются этим видом. Одним словом, откуда должен браться результат. Я беру параметры различных спортс­менов, от мастеров спорта до призеров Олимпийских игр.

Физические параметры?

Не только физические. Физические, функ­циональные, морфологические — строение тела, мышц, жировой ткани, которые я изучаю и проверяю в ходе измерений и на тес­тах. Плюс психологическое состояние — его нельзя не учитывать. Когда все эти компоненты и факторы соединяются в одно, это и дает характеристику, наверное, идеальной модели многоборки: что должно быть в спортсменке, чтобы она была успешной.

И кто по вашей модели идеальная многоборка?

Диплом я еще не дописала, поэтому ответа на этот вопрос пока не дам. Но могу сказать, что не все так просто. Собрать все компоненты воедино — это одно. Но должна быть еще генетическая предрасположенность и еще что-то, нечто сверхъестественное — удача и талант, который не измеришь. Очень много всего должно собраться воедино, чтобы человек стал олимпийским чемпионом.

Семиборье — вид легкой атлетики, включающий семь различных дисциплин. Соревнования проводятся в два дня. Первый день спортс­менки соревнуются в беге с барьерами на 100 метров, прыжках в высоту, толкании ядра и беге на 200 метров. Второй день отводят для прыжка в длину, метания копья и бега на 800 метров. За достижения в каждом виде начисляются очки, а победитель определяется по итоговой сумме баллов. На сегодня рекордным показателем в женском семиборье остается достижение американки Джекки Джойнер-Керси. На Олимпиаде в Сеуле в 1988 году она набрала 7291 балл. Для сравнения: Татьяна Чернова в 2011 году показала свой лучший результат — 6880 баллов.

Татьяна Чернова

Родилась 29 января 1988 года в Краснодаре. Выступает за общество «Динамо». Тренеры: Сергей Чернов, Вла­димир Кудрявцев. Чемпионка мира среди юношей (2005), чемпионка мира среди юниоров (2006), чемпионка мира (2011), бронзовый призер чемпионата мира в помещениях (2010), бронзовый призер Олимпийских игр (2008).

Новости партнеров

«Русский репортер»
№11 (240) 22 марта 2012
Пытки
Содержание:
Реклама