Изготовление истории

От редактора
Москва, 05.07.2012
«Русский репортер» №26 (255)

А все-таки вяловато мы живем. Нет настоящей энергии ни в политике, ни в бизнесе, ни в культуре. Все оттого, что не видим цели. Поразительная неспособность к постановке национальных целей показывает, что нет пока и нации. Так откуда же она возьмется? Уж конечно, не из горячечного бреда про «Россию для русских» и ему подобного. Нет, белая горячка не совсем чужда нашей национальной идее, но все же не составляет ее суть. Хотя, с другой стороны, хорошо бы всей нацией залечь, засесть по травянистым обочинам железных дорог (дураки — к дорогам, скажу любя) — с теплой водочкой, с влажным огурцом, с липким плавленым сырком — и глотнуть (труден только первый глоток, впрочем, это все знают), и возмечтать... «“Серп и молот” — Карачарово: И немедленно выпил…» Немедленно! Вот что мы делаем быстро. Все остальное — очень медленно. Это раздражает.

Нам всегда везет по-особому. Вот сейчас мы оказались в «долгом», историческом времени. Время, текущее медленно, настолько медленно, что кажется почти неподвижным, — так характеризует его Фернан Бродель, противопоставляя быстрому «времени событий». Обычно оно заметно лишь историкам, и то далеко не всем. Однако это фундаментальное «долгое время» вышло на самую поверхность повседневности в России. И она, видите ли, от князя Горчакова до Путина все «сосредотачивается».

А события сейчас в мире происходят со всевозрастающей быстротой. Но историческое время, которое способно менять характер жизни, прочищая ее нутро и воздух, продолжает двигаться мучительно медленно. Между тем и патриоты-ортодоксы, и либералы-западники — все недовольны Россией. Для одних она слишком далеко ушла от корней, другие с подозрением относятся к самим корням. Но теперешняя ситуация — шелестящая над этими корнями крона — не нравится никому.

А страна все совершает, совершает какой-то исторический поворот. Кто-то суетится, а кто-то заворожен этим поворотом. Ему почти невозможно соответствовать, жить в его ритме. Это примерно как быть мореходной командой Индостанской плиты, плывущей от древней Гондваны на место будущей Индии.

Многие сегодня ждут героя. «Крик: “Героя на авансцену!”// Не волнуйтесь: дылде на смену // Непременно выйдет сейчас // И споет о священной мести… // Что ж вы все убегаете вместе, // Словно каждый нашел по невесте» (Ахматова, «Поэма без героя»). Так вот, придет «герой», и не побежим ли мы от него сломя голову, как уже было? И там же: «Как в прошедшем грядущее зреет, // Так в грядущем прошлое тлеет — // Страшный праздник мертвой листвы».

Здесь — именно об этом. Тяжело жить в историческом времени, хочется погнать события: скажем, увидеть демократический калейдоскоп фигур. Однако если очередная попытка вырваться из исторического времени и зажить «хроникой текущих событий» окажется ненароком успешной, то в грядущем будет вновь, как и сегодня, тлеть прошлое. Именно тлеть, а не присутствовать величаво — остывшей, пережитой, классической формой. Как ему и полагается.

И консерваторы у нас, и самые отчаянные революционеры хотят повторить либо чей-то чужой проект, либо собственный, столетней давности. Всем видится лишь замкнутый круг и не видно цели. А между тем цель у нас есть — делать историю. Тогда, ей-богу, и само «долгое время» пойдет быстрее!

Новости партнеров

«Русский репортер»
№26 (255) 5 июля 2012
Неграмотность
Содержание:
Реклама