Наше счастливое будущее

От редактора
Москва, 25.11.2019
«Русский репортер» №22 (487)

В каком мире хотят жить подростки через десяток-другой лет? Людям изрядного возраста, принимающим важнейшие для будущего решения, стоило бы поинтересоваться у них, обитателей будущего.

Я недавно поинтересовался. Точнее, интересовался-то давно, но неправильно задавал вопрос. Например, в лагере «Сириус» подростки отправлялись в любой год до конца века — по легенде игры, не такой уж далекой от реальности, заскорузлый мозг взрослых не выдерживал путешествия в будущее, приходилось на только что изобретенной машине времени отправлять ребят. А потом они возвращались и писали отчеты об увиденном — почти сплошь мрачнейшие антиутопии. Взрослые на конкурсе фантастических рассказов «Будущее время» выдавали тот же результат: оптимизм не в тренде — нет в актуальной культуре привлекательного образа будущего, нечем вдохновляться, зато есть чего бояться.

На этот раз, в дальневосточном лагере «Океан», я поменял подход: надо не путешествовать в готовое будущее, а понять, чего хочется, и попытаться будущее построить — для начала в игре. Со мной было 300 старшеклассников со всей России. Начали с прямого вопроса, чего они хотят. Первым же требованием, вызвавшим бурную поддержку, была крамола: «чтобы государств не было, а были только города».

Разделились на семь команд — семь городов. Государство я все же оставил: взрослый, не выдерживает мозг радикальной новизны. История началась в 2024 году, когда новое правительство сделало Приморье зоной экспериментального развития, начало строить там города с нуля, заселять их молодежью и давать широкие права самоуправления. Каждый город выбрал себе название, мэра, характеристики, идеалы и ценности. Например, Банановск — тропический город-сад под куполом с искусственной регуляцией климата, стремящийся к объединению городской и природной среды. Совершенно неожиданно для меня оказалось, что главная объединяющая ценность у ребят — экология: об этом кричат даже названия двух городов из семи, Эколэнд и Экоград. Я приехал в «Океан», только накануне сдав в «РР» статью «Технологии для поколения Греты» про будущее энергетики, — но, конечно, не думал всерьез, что нынешнему поколению и правда подходит это название. Ради таких сюрпризов и стоит спрашивать.

Потом ребята выделили семь главных трендов — направлений, в которых сейчас меняется мир. Каждый тренд — линия до 2050 года; на этой линии они нарисовали точки, которыми отмечены главные события, связанные с этим трендом. Например, одним из трендов была «революция в образовании» (что, взрослые, не думали, что это самое важное?). Первым событием на этой линии ребята обозначили отмену ЕГЭ и ОГЭ.

А потом началась сама игра: в зале сидят семь команд-городов и проходят испытания, которые сами себе придумали, — те самые события на линиях-трендах. Например, я говорю: «Настал 2025 год, и вам дали право самим решать, как устроить отбор в вузы. Понятно, что ЕГЭ и ОГЭ не справляются — проверяют уже устаревшие знания, да и вообще теперь не знания нужно проверять, а что-то другое, вот только никто точно не понимает, что именно. Как ваш город решит проблему?» Команды совещаются и рассказывают о решениях, создавая будущее своего города. Так мы и двигались от года к году, от испытания к испытанию — и весь этот мир придумали сами ребята. Какое же удивительно прекрасное будущее они в итоге построили — и не одно, а целых семь разных вариантов! Вот только это совсем не те варианты, которые выбрали нынешние взрослые.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №22 (487) 25 ноября 2019
    ВЯЧЕСЛАВ БУТУСОВ: Мне все это «контр-» неинтересно
    Содержание:
    Реклама