«Саентифик Фьючер Менеджмент»

22 февраля 2010, 00:00
  Сибирь

Андрей Бекарев, председатель совета директоров группы компаний «Саентифик Фьючер Менеджмент»:

С чего все началось

Наш фармацевтический проект — в каком то смысле удачное  стечение обстоятельств. Так вышло, что я, экономист-математик, и мой партнер, физик по образованию, Андрей Артамонов прониклись идеей академика Геннадия Кулипанова, заместителя директора ИЯФ СОРАН, о коммерческом развитии разработок Сибирского отделения, в частности в фармакологии. Мы вынашивали идею создания принципиально нового внутривенного тромболитика, способного заменить существующие способы медикаментозного лечения в острых случаях инфаркта.

Конечно, я не сразу смог оценить будущее препарата, который теперь носит название тромбовазим, но со временем так увлекся процессом, что стал принимать участие в экспериментах, полностью погрузился в работу «СФМ». В том же году нам по договору долгосрочный аренды было предоставлено пустующее помещения СО РАН на ОбьГЭС под строительство фармацевтической фабрики. На этой территории  мы наладили выпуск тромбовозима.

Путь этого препарата на рынок значительно более длинный, чем история нашего предприятия. Основой для создания тромбовазима явились работы по радиационному синтезу академика Рудольфа Салганика. Есть у нашего препарата и прямой прототип — имазимаза. Он создавался в Новосибирске в 1980-х годах как препарат наружного применения. С его помощью военные рассчитывали бороться с аэробной инфекцией — частым следствием огнестрельных ранений в жарких странах. К сожалению, лекарство оказалось «капризным» — при температуре хранения выше восьми градусов Цельсия оно теряло свои свойства. От военного применения имазимазы пришлось отказаться. Зато этому препарату нашли дело «на гражданке», в ветеринарии. Существует байка: когда академик Салганик, желая продвинуть препарат, обмолвился на высокой комиссии, что «корова топчется в грязи, у нее появляется нагноение на копытах — нужно лечить», последовал ответ: «А не проще ли чистоту в коровнике соблюдать?» Все постсоветские годы препарат пребывал в забвении. Фактически полностью были утрачены права и технологии.  Но именно эти работы лежат в основе наших достижений.

Корпоративная культура

У нас созданы серьезные  научные лаборатории, в которых уже несколько лет кипит жизнь, совершаются (не побоюсь этого утверждения) открытия мирового уровня. К сожалению, путь до фабричного конвейера не близкий — препараты, которые мы создаем, российские регуляторы относят к новым, они должны пройти полный цикл доклинических и клинических испытаний.

В продвижении препарата часто мы видим другую проблему — некую «зашоренность» отдельных научных деятелей, которые утверждают, что «этого не может быть, потому что не может быть никогда». Мы используем принципиально новые технологии, не известные широкому кругу специалистов. Даже очень уважаемые и авторитетные ученые не сразу становятся нашими единомышленниками. Скажем, первая реакция академика Карпова, директора томского НИИ кардиологии, на тромбовазим была предсказуемо негативной: как можно вводить чужеродный белок бактериального происхождения в кровь — это же гарантированная смерть! Но именно его институт позднее провел исследования по тромбовазиму и дал хорошие отзывы на препарат.

Оказалось, найденная нами технология «пришивки» на полимерной основе активных компонентов в достаточной степени универсальна, а значит, создание препаратов можно поставить на конвейер.

Финансовые показатели

Первоначально мы готовились к выпуску внутривенной формы тромбовазина, но результаты дополнительных исследований показали, что препарат хорошо всасывается через слизистую желудка, и мы разработали энтеральную форму. К тому же таблетированную форму нам удалось зарегистрировать быстрее, чем внутривенный аналог. Плановая мощность выпуска внутривенного тромбовазима составляет около 300 тысяч курсов.

Сейчас мы имеем действующее производство площадью 6 тысяч квадратных метров, где работает две сотни человек. Но для того чтобы выйти на точку безубыточности, нам необходимо масштабировать производство. Сегодня наш завод способен производить 70–100 тысяч курсов таблетированного тромбовазима в годовом исчислении. Этого пока слишком мало для работы через национальных дистрибьюторов, которые обслуживают  сети в 40–50 тысяч аптек.

Будущее

Сегодня в нашем портфеле почти два десятка оригинальных препаратов, которые прошли исследования, и столько же разработок, научные эксперименты по которым еще ведутся. Полученные препараты мы в ближайшую пятилетку рассчитываем запустить в производство.

Сверхзадача

Надеюсь, что у нас получится развивать фабрику не в одиночку, а как якорное предприятие в новосибирском фармацевтическом кластере. Если удастся предложить хорошие условия нашим коллегам, привлечь инвесторов и начать комплексное развитие территории, можно будет получить очень сильный синергетический эффект.