Без пяти минут столица

Общество
Москва, 31.08.2009
«Эксперт Юг» №32-33 (71)
Если бы не несчастливый для русского оружия авантюрный Прутский поход, ещё неизвестно, где бы ныне в полдень стреляла крепостная пушка, куда бы спешили иностранные послы. Да и вообще Россия, закрепись Пётр I не на Балтике, а на азовских берегах, могла бы быть совсем иной

Взятие Азова настолько переполнило энтузиазмом 24-летнего царя, что он уже видел морской флаг России развевающимся не только в Азовском, но и в Чёрном море, а себя — стоящим двумя ногами на берегах Босфора. При этом Пётр лелеял надежду перебраться из душной и враждебной ему боярской Москвы на просторы новых земель, с нуля начиная строить «под себя» государство. Но для начала проекта обновлённой России Петру необходимо было найти подходящую гавань на уже завоёванных территориях. Такую гавань Пётр искал в Приазовье. Мелководный Азов был никак не способен вместить мало-мальски пристойный флот. Царь лично пожелал объехать побережье в поисках удобного места для гавани и новой столицы государства.

29 июня 1696 года взору будущего императора предстала удобная естественная бухта с далеко вдающимся в море мысом, на котором находились развалины турецкой башни. Восторженный царь лично «изволил размерять и составлять исправной чертёж» будущего полиса, заметив, что «местоположение изрядное и для пристанища кораблей весьма способное».

Чтобы обезопасить гавань, одновременно с крепостью, названной Троицкой, создавался мощный укреплённый район: весь Миусский полуостров отделили от материка непрерывным валом высотой в 3 м и длиной около 8 км. На концах этой линии возвели небольшие крепости — Павловскую и Черепахинскую, а при впадении Миусского лимана в море построили Семёновскую крепость. В крепостях и укреплениях линии разместились гарнизоны, а по восточному берегу Миусского лимана расселили 500 семей донских казаков, составивших Таганрогский казачий полк. Все новые крепости были земляными — они хорошо выдерживали артиллерийский огонь: их нельзя разбить, а повреждения гарнизон мог быстро исправить.

24 мая 1699 года русский флот под командованием адмирала Корнелия Крюйса прибыл с демонстрационным визитом в Азов. А 4 июня уже сам «капитан-бомбардир Пётр Михайлов» с эскадрой лёгких судов отправился в Таганрог проверить, как идёт строительство Троицкой крепости и порта. В крепости солдатами и пригнанными из центральных губерний работными людьми в спешном порядке возводились из камня склады, пакгаузы, соборная церковь, «государев дворец», гостиные дворы, казармы и пр.

В шести пригородных слободах, размещённых за пределами крепости, строились дома для служилого и кабального населения. В Таганроге было разрешено селиться и московским купцам, для которых лавки и дома строились из казённого материала, а «за старание» велено было брать с них деньги за постройку в рассрочку в 1–2 года.

Уже вовсю работала таможня, взимая одновременно конские, солевые пошлины. В первой навигацкой школе обучались итальянскому, греческому или латинскому языкам. Проинспектировавший город самодержец заметил, что маловато зелёных насаждений, повелел высадить на берегу жёлуди, а в крепостице — многочисленные деревья. Заодно царь-западник чуть ли не насильно погнал кабальных сажать в огородах клубнику, а между Азовом и Таганрогом — тутовые деревья и дубы для будущих кораблей.

Пётр побывал в Таганроге ещё раз уже после подавления Булавинского бунта в 1709 году по пути на Украину, где вскоре его ожидала Полтавская виктория. Осмотрев ход строительства, государь в письме к Меншикову отметил, что «ныне с помощью Божией изрядной город, купно с гаванью, обрели; и хотя долго хозяин не был и не всё исправно, однако ж есть что посмотреть».

Посмотреть, действительно, было на что  — обретала зримое обличье новая российская столица. К этому времени в гавани появились молы и форт, устроенный на отмели в 2 км от берега, по тем временам самой современной конструкции. И до сих пор во время проведения в порту очистительных работ поднимают со дна петровские сваи. При входе в гавань имелось двое ворот: восточные, где была устроена площадка с башней и установлены пушки, и северные, прикрывавшиеся волнорезом. По двум углам мола гавани на площадках стояли орудия. Недалеко от северного мола у берега разместился док. Всего забили более 30 тысяч свай и заложили свыше 50 тысяч кубометров камня. Троицкая крепость представляла собой серьёзную силу — на её валах и бастионах стояли 238 пушек, да ещё более 100 пушек — на молах гавани и в форте «Черепашка». На таганрогской верфи строились корабли. Помимо того, воронежские, хопёрские и донские верфи поставляли в Таганрог корпуса, которые здесь достраивались, оснащались и вооружались. В  гавани уже базировался сильный флот.

Несчастливый Прутский поход 1711 года, когда Пётр едва не попал в плен со всем своим двором, поставил жирный крест на южном «столичном проекте». Пребывающий в эйфории после Полтавы самодержец никак не предполагал, что его могучая победоносная армия, лишённая боеприпасов, будет зажата турками между Прутом и Дунаем и с великим трудом добудет мало-мальски пристойный мир. Причём ценой Азова и Таганрога. По Прутскому договору России пришлось вернуть Азов, уничтожить флот, срыть все укрепления на берегах Азовского моря и платить Крыму ежегодную дань. Россия и Турция обязывались не строить крепостей между Азовом и Черкасском.

«Как не своею рукою пишу, — сообщал Пётр Апраксину, — нужно турок удовлетворить… Таганрог разорить как можно шире, однако ж, не портя фундамента, ибо, может, Бог иначе совершит».

Таганрог был разрушен в присутствии турецких представителей в начале февраля 1712 года. Однако вложившие столько труда в его строительство русские срыли только наземные укрепления Троицкой крепости. Сваи гавани разрушать и не подумали, чего ленивые турки даже не проверяли. Поэтому спустя полвека в ходе Русско-турецкой войны 1768–1774 годов вернувшая себе руины Россия смогла легко восстановить петровский порт.

Новости партнеров

«Эксперт Юг»
№32-33 (71) 31 августа 2009
Ингушетия
Содержание:
Возвращение на волне терактов и надежд

Момент после возвращения наверняка станет самым важным в политической судьбе президента Ингушетии. Ждут от него многого, верят в него — как никогда, но если результата не будет в ближайшие полгода, кредит доверия начнёт иссякать. А результат будет, если Юнус-Бек Евкуров сработается с Аркадием Еделевым, новым главой республиканского МВД, назначенным лично президентом РФ

Реклама