Династия

Почему Рахимов-младший обречен стать преемником Рахимова-старшего

Непуганный ваучером край

Башкирия всегда была регионом за семью замками - с жестко очерченной политической элитой, самодостаточной экономической моделью, непростыми отношениями с федеральным центром. Сегодня эта нефтяная республика, живущая в ожидании грядущих президентских выборов 2003 года, стремительно меняется. Основные тенденции в региональной экономике и политике завязаны на борьбе за власть в этом субъекте-доноре.

Cмена

Во-первых, обратим внимание на тривиальные, казалось бы, изменения отношений между республикой и федеральным центром, между президентом Башкортостана Муртазой Рахимовым и президентом России Владимиром Путиным. В 1998 году избранный на второй срок Рахимов в обмен на "суверенитет" обещал Борису Ельцину голоса избирателей. Сегодня он вынужден заручаться поддержкой центра, чтобы самому сохранить власть.

Наблюдатели больше внимания уделяют внешней стороне вопроса: казалось бы, что важнее приведения башкирской конституции в соответствие с федеральными законами. Однако по большому счету "бумажные" изменения серьезного влияния на ситуацию в республике не оказывают. Возможно, в перспективе они сыграют свою роль. Но пока строительство "федеративных отношений" сводится к простому вопросу: кто контролирует ситуацию? Сегодня ответ на этот вопрос однозначен: при любой конституции и при любом законодательстве президент РБ сохранит полный контроль за социально-экономическим положением и политической ситуацией в республике.

Во-вторых, в последнее время значительно изменилась экономическая политика Башкирии. Республика с подчеркнуто жесткой вертикалью власти постепенно отказывается от тотального контроля за экономикой. Два года здесь активно идет приватизация крупнейших промышленных предприятий в топливно-энергетическом комплексе, энергетике, нефтехимии, а также сельском хозяйстве и перерабатывающей промышленности. Причем если приватизация не затронула какой-то из промышленных гигантов, это не значит, что здесь не готовятся к переделу собственности.

Показателен в этом плане указ президента РБ от 19 августа о продаже акций Башкирской топливной компании, Башнефтехима, Башнефти. В тот же ряд можно поставить договор Башкирэнерго с РАО "ЕЭС России", который предполагает изменение форм собственности, повышение инвестиционной привлекательности башкирской энергетики. Раньше о рыночных инструментах в экономике республики и слышать не хотели.

Кто в Башкирии способен, помимо консервативно настроенного "хозяина республики" Муртазы Рахимова, повлиять на принятие таких решений? Считается, что все изменения, в первую очередь касающиеся модели дальнейшего экономического развития Башкирии, связаны с одним человеком - сыном действующего президента Уралом Рахимовым.

Крестный сын

Урал Рахимов возглавил все ключевые компании республики: советы директоров Башнефтехима, Башнефти, Башкирэнерго. И круто повернул "экономический штурвал". Произошло это не в одночасье и не случайно. В 1998 году он работал одним из руководителей Башнефтехима и уже тогда начал обкатывать грядущие реформы. Входящие в Башнефтехим нефтеперерабатывающие заводы потеряли при Урале Рахимове самостоятельность и стали "производственными площадками", а в компании была построена жесткая "нефтяная вертикаль". Сегодня по этой же схеме готовится работать весь топливно-энергетический комплекс.

Положение Рахимова-младшего позволяет оказывать серьезное влияние на эти процессы. С первых ролей в экономике практически без боя ушла преданная Рахимову-старшему "гвардия": гендиректор Башнефти Ампир Сыртланов, президент Башкирской топливной компании Нур Сайфуллин. Поменялось руководство Башкирэнерго.

Урал Рахимов оказывает серьезное влияние и на расстановку политических сил в регионе: связь политики с экономикой республики настолько тесна, что он просто вынужден это делать. Одним из характерных примеров такого экономико-политического влияния являются взаимоотношения Башкирии и Татарии. За последние пять лет переговоры на самом высоком уровне о взаимной интеграции в области добычи и переработки нефти практически не прекращались. Встречались Муртаза Рахимов и Минтимер Шаймиев и в этом году. Казалось бы, проект выгоден обеим сторонам: в Татарстане много нефти и не хватает мощностей для ее переработки, в Башкирии - проблема с сырьем для комплекса нефтеперерабатывающих заводов. Однако прогресса нет. Более того, сегодня, когда встал вопрос о продаже акций башкирских НПЗ, Татарстан в списке возможных покупателей не фигурирует. При этом негативная позиция Рахимова-младшего к подобной интеграции известна. Это один из немногих вопросов, по которым он высказывался публично.

И здесь мы подходим к одному из главных противоречий сегодняшней Башкирии: начинает проявляться недовольство возрастающим влиянием Рахимова-младшего.

Оппозиция

Ситуация, когда дети влиятельных региональных чиновников занимают ключевые позиции в местном бизнесе, достаточно характерна для России. К примеру, сын самарского губернатора Константина Титова руководит крупным частным банком, имеет солидный экономический вес, но в политику не суется. У Башкирии своя "изюминка": Рахимов-младший руководит предприятиями, которые формально находятся под полным контролем республиканского правительства. При этом реальное его влияние и на политическую ситуацию нельзя недооценивать. Как известно, многие важнейшие политические вопросы решаются на "семейной кухне".

Сегодня ключевые вопросы текущей экономической политики уходят из-под традиционного контроля главы правительства РБ Рафаэля Байдавлетова. Пример: негативное отношение бывшего энергетика Байдавлетова к планам реформирования РАО ЕЭС известно, тем не менее Башкирия в обмен на уступки по абонентской плате легко пошла на политический альянс с энергетическим холдингом. Влиятельный вице-премьер башкирского правительства Энгельс Кульмухаметов, в недавнем прошлом руководивший республиканской налоговой полицией, курировал в КМ РБ практически всю нефтяную сферу. Однако недавно в его ведение передан менее ответственный участок работы, не связанный с углеводородами.

В республике складывается достаточно широкая коалиция недовольных переделом сфер влияния, а по существу - собственности. Но чиновники пока предпочитают не высказывать недовольство вслух. Возможно, ждут удобного момента. Возможно, пик очередной войны за передел собственности, где главный "завоеватель" - Урал Рахимов, придется на период выборов президента Башкирии.

Если раньше обиженные высокопоставленные башкирские чиновники, не отважившись на открытое противостояние, "бежали" в поисках правды в Москву, то сегодня ситуация может измениться. Кто-то из них вполне может сам принять участие в президентских выборах или поддержать соперника Рахимова-старшего. При этом до своего часа "Х" они предпочтут себя не проявлять.

Крестный отец

Это, впрочем, не должно тревожить Муртазу Рахимова, который наверняка будет участвовать в предстоящих президентских выборах. Хозяин республики по-прежнему силен, его не посмеют тронуть ни свои, ни чужие.

У Москвы нет альтернативной кандидатуры, способной противостоять Рахимову. Конечно, есть определенные силы, недовольные политикой президента РБ и желающие изменить траекторию ее экономического развития. Многих раздражает само понятие "башкирского суверенитета". С приходом к власти Путина в центре уже успели привыкнуть к тому, что на местах все должно быть тихо и одинаково.

Однако Рахимов-старший в своей республике легко победит любого пришлого олигарха.

Откуда такая уверенность? В сельской местности проживает 34% (1,4 млн чел.) населения Башкортостана. Село традиционно (90 - 95%) голосует за Рахимова. "Народная любовь" объясняется состоянием дел в агропромышленном комплексе республики. Это один из самых важных секторов экономики: на его долю приходится до 15% внутреннего валового продукта, что позволяет реализовывать на селе активную социальную политику. Уровень газификации достиг 86%. Практически не осталось крупных населенных пунктов без дорог с современным покрытием. Только за 1999 - 2001 годы общие вложения бюджета на государственную поддержку агропромышленного комплекса составили около 13 млрд рублей, в том числе на приобретение сельскохозяйственной техники через лизинговые фонды - 1,6 млрд рублей. В результате по общему объему продукции сельского хозяйства Башкортостан занимает третье место в России, по объемам продукции животноводства - второе, по численности крупного рогатого скота и вовсе на первом. Урожай зерновых 2002 года составляет около 4,5 млн тонн. Пищевая и перерабатывающая промышленность полностью обеспечивают потребности населения в основных продуктах питания. При этом главы аграрных территорий не устают повторять имя радетеля. Такой массированный PR обеспечивает Рахимову поддержку электорально активных селян, а это треть общего числа голосов.

В руках Рахимова сконцентрирован мощный административный ресурс: президент по своему усмотрению волен как назначать, так и снимать глав местных администраций. Именно от поддержки руководства республики, а не от местной власти, депутатов, федеральных чиновников, зависит экономическое состояние конкретного района: будут ли рабочие места, дороги, проведут ли газ - всем "рулит" президент. И об этом политэлита вынуждена помнить.

Помнит об этом и Москва. Поддержка Рахимова на федеральном уровне гарантирована тем, что за него выступает так называемая партия власти - "Единая Россия". Рахимов - член политсовета этой партии, значит, Башкирия - опорный край ЕР. Так что единороссам, держащим "контрольный пакет акций" в Госдуме, лучше сохранить своего человека в кресле президента РБ перед предстоящими в декабре 2003 года выборами в ГД.

Сыграют свою роль и подчеркнуто хорошие отношения Путина с Рахимовым. Отдадим должное: этот региональный политик сумел доказать федеральной власти, что его модель социально-экономического развития субъекта федерации имеет право на жизнь.

При этом затянувшиеся переговоры с Москвой по поводу согласования регионального и федерального законодательств уже давно напоминают тривиальный политический торг. Конфликта нет. Поиски взаимоприемлемых вариантов конституции Башкирии напрямую связываются с возможностью переизбрания. По всей видимости, согласование будет тянуться до самих выборов. Если с выборами возникнут "федеральные" проблемы, Рахимов вполне сможет занять "принципиальную" позицию по какому-либо ключевому вопросу, связанному с "суверенитетом республики".

При этом реальных противоречий между РФ и РБ достаточно много. Самые серьезные: проблемы местного самоуправления (в Башкирии вместо местного самоуправления действуют органы госвласти) и разделения законодательной и исполнительной власти (в республиканском парламенте депутатами являются главы местных администраций, которых назначает на этот пост президент), контроль за недрами.

Нет у Рахимова реальных конкурентов и внутри Башкирии. Тот же Рафаэль Байдавлетов при каждом удобном случае дает понять, что не имеет президентских амбиций - он "хозяйственник, а не политик". Даже по вопросам текущей политики второе лицо в республиканской иерархической лестнице предпочитает не высказываться. Показательно, что в конституционном совещании, вносящем поправки в основной закон Башкирии, премьер не возглавил ни одну из многочисленных секций.

Дело в том, что политический режим в Башкирии настолько жесткий, что любое инакомыслие в команде искореняется сразу. Может быть только "линия Рахимова", иное - уже оппозиция. Сегодня у "национального политика" Муртазы Рахимова не может быть другой оппозиции, кроме радикальной. Он войдет в историю как строитель башкирского суверенитета. И любое высказывание против "суверенитета" воспринимается как предательство интересов национального образования.

Семья: башкирский сценарий

А за следующий президентский срок Рахимов-старший вполне может вырастить преемника - Рахимова-младшего. Сыну стать президентом могут помешать только плохие отношения с мощными представителями федерального бизнеса. Но это маловероятно. Именно влияние сына президента делает республиканскую экономику более открытой, привлекательной для инвесторов. Выставляя на продажу крупнейшие предприятия Башкирии, республиканские власти решают и еще одну задачу - выбивают возможных конкурентов из российских финансово-промышленных групп, которые имеют экономические интересы в РБ, но до сих пор не могли их реализовать из-за закрытости республики.

При этом перераспределение собственности в Башкирии явно не приведет к потере контроля над ней со стороны сегодняшнего руководства республики. Через аффилированные структуры, через десятые руки тот же башкирский ТЭК все равно останется под контролем семьи Рахимовых.

Республике благодаря "плавному вхождению в рынок" удалось избежать шоковых экономических реформ. Народ доволен стабильностью. И башкирское руководство весьма умно играет этим. Но президенту Рахимову до сих пор не удалось сформировать основу общественной стабильности - "средний класс", а в республиканской экономике нет массового эффективно работающего собственника. Оппозиция безмолвствует. Остается надеяться, что рыночник Урал Рахимов на семейном ужине убедит отца открыть экономико-политическое пространство суверенного Башкортостана.

Башкирия как отдельная территориальная единица появилась на карте Страны Советов в 1919 году. Статус российской автономии устраивал аграрное национальное образование на протяжении 70 лет. В начале 90-х индустриально окрепшая Башкирия наряду с Татарстаном и Чечней стала головной болью для Кремля. Статус союзной республики Башкирия получила после исторического ельцинского: "Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить". В октябре 1990 года Республика Башкортостан подписала Декларацию о государственном суверенитете. Если бы тогда председатель Верховного Совета РБ Муртаза Рахимов знал, что буквально через год Союз 15 республик, к коим он так мечтал присоединить РБ, развалится, возможно, он и не стоял бы в первых рядах глав нацобразований, претендующих на полную самостоятельность.

В декабре 1993 года новая Конституция РБ провозгласила Башкортостан государством в составе РФ. Именно развал СССР косвенно помог сохранить целостность России. Для РБ, не имеющей границ с сопредельными странами, выход из состава РФ означал бы экономическую и политическую изоляцию. Не спасла бы и нефтянка, перерабатывающая каждую седьмую тонну российского углеводородного сырья. Собственной нефти для загрузки имеющихся мощностей в регионе недостаточно. Соответственно пришли бы в упадок заводы - производители синтетических смол и пластмасс, полиэтилена, бутиловых и изобутиловых спиртов, предприятия химической промышленности. Все то, что составляет основу бюджетных поступлений РБ. Так что желание РБ обрести суверенитет, а это для башкирского народа, по словам Рахимова, "прежде всего возможность уйти от иждивенчества", априори было невозможно.

Сегодня РБ с населением в 4,1 млн человек - экономически развитый индустриально-аграрный регион с мощным производственным и сырьевым потенциалом. Здесь сосредоточены крупные производства нефтепереработки и нефтехимии, предприятия ВПК и машиностроительной отрасли. По экономическому потенциалу субъект-донор Башкортостан вхож в первую десятку наиболее развитых регионов РФ.

О Башкирии сложилось мнение как о закрытой территории, на которой уже второй десяток лет единолично правит бай-президент, а предпринимательство зачастую подвергается административному давлению. Однако желающих вести в республике бизнес достаточно. Объясняется это наличием в РБ большого числа предприятий, контрольные пакеты которых по-прежнему сосредоточены в руках государства. На модернизацию основных фондов "не пуганных ваучерами предприятий" в местном бюджете средств нет. Значит, по законам экономики, властям РБ ничего не остается, как продать свою долю. На эту вынужденную меру они уже пошли.

Только ли из экономических соображений отворила двери для частного капитала извне республиканская власть? На этот и ряд других вопросов мы и попробуем ответить.

Джамал Гиназов