Как превратить инфраструктуру в инновации

Свердловская область запустила несколько крупных инфраструктурных проектов в сфере научно-технологического развития. АЦ «Эксперт» предлагает пять составляющих их превращения в результат в условиях «обмеления» ресурсов и нарастающей конкуренции со стороны других регионов

В 2014 — 2015 годах в Свердловской области запущены несколько проектов федерального масштаба, направленных на развитие инновационной инфраструктуры: технопарк (ТП) «Университетский» (один из 12 федеральных ТП, построенных за последние восемь лет; общий объем инвестиций в «Университетский» — 1,3 млрд рублей), Региональный инжиниринговый центр аддитивных и лазерных технологий, Циклотронный центр ядерной медицины и Центр фармацевтических и химических технологий (все три — на базе УрФУ; общий объем финансирования — более 1,5 млрд рублей). Дальнейшие планы, сформулированные в Стратегии развития Свердловской области до 2030 года, предполагают формирование вокруг инфраструктурного ядра в виде ТП «Университетский» проекта «Уральский технополис» — комплекса научно-исследовательских лабораторий, образовательных корпусов, студенческих общежитий, а также индустриального парка. Как добиться того, чтобы вся эта дорогостоящая инфраструктура была востребована?

Итоги аудита

Для начала подведем итоги развития инновационной инфраструктуры области. Воспользуемся для этого результатами аудита ее состояния, недавно проведенного АЦ «Эксперт» по инициативе министерства промышленности и науки Свердловской области. Оказывается, несмотря на многообразие объектов и некоторую путаницу в названиях (связанную в том числе с тем, что в определенный период благодаря предоставленным льготам по налогам стало выгодно называться технопарком), среди них хорошо вычленяется группа эффективно работающих или, по крайней мере, обладающих потенциалом развития (хотя и отмечается несколько тревожных тенденций). Ну и, разумеется, есть определенный круг объектов, которые к инновационному развитию не имеют никакого отношения.Так, химпарк «Тагил», входящий в областной реестр технопарков, с классическим ТП имеет мало общего. Это индустриальный парк. Он весьма успешен, правда, основную часть его инфраструктуры использует группа связанных между собой компаний, поэтому об успешности (равно как и об успешности ТП «Новоуральский», инициаторы создания и резиденты которого — предприятия группы «Юнона») можно говорить только в контексте результативности этой конкретной группы. Внешних резидентов, которые стройными рядами пришли в этот парк и успешно реализовали какие-либо проекты, нет.

Четкую границу между технопарками, индустриальными парками, техноинкубаторами, научно-исследовательскими центрами можно провести далеко не всегда. Профиль определяется прежде всего тем, какой комплекс услуг для резидентов является определяющим, в исследовании для этого использовалась классификация Организации объединенных наций по промышленному развитию (UNIDO). Если это в большей степени научно-технологическое развитие — технопарк; если промышленная ин- фраструктура, складские площади — промпарк, если это офисные площади — бизнес-центр, если есть слово «инкубатор» — значит, срок нахождения предприятия на площадке ограничен. classi1.jpg
Четкую границу между технопарками, индустриальными парками, техноинкубаторами, научно-исследовательскими центрами можно провести далеко не всегда. Профиль определяется прежде всего тем, какой комплекс услуг для резидентов является определяющим, в исследовании для этого использовалась классификация Организации объединенных наций по промышленному развитию (UNIDO). Если это в большей степени научно-технологическое развитие — технопарк; если промышленная ин- фраструктура, складские площади — промпарк, если это офисные площади — бизнес-центр, если есть слово «инкубатор» — значит, срок нахождения предприятия на площадке ограничен.

 
Технопарк «Заречный» — один из весьма эффективных примеров, но не технопарков, а бизнес-инкубаторов (в соответствии с принятой в исследовании классификацией, его правильно было бы назвать техноинкубатором). Примерно половина бизнес-инкубаторов в целом соответствует изначальной идее «инкубирования» — срок нахождения ограничен, комплекс услуг широк, некоторые предоставляют производственные мощности резидентам. На другом полюсе — несколько бизнес-инкубаторов с незамысловатой моделью бизнеса типа сдачи в аренду площадей по льготной цене безо всякого инкубирования и прочих условностей, а также технопарки-«призраки», найти которые либо невозможно, либо они реализуют экзотические модели управления (например, «сетевой» технопарк), науке неизвестные.

Другая составляющая инновационной инфраструктуры — центры коллективного пользования (ЦКП). Большая их часть находится в институтах УрО РАН, по одному — в УрФУ и Новоуральском научно-конструкторском центре. Последний стоит особняком — это бывшее подразделение Уральского электрохимического комбината, которое оказывает услуги группе компаний «Росатом». Внешние по отношению к ГК заказы не играют для этого центра существенной роли, несопоставим он с прочими и по объемам (в сто раз крупнее по объему заказов по сравнению с крупнейшим ЦКП УрО РАН). Среди остальных выделяются ЦКП «Современные нанотехнологии» (УрФУ), Испытательный центр нанотехнологий и перспективных материалов и ЦКП «Пластометрия» (оба — УрО РАН), каждый из которых имеет годовой объем заказов в несколько миллионов рублей и по нескольку десятков заказчиков.

Тревожная тенденция отмечается для ЦКП, подведомственных УрО РАН: изменение системы ключевых показателей этих центров, связанное с политикой Федерального агентства научных организаций (ФАНО), ведет к переориентации действующих ЦКП на внутренние нужды РАН. Для этих центров, учитывая и без того слабый охват услугами внешних заказчиков, есть риск полного выключения из инновационной инфраструктуры Свердловской области.

 table1.jpg

Последний элемент инфраструктуры поддержки инноваций — система финансирования. Она представлена Свердловским областным фондом поддержки предпринимательства, в структуру которого входят Свердловский венчурный фонд и Свердловский фонд инвестиций, а также недавно созданным Фондом развития инноваций УрФУ. Пока эта составляющая системы не очень заметна: Свердловский венчурный фонд за последние три года рассмотрел три заявки и профинансировал одну, Свердловский фонд инвестиций — профинансировал две. Для сравнения: Инвестиционно-венчурный фонд Республики Татарстан за десять лет профинансировал свыше 300 инновационных проектов, инвестировав в это сопоставимые с упомянутыми двумя фондами активы (303 млн рублей). Вместе с тем вполне эффективно действует федеральный канал финансирования инновационных проектов через институты развития и университеты. Так, Свердловская область активно привлекает средства таких институтов развития, как Роснано, РВК (в том числе ее региональных фондов), Фонда развития промышленности, Фонда содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере. По результатам конкурсов 2014 — 2015 годов Фонд Бортника профинансировал около 24 проектов области. Помимо этого, в рамках постановления правительства РФ № 218 «О мерах гос­ударственной поддержки развития кооперации российских высших учебных заведений и организаций, реализующих комплексные проекты по созданию высокотехнологичного производства» гос­поддержку получили семь проектов региона — новейшие разработки оборудования наблюдения, учета, контроля, измерения, а также производство новых материалов.

Три ключа для запуска инновационной инфраструктуры

Конечно, говорить о том, что инновационное развитие Свердловской области идет только за счет описанных выше объектов, было бы преувеличением. Хотя бы потому, что все важнейшие индикаторы инновационного развития области определяются либо крупными и средними компаниями (число разработанных и внедренных передовых производственных технологий, затраты на НИОКР, объем отгруженной инновационной продукции, выданные патенты), либо УрФУ и УрО РАН (цитируемые публикации, выданные патенты). Говоря упрощенно, к 99% вклада в текущие показатели инновационного развития упомянутые объекты инновационной инфраструктуры отношения не имеют. Но важно помнить, что из оставшегося 1% лет через 10 — 20 лет могут вырасти новые для области компании и сектора экономики. Тем более что за последние несколько лет в инновационной сфере возникло несколько инфраструктурных проектов совсем иного масштаба: ТП «Университетский» и несколько запущенных на деньги программы развития проектов УрФУ: РИЦ «Аддитивные и лазерные технологии», Циклотронный центр ядерной медицины (заработает в 2016 году), Центр фармхимтехнологий, первая в России Образцовая фабрика бережливого производства — совместный проект Уральского федерального университета, компании McKinsey и ОАО «Объединенные машиностроительные заводы».

 table2.jpg

Фактически мы имеем очень неплохого уровня «тяжелую» инфраструктуру поддержки инноваций в виде оборудования и корпусов. Чтобы она эффективно заработала, необходимы три составляющие: коммуникационная среда, институты поддержки и поток проектов.

Коммуникационная среда включает «физические» места для обмена идеями и информацией, поиска партнеров и ресурсов, а также дистанционные каналы взаимодействия, такие как качественный интернет-портал. Мы проанализировали порталы наиболее продвинутых регионов, среди которых явно выделяются порталы Самарской, Томской областей и республики Татарстан. Будущий предприниматель может легко получить любую информацию — от того, где найти центр коворкинга, технопарк, ЦКП, до комплекса мер поддержки, перечня структур, предоставляющих эту поддержку, и календаря событий. Их главное отличие от интернет-ресурсов Свердловской области — актуальность и наличие всей релевантной информации в одном месте. Попытка сделать аналогичный продукт в области была реализована несколько лет назад усилиями Корпорации развития Среднего Урала (единый реестр мер поддержки бизнеса), однако до сих пор это хороший с точки зрения «железа» ресурс не стал актуальным.

Среди коммуникационных площадок внутри области, обеспечивающих пространство для контактов с венчурными финансистами, компаниями-заказчиками, исследователями, работающими в той же сфере предпринимателями, крупнейшая на сегодняшний день — Иннопром. Вместе с тем есть мероприятия международного уровня, которые могут быть привлечены в Екатеринбург — если, конечно, задаться такой целью. Ежегодная конференция Международной ассоциации научных парков (IASP, около 400 членов из 70 с лишним стран мира) в этом году пройдет в Москве. Почему бы не побороться за возможность сделать Екатеринбург местом проведения, например, IASP-2020? Или выставку титановой промышленности-2019 (последний раз прошла в Сан-Диего), раз уж мы себя позиционируем, и вполне справедливо, в качестве центра мирового титанового производства? Для этого необходимо помимо прочего вступление в глобальные сети, в частности во Всемирную ассоциацию выставочной индустрии (UFI, включает свыше 800 выставок мира), в которой состоят и возможностями которой пользуются Казань, Новосибирск, Петербург и ряд других регионов.

 model2.jpg

Кроме того, существуют внешние мероприятия, участие в которых должно быть обеспечено как самим инноваторам, так и институтам поддержки. Речь идет как об отраслевых мероприятиях формата TiExpo (Китай, проводится с 2004 года, объединяет около 80 компаний-производителей), Laser World of Photonics (Германия, старейшая выставка по данной тематике, объединяющая свыше тысячи участников), Medica&Compamed (Германия, одна из ведущих выставок медоборудования), так и о межотраслевых, сфокусированных на технологическом развитии, таких как Nanotech (Япония), Invention Geneva (Швейцария), ITEx (Малайзия), Брюссель-Иннова/Эврика. Должны быть сформулированы прозрачные критерии поддержки предприятий и проектов, которые могут претендовать на участие в этих мероприятиях.

Наконец, область должна быть представлена в экспертном информационном поле и прикладывать усилия к популяризации инноваций среди населения. В первом случае активность обеспечивается участием в крупнейших ивентах, и здесь есть неиспользованные возможности, в частности вступление в Ассоциацию инновационных регионов России, участие в рейтинге ТехУспех и др. Вторая составляющая успешно реализуется в некоторых городах страны и привлекает большое внимание к теме инноваций. Так, «Аллея инноваций» в Иркутске позволяет жителям города вживую опробовать антивандальные скамейки и протестировать интеллектуальный остановочный комплекс, а «инновационная дорога» в Москве — увидеть свойства асфальта нового поколения. Вполне возможно, что подобного рода проект должен реализовываться в центре Екатеринбурга — с тем, чтобы обеспечить максимальный охват аудитории.

Вторая важнейшая составляющая инновационной экосистемы — институты поддержки.

Какой бы замечательной ни была коммуникационная среда, необходимы институты поддержки, которые обеспечивали бы ресурсами растущие проекты на всех стадиях — от рождения до выхода на рынок. Институты, обеспечивающие финансирование инновационных проектов, формирующие адекватное правовое поле, снимающие барьеры при выводе продукта на рынок. Во многих регионах существует формат координационного совета, возглавляемого губернатором или председателем правительства, и решающего вопросы инновационного развития. Конечно, легко превратить работу подобного совета в формализм, но это относится к любому координирующему органу. В случае Свердловской области логично создать такого рода структуру на базе самого сложного инфраструктурного проекта — ТП «Университетский» или еще более масштабного — «Уральский технополис», вошедшего в Стратегию-2030. Тогда формат совета директоров проекта (или наблюдательного совета, или координационного совета — формы могут быть разные) с участием важнейших стейкхолдеров (УрФУ, правительства области, Уро РАН, крупнейших предприятий) позволил бы раз-два в год рассматривать воп­росы стратегического развития инновационной деятельности и в текущем режиме решать тактические проблемы развития крупнейших проектов. Этот орган мог бы взять на себя ответственность не только за нормальное функционирование других институтов поддержки инноваций (в частности венчурного фонда, расширения спроса на инновационную продукцию по линии государственного и муниципального заказа), но и за третью составляющую работающего инновационного контура — поток проектов. А без него все остальное, каким бы замечательным оно ни было, не будет иметь смысла. Собственно, это и есть ключевое звено — не случайно щедро обеспеченные ресурсами инновационные центры Сколково и Татарстана быстро перешли к модели поиска проектов в других регионах страны, хотя изначально тот же Татарстан концентрировал усилия на поиске проектов внутренних. В этом смысле точкой сборки для соответствующих элементов инновационной экосистемы — коммуникационной среды, институтов поддержки, входного окна для проектов вполне может выступать ТП «Университетский».

 untitled-10.gif